Огромное тусклое сияние колыхалось во тьме. Разведчик Линь, «Боеголовка», медленно ползла, приближаясь к этому странному источнику света. Но когда Боеголовка приблизилась к цели, свет внезапно погас.
Что случилось?
Свет, который излучала сама Боеголовка, был не настолько ярким, чтобы осветить многое, — он освещал лишь небольшой участок, и разглядеть окружающую обстановку было невозможно.
Может быть, это была медуза или что-то вроде того?
Пока Линь так размышляла, тот свет снова вспыхнул вдали, но на этот раз это был уже другой свет — ярко-алый и куда более яркий.
Линь почувствовала, что температура воды вокруг заметно повысилась. Она направила Боеголовку к новому источнику света, и, приблизившись к цели, увидела странную картину.
Тёмная вязкая масса устилала обширную область впереди, от неё веяло жаром. Среди этой массы иногда виднелись одна-две трещины, из которых пробивался алый свет, — трещины были небольшими, но их свечения хватало, чтобы осветить окрестности.
Это... лава?
Но она отличалась от той, что Линь видела прежде, — здешняя лава словно застыла на месте, стала серой и неподвижной, но по-прежнему источала невероятно высокую температуру.
Те трещины, светившиеся красным, — возможно, внутри них скрывалась ещё не отверждённая лава...
Множество одноклеточных существ копошилось на отверждённой лаве — казалось, они не только не боялись такой высокой температуры, но даже любили её.
Линь не позволила Боеголовке ступить на лаву — она не думала, что та сможет выдержать подобную температуру.
Линь немного колебалась — ей хотелось и дальше понаблюдать здесь, и в то же время обойти эту лаву стороной, чтобы исследовать более глубокие участки жёлоба.
Внезапно Линь почувствовала, как обзор Боеголовки затрясся, и одновременно ощутила рывок, тянущий Боеголовку назад. Прежде чем она успела разобраться, что происходит, тело Боеголовки было раздавлено чудовищным давлением.
Это было ощущение, будто что-то раскусило её, — что-то напало на Боеголовку сзади из засады.
Хоть и немного жаль, но неужели путешествие по жёлобу на этом закончится?..
Линь вовсе так не думала!
Левиафан подплыл к центру жёлоба, точно нацелившись на место гибели Боеголовки.
Левиафан развернул своё тело и открыл выводные отверстия — оттуда разом хлынуло множество Боеголовок, устремившихся в глубину жёлоба.
Этих Боеголовок было свыше сотни — все они были только что созданы Левиафаном.
Это была одна из особенностей Левиафана — внутри его тела находилось множество репродуктивных камер, способных мгновенно формировать большое количество многоклеточных особей, что было чрезвычайно удобно как для атаки, так и для прочих нужд.
Боеголовки быстро опустились в глубину жёлоба — хотя Линь выпустила их точно в направлении центра жёлоба, в итоге большинство из них оказались возле скальных стен.
Линь тут же велела им собраться в прежнем направлении, и когда Боеголовки добрались до места, где раньше виднелась лава, они также обнаружили, что за существо сожрало первую Боеголовку.
Это существо было ярко-красным и плоским, его квадратное тело расстилалось по земле, словно... красный ковёр.
А что такое ковёр?
Неважно, сколько тут вопросов, — назовём его «ковровым червём». Неужели именно это существо только что съело Боеголовку?
Линь не видела, где у него рот, на поверхности тела не было никаких щупалец — она совершенно не понимала, как это существо охотится.
В любом случае, сперва убьём, а там разберёмся.
Линь бросила в атаку разом свыше сотни Боеголовок — эти Боеголовки были специально изготовлены для боя, концы их членистых конечностей представляли собой острые клинковидные структуры.
Боеголовки взобрались на тело коврового червя и лезвиями своих конечностей прочертили на нём борозду за бороздой; клетки коврового червя тут же обильно потекли из ран. Испытывающий боль ковровый червь непрерывно извивался всем телом, но не предпринимал никаких действенных попыток сопротивления. Затем Линь заставила Боеголовки проникнуть внутрь ран и разрушить внутренние структуры.
Ковровый червь внезапно резко изогнул тело и, работая своим плоским корпусом, стремительно поплыл в воде — причём направление было вверх по жёлобу.
Линь велела Боеголовкам прекратить атаку, ей казалось, что поведение этого коврового червя было продиктовано не желанием стряхнуть Боеголовки, а какой-то иной целью. Ковровый червь безостановочно рвался вверх, его скорость была весьма высокой, и вскоре он выплыл из самой глубокой безсветной зоны жёлоба — Линь с трудом могла вообразить, что существо такой формы способно развивать подобную скорость.
Но после выхода из бессветной зоны скорость коврового червя начала снижаться, и в конце концов он постепенно полностью прекратил всякое движение.
Пока Линь недоумевала, тело коврового червя внезапно целиком взорвалось, превратившись в бесчисленные клетки и обломки.
Это... дело в давлении?
Линь почти мгновенно всё поняла: в условиях высокого давления тело сжималось очень плотно, а при всплытии в зону низкого давления сжатое тело резко раскрывалось, из-за чего оно целиком взрывалось.
Но зачем оно так поступило? Почему оно покинуло дно жёлоба с высоким давлением и поплыло наверх?
Даже если укусы Боеголовок причиняли сильную боль, это вряд ли объясняло произошедшее — ведь боль должна быть сигналом, побуждающим живое существо избегать опасности, а не сигналом, доводящим его до безумия.
Левиафан подплыл к месту взрыва коврового червя, полностью собрал все Боеголовки и затем принялся изучать обломки коврового червя.
Тело Боеголовок было наполнено водой, чтобы противостоять давлению, но в местах с низким давлением они могли открыть на панцире несколько маленьких отверстий, быстро выпустить воду и одновременно втянуть пузырьки газа из воды — благодаря этому они не только не взрывались, но и всплывали, что облегчало их сбор Левиафаном.
Это же...
Линь обнаружила на обломках тела коврового червя множество знакомых ей вещей — вирусы.
Причём не обычные вирусы, а в точности тот же вид ярко-красных вирусов, что находились внутри Заражённых Линь.
Ярко-красный вирус в изобилии присутствовал в клетках коврового червя, а также в различных структурах и органах его тела — так вот почему ковровый червь был красным? Однако вирус не повреждал клетки, а вместо этого доводил их до безумия?
Линь обнаружила особенно много вирусов в ещё не взорвавшемся нервном узле коврового червя — возможно, именно это стало причиной его безумия...
Линь внезапно заметила, что «безумие», похоже, новое для неё слово — оно, видимо, означает ненормальное поведение?
Но у Заражённых Линь такого никогда не случалось — Линь велела им быть спокойными, и они всегда оставались совершенно спокойны.
Похоже, это стоит того, чтобы изучить...
Линь могла бы взять каких-нибудь других существ и провести эксперимент, посмотреть, какую реакцию вызовет у них вирус, — это, похоже... довольно занятно.
Только ради забавы? Нет, возможно, это ещё и грозное оружие для уничтожения противников — Линь могла бы напрямую вводить вирус в существа, обладающие нервными узлами, и тогда противник должен был бы полностью утратить боеспособность.
К тому же эти вирусы, оказывается, не повреждают клетки — значит, их вполне можно использовать, чтобы сокрушить противника, притом без всякой траты питательных веществ.
В общем, это можно считать полезным исследованием...
Линь исследовала лишь небольшой участок всего жёлоба — внизу наверняка скрывалось ещё много интересного, но полагаясь лишь на такой вид, как «Боеголовки», маленькие и медленные, разглядеть многое было сложно. При этом Линь не хотела переделывать весь Левиафан в устойчивую к давлению форму — это было слишком хлопотно, да и после выхода из жёлоба пришлось бы переделывать всё обратно.
Пока Линь мучилась этим вопросом, снизу, из воды, вдруг донеслось странное ощущение вибрации, и из жёлоба внезапно хлынуло огромное количество чёрного вещества, в мгновение ока окружившего всё тело Левиафана.
Это чёрное вещество содержало странные компоненты — если его вдохнуть, оно повредило бы клетки внутри тела.
Линь поспешно закрыла все входные отверстия на теле Левиафана и, работая щупальцами, гребя по воде, покинула область, покрытую чёрным веществом.
Оглянувшись назад, Линь увидела, что почти вся территория жёлоба извергала это чёрное вещество.
Это было то, что называется «дымом».
Но дым вроде бы должен быть газом, а это вещество газом не являлось — по большей части это были мелкие частицы и прочие странные вещи; на панцирь Линь они не влияли, зато могли нанести смертельный урон клеткам внутренней стенки водозаборных трубок.
Этот дым... похоже, как-то связан с лавой?