«Бум!» — внутри Туманного Червя глухо взорвался заряд, брюхо существа в этот миг резко вздулось, изо рта хлынул фонтан крови, и тело медленно опустилось на дно, усыпанное трупами.
Как всё просто — внутренности любого существа невероятно уязвимы, кроме, пожалуй, акулы.
Линь однажды видела, как акула вывернула наружу свой пищевой мешок и очищала его, соскабливая зубами — удивительная эволюция, но встречается редко.
Бегемот выпустил множество Собирателей, которые забрались в пасть Туманного Червя и начали извлекать всё пригодное для питания.
А часть Собирателей продолжила изучать здешние трупы.
Большинство трупов здесь были на удивление целыми, потому что одноклеточных организмов над ними почти не было, микробов практически не встречалось, а содержание кислорода на этом морском дне было крайне низким — из-за этого большинство существ не могли здесь выжить, даже если умели фильтровать яды.
Туманный Червь, похоже, способен накапливать кислород внутри тела, но при этом он не ест трупы, а питается только живой добычей — Линь заметила это ещё когда высадилась на берег: тогда цунами вынесло на сушу немало трупов, но черви охотились именно на Бронтоскорпионов и на Транспортников Линь.
И самое главное — здесь почти нет никакого течения, именно поэтому трупы не разлагаются...
Течение разносит по океану питательные вещества; там, где течения нет, местность обычно бедна жизнью. Если сложить все причины вместе — океан всё же не слишком пригоден для жизни.
Стоит ли двигаться дальше, вглубь? Или пора возвращаться?
Сам по себе Бегемот был создан не для разведки, а для того, чтобы в случае опасности перевозить войска Линь на безопасное расстояние. Так что не стоило заплывать слишком далеко, но... Линь всё же хотела посмотреть.
Что стало с тем местом, где она жила прежде?
Раз уж она забралась так далеко — стоит взглянуть.
Собиратели медленно разобрали Туманного Червя целиком, и когда от него осталась лишь огромная пустая оболочка, Бегемот собрал всех Собирателей и вновь двинулся сквозь толщу океана — целью Линь было место, где она когда-то жила.
...Восточный материк.
Морское дно выглядело совершенно безжизненным. Бегемот быстро плыл над самым дном, и всюду, куда достигал взгляд Линь, тянулись голые скалы, кое-где пересечённые трещинами — вероятно, следами подводных землетрясений.
Над пустынным морским дном Бегемот стремительно плыл вперёд, здесь не было ни единого живого существа — лишь изредка попадались чьи-то кости. Линь вспомнила, что тогда она добралась сюда на волне цунами. Северный материк находится очень далеко от того места, где она изначально жила — Левиафан плыл, кажется, больше полугода, прежде чем добрался туда. Бегемот, конечно, быстрее, но неизвестно, сколько времени понадобится и ему.
Если лететь по воздуху, возможно, будет быстрее.
Подумав так, Линь решила поднять Бегемота на поверхность. Пройдя сквозь толщу мутной, пронизанной чёрными взвесями воды в верхних слоях океана, Бегемот всплыл на поверхность и начал накапливать газ, готовясь подняться в высоту.
Органы Бегемота способны напрямую отфильтровывать из воздуха подъёмный газ, хотя процесс этот довольно медленный. Зато расход энергии минимален, и, возможно, в течение всего пути ей не понадобится никакого пополнения питательных веществ.
В этой части моря лёд не образовался, но условия оставались далеко не благоприятными: небо затянуло тучами, чёрная вода колыхалась беспокойно, и вся местность выглядела зловеще. Бегемот ускоренно всосал воздух и медленно поднялся высоко в небо.
Как раз когда Линь собиралась направить его вперёд, небо вдруг оглушительно грянуло, сверкнула ослепительная молния, и с неба хлынули снег и ветер, накрывая всё сплошной пеленой; в сочетании с чёрным океаном весь мир в одно мгновение стал чёрно-белым.
Действительно редкое зрелище.
Пробиваясь сквозь метель, Бегемот продолжал подниматься, и на высоте чуть более ста метров начал ускоряться — на этот раз попутный ветер помогал ему, и лететь стало заметно легче.
Линь создала новый вид юнита — «Снегочист», в задачу которого входило сметать с спины Бегемота накопившийся снег, иначе тот мог придавить его своим весом и утянуть вниз.
Пока Бегемот преодолевал этот долгий и суровый путь среди столь неблагоприятных условий, Линь вновь обратила внимание на Левиафана, находившегося у горного пика, и на базу рядом с ним.
Над горным пиком тоже шёл сильный снег, в небе грохотал гром, а у подножия горы, в горячих ямах-водоёмах, скопилось множество живых существ: помимо Пилокрылов и Пепельных Червей там были и Саламандры, и пресмыкающиеся, и что-то вроде тараканов. Для этих тёплых ям Линь подобрала новое слово: «горячий источник».
Горячие источники обычно достигали пяти-семи метров в диаметре и около метра в глубину, хотя встречались и такие, что доходили до десяти с лишним метров. Пилокрылы обычно складывали крылья и оставались в крупных источниках — казалось, они там спят и совершенно не обращают внимания на мелких существ вокруг.
Линь создала несколько щупалец с глазными яблоками и воткнула их в землю вокруг источников для наблюдения. Сейчас она видела, что в одном из источников собралось несколько десятков совершенно чёрных Саламандр — они вели себя крайне враждебно по отношению к чужакам: ни за что не позволяли другим существам проникнуть в источник, и если противник даже превосходил их размером, они всё равно набрасывались на него всей стаей и загрызали насмерть.
Эти крайне враждебные к чужакам чёрные Саламандры и стали целью испытания Линь.
Крупный Летун нёс в лапах Мозгочтеца, паря над источником, и Линь заметила, как одна из Саламандр выползла из воды и отошла чуть подальше, чтобы справить нужду.
Мысль у неё была неплохая — она понимала, что нельзя загрязнять источник, — но именно это и сделало её целью Линь.
Летун стремительно приблизился к Саламандре и сбросил Мозгочтеца прямо ей на голову.
Внешне этот новый тип Мозгочтеца по-прежнему напоминал медузу, но снизу у него теперь было множество присосок. Он тут же накрыл голову Саламандры, и та отчаянно замотала головой, пытаясь стряхнуть его, но он прилип намертво.
Кожа чёрной Саламандры оказалась удивительно тонкой — самой тонкой из всех существ, что доводилось видеть Линь. Мозгочтец сумел быстро вонзить в её кожу бесчисленное множество тончайших щупалец, добраться до нервных волокон и полностью их перерезать.
Если бы это было панцирное членистоногое или толстокожее пресмыкающееся, так просто это не получилось бы, но с Саламандрой всё оказалось действительно легко.
Всё произошло очень быстро и совершенно безболезненно — беспрестанно мотавшая головой Саламандра вдруг замерла. Затем Мозгочтец с помощью внутреннего органа, вырабатывающего электрический разряд, передал Саламандре сигнал, и её лапы медленно пришли в движение.
Отлично, получилось! После некоторой практики Линь уже научилась управлять конечностями чужих существ с помощью электрических сигналов.
Теперь Линь заставила подконтрольную Саламандру подползти обратно к её родному источнику и затеряться среди сородичей.
Другие Саламандры никак не отреагировали — похоже, эта тактика оказалась удачной. А ведь эти Саламандры были очень враждебны к чужакам.
Если этот метод сработает, Линь сможет управлять представителями стайных видов и внедряться в их сообщества для изучения.
Пока Линь размышляла об этом, вдруг рядом оказалась ещё одна Саламандра — она резко раскрыла пасть и попыталась укусить Мозгочтеца, сидевшего на голове подконтрольной особи.
Её обнаружили?
Линь тут же заставила Саламандру увернуться, но другая снова бросилась на неё.
Похоже, дело не в разоблачении — она просто хотела съесть Мозгочтеца... Видимо, в следующий раз нужно будет сделать более скрытный вариант Мозгочтеца.
Линь уже собиралась увести Саламандру подальше от источника, но обнаружила, что вокруг неё уже собралось целое кольцо других Саламандр...
Ах, этот Мозгочтец потерян впустую.
Пока Линь так думала, вдруг весь источник озарился ослепительной вспышкой света, следом раздался оглушительный грохот, и Линь мгновенно потеряла связь с Мозгочтецом.
Что случилось?
Наблюдательное щупальце рядом с источником выдернулось из земли и медленно подползло ближе к яме. Линь обнаружила, что горячий источник почти полностью исчез, а в центре ямы кольцом лежали обугленные, почерневшие Саламандры...