Свет медленно угасал… Чернота непрерывно расширялась…
Здешние эршиане тоже становились всё... более напуганными.
Дорога света, образованная Очагами, сузилась всего до десяти с лишним метров в ширину.
И она продолжала сужаться по мере того, как Очаги один за другим гасли.
Те эршиане, что ещё не пострадали от падения, отчаянно сбивались к центру света, а некоторые не забывали пытаться оттащить товарищей, оказавшихся на границе с тьмой.
Они не знали, что происходит, не понимали, в чём дело, но всё же изо всех сил старались оставаться там, где им казалось безопасно.
А вот застывшие существа из Трансформ-группы вовсе не двигались — все они, будто уснув, лежали ничком на земле, ничуть не беспокоясь даже о том, что сами оказались во тьме.
Эршиане же крепко цеплялись за угасающий свет... моля, чтобы этот кошмар поскорее закончился.
И правда, кошмар вскоре закончится.
Ведь, погрузившись в отверждение, эршиане теряли память — их следующее воспоминание появится лишь в тот миг, когда они снова выйдут из отверждения.
Поэтому впасть в отверждение было всё равно что заснуть без сновидений и потом проснуться, совершенно не ощутив течения времени.
Хотя, возможно, многие из эршиан, уснув, уже никогда не проснутся.
Стынь-нюх пока не мог обнаружить, что происходит во тьме, но Линь всё же смутно что-то ощущала.
В темноте двигались какие-то... очень громадные существа. Возможно, это были охотники, обитающие в Стазис-потоке... они постоянно следовали за потоком и охотились на всё, что тот замораживал.
Линь не знала, едят ли они эршиан, а Но... он тоже не мог рассказать ей об этом.
Потому что только что, когда Эрш восстановила гравитацию, он [Но] снова впал в забытьё — похоже, это пробудило Эрш... но та не предприняла никаких действий, чтобы изменить нынешнее положение.
Что ж... остаётся только ждать.
Линь оставалась в центре светового пути, вместе с группой самых ярких дрейфующих Очагов, наблюдая, как со всех сторон приближается тьма.
Заодно Линь просканировала эти Очаги и решила, что они так легко... разбиваются главным образом потому, что почти никогда не сталкивались с гравитационной средой — всегда дрейфовали в невесомом пространстве.
Поэтому, столкнувшись с гравитацией, они становились крайне хрупкими... немало из них разбились насмерть, а у оставшихся, более-менее целых, внутренние органы всё равно оказались серьёзно повреждены.
Пока они оставались в условиях гравитации, восстановиться им было трудно, да и Линь было непросто их восстановить, поскольку она ещё не до конца изучила внутреннее строение этих существ.
«Что вообще здесь происходит...» «Не бойся, это точно просто сон... стоит проснуться — и всё будет хорошо». «Помогите! Мама!»
Улицы были полны криков эршиан, а те, кто ещё мог двигаться, уже столпились в последнем крошечном пятне света.
Теперь ширина светового пути составляла всего... метр... полметра... десять сантиметров...
Эршиане один за другим погружались во тьму, их вопли и крики ужаса стихали, и всё становилось необычайно тихим.
То же самое происходило и с Пушистым Шаром Линь: отверждение коснулось его внешней оболочки и медленно распространялось на каждую клетку внутри.
Ощущение было такое, будто она погружается в глубокий сон...
Линь полностью потеряла ощущение Застывшей Пустоты.
Похоже, оставалось только ждать, пока пройдёт поток, хотя неизвестно было, останутся ли к тому времени там ещё её боевые формы.
Линь полагала, что должны остаться, ведь на самом деле у неё было больше одного Пушистого Шара.
Что ж, сейчас стоит обратить внимание на то, что происходит снаружи.
………………
«Гя-гя-гя! Район b повреждён! Район a повреждён! Района c больше нет — взорван подчистую! Что нам делать?!»
Снаружи, в Пустоте, повсюду ещё разлетались обломки Звёздных Автобусов.
А созданный Линь... Пушистый Шар диаметром уже около ста метров преследовал птичий «городской боевой корабль».
У этого городского боевого корабля было немало ракет — на данный момент по Линь уже выпустили свыше тысячи ракет.
Вот только 95% из них промахнулись, а оставшиеся 5% Линь перехватила.
Поэтому Линь всё это время преследовала их и наносила удары.
Способ атаки был прост: она выстреливала ворсинками, набитыми взрывчаткой, и вонзала их в здания на городском боевом корабле.
Под непрерывными ударами этот город длиной более километра был изрешечён Линь до дыр.
Некогда возвышавшиеся здания в большинстве своём превратились в обломки, дрейфующие среди прочих осколков.
За исключением командного здания дронтов — его Линь так и не атаковала, поэтому находящиеся внутри дронты сейчас непрерывно кричали и пытались придумать хоть какой-нибудь выход.
Судя по всему, у них не было никакого секретного оружия, и если так пойдёт дальше, то их гибель — лишь вопрос времени.
Впрочем, до сих пор Линь так и не увидела, чтобы кто-то пытался защитить эту стаю птиц, так что стоило продолжать атаку.
«Бабах——!»
Ещё одна ворсинка вылетела — длиной более десяти метров — вонзилась рядом с командным зданием и с грохотом взорвалась.
«Гя-гя-гя-гя-гя!» — сильная тряска внутри командного здания заставила находящихся там птиц издать душераздирающие вопли.
«Скорее что-нибудь придумай! Ты разве не заместитель капитана?! Быстро разберись с ней!»
Дронт яростно закричал на стоящего рядом гуся, а гусь в ответ ответил: «То, что не может сделать даже ты, настоящий капитан, не сваливай на меня!»
«Гя-гугу? Да как ты смеешь ослушаться приказа!»
«Бах——!» Дронт выстрелил из пистолета, закреплённого у него на голове, и прострелил гусю череп, а затем повернулся к стоящему рядом Перепелу и сказал: «Значит, теперь заместителем капитана будешь ты! Быстро придумай что-нибудь!»
«Пи?» — поспешно отозвался Перепел: «Пи-пи-пи-пи-пи, кло-кло!»
«Гя? У неё не осталось шерсти?» — услышав это, дронт поспешно взглянул на экран рядом и тут же воскликнул: «Гя-гя-ха! И правда, шерсти больше нет! Она больше не сможет нас атаковать!»
«...» Пушистый Шар Линь после череды недавних атак почти полностью израсходовал свою шерсть, так что теперь выглядел как шар с короткой шерстью.
Изначально это был длинношёрстный шар, а теперь оставшаяся короткая шерсть была того типа, что не годится для атаки.
Впрочем... отрастить шерсть Пушистому Шару было совсем не трудно.
В этот момент во множестве дрейфующих вокруг каменных обломков открылись... отверстия, из которых одна за другой высунулись... ворсинки длиной более десяти метров, и все они выстрелили в сторону, где находился Пушистый Шар.
Огромное количество ворсинок пронеслось по воздуху и одна за другой «прилипло» к телу Пушистого Шара, вернув ему прежний длинношёрстный облик.
Поскольку внутренности многих дрейфующих здесь обломков Линь переоборудовала в маленькие фабрики, Пушистый Шар мог пополнять запасы в любой момент.
«...Гя-гя-гя! Что?!» — увидев это, дронт яростно заорал на Перепела: «Она восстановилась! Быстро что-нибудь придумай!»
«Пи-пи!» — отозвался Перепел.
«Гя-о? Что значит — ты предлагаешь нам просто ждать здесь смерти?»
«Пи!»
«Ты... ты хочешь сказать... но это правда? Такое действительно возможно?»
«Пи-пи-кло!»
«Хорошо, я тебе верю... Ну же! Этот длинношёрстный жуткий шар — сразимся не на жизнь, а на смерть!»