Так вот оно что… неужели существа внизу живут за счёт этого свечения? Подумав так, Линь тут же велела Левиафану плыть вниз вдоль ледяного кристалла. По мере того как вода становилась всё глубже, окружающий свет постепенно тускнел и становился холоднее, но эта огромная кристаллическая глыба по-прежнему оставалась яркой и тёплой — кристальная гора напрямую проводила дневной свет с поверхности воды в темноту глубин.
Когда Линь снова вернулась к хрустальному лесу на морском дне, она увидела невероятное зрелище: помимо разбросанных осколков кристаллов, все целые кристаллы, растущие на морском дне, засветились мерцающим сиянием. Их свет уступал дневному свету на суше, но был сравним со звёздным небом ночью.
Прежде холодные воды тоже стали тёплыми благодаря этим кристаллам.
Здесь появилось немало существ, которых Линь не видела ночью, — одноклеточные красного цвета, во множестве прилипшие к стенам мерцающих кристаллов. Линь решила, что это тоже разновидность светопоглощающих клеток, а привычные ночью кристаллиты почти исчезли.
Мелкие существа, живущие здесь, только теперь по-настоящему оживились: множество плоских рыб сновало между кристаллами, было также много трилобитов и щупальцевидных существ. Изредка среди них можно было заметить одного-двух маленьких кристальных ледозверей — похоже, все они питались этими красными клетками, но крупного кристального ледозверя, подобного тому, что напал на Левиафана, Линь пока не встретила.
Может быть, маленькие кристальные ледозвери, вырастая, покидают это место?
У существ здесь есть одна общая черта: их панцири состоят из кристаллов, но эти кристальные панцири отличаются от обычных кристаллов — похоже, они не поглощают ни свет, ни тепло. Возможно, они как-то особым образом изменены — вот почему тот крупный кристальный ледозверь осмелился выпрыгнуть на сушу и напасть на Левиафана.
Это действительно хорошее место для основания базы. Используя эти кристаллы, Линь сможет построить нечто особенное...
Левиафан подплыл к светящейся кристальной глыбе и выпустил несколько особых юнитов под названием «зелёные водорослевые шары» — по сути, скопления светопоглощающих клеток. Линь подвела зелёные водорослевые шары ближе к кристаллу и тут же почувствовала, что его фотосинтетическая способность отреагировала: хлорофилл заработал и начал производить питательные вещества.
Так вот оно что, значит, свет этого кристалла тоже подходит — похоже, годится любой свет, лишь бы это был свет?
Линь была очень довольна этим. Что ж, тогда пора начинать строить базу.
Линь не собиралась помещать семя базы внутрь какого-либо кристалла, а решила оставить его плавать в воде, а затем просверлить в кристалле отверстия и вставить туда фотосинтезирующие клетки.
Помимо производства питательных веществ, фотосинтезирующие клетки также вырабатывают немало кислорода — похоже, это очень выгодная штука. Линь также устроила внутри Левиафана несколько «автотрофных камер», используя фонари для освещения собственных клеток, одновременно получая кислород и питательные вещества.
Поскольку эта работа с кристаллами была довольно масштабной, Линь решила, что Левиафан задержится здесь на некоторое время.
...Погодите, а не лучше ли тогда...
Линь задумала перестроить все базы, соединить их все вместе и создать невероятно огромную систему.
Сейчас всего насчитывается семь баз: главная база, зона морского жёлоба, зона кораллов, зона поверхности моря, зона лавы, зона ледяных столбов... плюс зона кристаллов в этом месте.
Если соединить все базы клеточными трубами и панцирными туннелями, то Линь получит невероятно огромное количество клеток, и её интеллект должен будет ещё немного вырасти.
Что касается интеллекта, он у Линь уже давно не рос — может, клеток недостаточно? Когда число клеток превысило двадцать миллиардов, рост, кажется, прекратился.
Впрочем, вычислительная мощность вроде бы всё ещё растёт, но Линь хотела получить больше новых слов, а также объяснений окружающей среды.
Но построить гигантскую базу? Это довольно сложное дело...
Путешествие Левиафана временно приостановится, но оно всё же продолжится в дальнейшем. А сейчас, для начала, построим базу — самую большую базу за всю историю.
Сейчас все базы уже выросли до полной формы, внешне они выглядят как объёмные треугольники. Они обычно выпускают таких юнитов, как Пожиратели, для сбора пищи, а сами, достигнув определённого размера, перестают расти.
А теперь Линь заставила их расплавить внешнюю броню и начать перестраивать всю форму по «ковровому» плану. Что такое «ковровый» план? Конечно же, это значит подобно ковру: позволить фотосинтезирующим клеткам непрерывно разрастаться вдоль морского дна, постепенно расстилаясь и покрывая всё. Линь собиралась соединить все зоны воедино, объединить все базы и создать одну невероятно огромную базу.
Так всё это морское дно целиком станет её собственным.
Хотя на это, вероятно, уйдёт довольно много времени, но Линь решила приступить к работе прямо сейчас. Основной план заключался в том, чтобы железистые клетки сначала выделили вещество, образующее ровный плоский панцирь, а затем равномерно покрыть панцирь фотосинтезирующими клетками. Эта структура будет непрерывно разрастаться, пока не покроет все освещённые участки морского дна целиком.
Так всё морское дно словно окажется застелено Линь зелёным ковром, и у Линь будет неисчерпаемая энергия! Те более глубокие бессветные зоны Линь покрывать не станет — в этом нет особого смысла.
Весь этот план назовём «Озеленение морского дна».
Что касается этих кристаллов, Линь собиралась сделать из них несколько кристально-панцирных юнитов, но пока что нет существ, способных представлять для Линь настоящую угрозу, поэтому Линь не особо заботилась о развитии войск.
К тому же перед лицом небиологических бедствий никакая сила войск не поможет.
Помимо военного применения, эти кристаллы можно использовать в плане «Озеленение морского дна»: Линь может растворить их и равномерно расстелить по морскому дну, а затем вставить туда фотосинтезирующие клетки — таким образом, с помощью кристаллов эффективность поглощения света будет весьма высокой.
Неизвестно, насколько велики запасы кристаллов, но даже если они закончатся, ничего страшного — ведь Линь вовсе не обязательно полагаться именно на кристаллы.
Здесь, помимо светящихся кристаллов, всё остальное пространство из-за ледяного покрова относится к тёмным водам, там нельзя расстилать фотосинтезирующие клетки. Поэтому Линь заставила Левиафана произвести Транспортников, чтобы те перевезли здешние кристаллы на другие базы.
Линь брала только те осколки кристаллов, что не светились, а светящиеся оставляла здесь — в них можно было просто вставить фотосинтезирующие клетки, не было нужды их перевозить.
Эту огромную кристальную гору здесь Линь не собиралась трогать: было немного жаль портить такую красивую вещь, к тому же она была очень горячей, и возиться с ней было бы хлопотно.
Итак, «Озеленение морского дна» начинается.
Это долгая работа... Левиафан тоже может немного отдохнуть, ведь он так долго путешествовал.
Мышление Линь было чрезвычайно мощным: оно могло одновременно заставлять все клетки выполнять разные действия или одновременно наблюдать и отслеживать разные картины, видимые всеми глазными яблоками. Но даже при этом Линь не любила заниматься сразу многими разными делами одновременно.
«Озеленение морского дна» состояло в основном из двух слоёв: самый верхний слой — тонкая прозрачная оболочка, второй слой — белый твёрдый панцирь. Между первым и вторым слоем размещались фотосинтезирующие клетки, а под вторым слоем располагались различные органы и юниты, которые входили и выходили через маленькие отверстия в панцире.
Зелёное морское дно начало расстилаться вокруг всех баз, а затем постепенно разрасталось. Чтобы покрыть фотосинтезирующими клетками всё морское дно, требовалось довольно много времени, а у Линь тоже не было столько питательных веществ — ей приходилось одновременно добывать питание и медленно строить. Во время строительства также нужно было защищаться от нападений других существ, для чего требовалось производить множество юнитов-охранников.
Базу, что плавала среди большого скопления зелёных клеток, Линь не заставляла ничего особенного делать — она продолжала плавать там подобно бую, изучая дикие зелёные клетки и наблюдая за различными событиями на поверхности моря.
Что касается главной базы на острове, Линь велела ей сначала построить огромный купол, накрывающий всю базу целиком, а затем заполнить его изнутри водой. Когда это будет готово, Линь займётся изучением того, как разместить фотосинтезирующие клетки на суше.
Фотосинтезирующие клетки Линь погибали от ультрафиолетового излучения, и пока она не нашла способа, позволяющего фотосинтезирующим клеткам поглощать световую энергию на суше или на поверхности моря вблизи неё.
Как бы то ни было, на всё это потребуется немало времени.
Левиафан временно остановился в зоне кристаллов — Линь решила дождаться завершения всех работ, прежде чем продолжить путешествие.
Среди непрестанной смены дня и ночи работа Линь продвигалась понемногу.
«Время» — это единица измерения, но пока Линь могла судить о том, сколько времени прошло, лишь по смене дня и ночи.
Линь подумала, что должно быть новое слово для обозначения «времени», и потому она откопала в своём сознании особое слово: «год».
У Линь также имелись знания о годе: год, похоже, состоял из 365 смен дня и ночи, и этот «год», казалось, представлял собой цикл движения мира. Например, в конце года температура становилась холоднее, воды замерзали, а затем, с переходом к началу года, постепенно теплело.
Главным образом, всевозможные изменения в окружающей среде можно было определить по тому, в какой момент этого «года» они происходили.
Но это, похоже, было неверно.
Потому что Линь обнаружила, что иногда замерзание вод происходило в середине «года», иногда в начале, иногда в конце — в общем, совершенно непредсказуемо.
Что происходит? Может ли новое слово из сознания содержать ложную информацию? Не значит ли это, что Линь не может доверять этим новым словам?
Линь не знала, но по крайней мере «год» охватывал 365 смен дня и ночи, так что пока пусть он служит для обозначения более длительных промежутков времени.
Впрочем, чтобы завершить всю работу целиком, вероятно, понадобится немало «лет»...