Место, где сейчас находился пленённый Загонщик, Линь назвала вторым ярусом Скрюченных Джунглей. На нижнем ярусе леса располагалась обширная область со светящимся мхом, землёй и растительными остатками, а второй ярус представлял собой уже совершенно иной мир. Поднявшись метров на десять вдоль главного ствола Скрюченного Дерева, можно было туда добраться. Здесь повсюду переплетались толстые изогнутые стволы, словно бесчисленные извивающиеся щупальца, растущие совершенно хаотично. Даже ночью это место было полностью укутано тьмой, и ни один луч света не мог сюда проникнуть.
В этой тёмной и запутанной среде брюшко Летуна засветилось, и он полетел к далёкой цели.
Всюду, куда доставал взгляд, тянулись скрюченные стволы — самые тонкие из них были не менее метра в поперечнике, по ним вполне могли ползать Загонщики, но вот Левиафану здесь бы точно не пройти.
Того захваченного Загонщика уже съели процентов на тридцать. Загонщики питались, разжёвывая пищу острыми клыками, и, похоже, никакой растворяющей жидкости при этом не выделяли.
Так что же это за существо? Возможно, это было создание, знакомое Линь, например, таракан — среди тараканов есть небольшие падальщики, но самый крупный их вид оказался самым сильным Хищником, встреченным Линь в этом лесу до сих пор.
Оставалось только увидеть его своими глазами.
Летун быстро летел вдоль стволов к месту, откуда исходило болевое ощущение Линь. В темноте изредка приближались один-два мелких летающих насекомых, кружили немного и тут же исчезали без следа.
Крупных существ Линь пока не видела. Тем временем Летун уже приблизился к месту нахождения того существа.
Хм? Боль от разгрызания прекратилась?
Линь почувствовала, что захваченного Загонщика съели уже наполовину, но дальше есть не стали, а отбросили в сторону.
Какая расточительность. Впрочем, у других существ избыток жировых клеток мог бы сказаться на подвижности, а вот Линь, даже насытившись энергией, могла отверждать пищу в шар и хранить про запас — ведь Линь уничтожала все приближающиеся гнилостные бактерии, поэтому пища у неё никогда не портилась.
Но это же удобный случай! Возможно, с помощью недоеденного Загонщика удастся разгромить то существо.
Линь тут же заставила рану на теле Загонщика начать отверждаться, чтобы остановить кровотечение и не дать проникнуть новым бактериям, и в то же время внутри тела начались бурные изменения.
Сперва начали растворяться клетки и структуры органов, чтобы Базовые клетки внутри тела могли впитать высвобожденные питательные вещества и начать безостановочно размножаться, а затем эти Базовые клетки начали собираться в бесчисленные новые организмы.
От Загонщика осталось только брюшко, но именно брюшко было самой крупной частью его тела — там хватало и пространства, и питательных веществ, чтобы Линь полностью пересобрала его заново.
Базовые клетки, изменяя форму и соединяясь, за короткое время смогли образовать целую группу новых существ. Линь взяла за основной образец облика довольно свирепый вид мелких летающих насекомых, часто встречавшихся поблизости, и потому назвала их «Бешеными Шершнями».
Тем временем снаружи Летун обнаружил, где находится Загонщик — на одном из толстых стволов было дупло диаметром больше метра, очень неглубокое. Линь увидела лишь наполовину съеденного Загонщика, других существ поблизости не было.
Ушло, что ли? Судя по размеру дупла, это существо не должно быть большим — вполне вероятно, что это таракан.
Этот звук... что это?
Летун услышал доносившийся неподалёку шорох ползущего существа. Немного погодя облачённое в панцирь создание вползло на ствол — длиной оно было больше метра, и в свете Летуна весь его панцирь отливал серебристым блеском.
Ах вот оно что, это же жук того рода. Но такого цвета... похоже, вида, ещё не виданного. Пусть будет назван «Серебряным Жуком».
Этот Серебряный Жук пополз по извилистому стволу прямо в дупло, размахивая усиками-щупальцами на голове — казалось, он что-то ищет. В конце концов он нацелился на остатки Загонщика и принялся их обгладывать.
Судя по виду, он, похоже, не был хозяином этого дупла, а просто прополз сюда по запаху. Ладно, для начала прикончим его.
Серебряный Жук прогрыз в остатке брюшка Загонщика немаленькую дыру — обычно в таком случае должна была хлынуть кровь потоком, но он не получил ничего. Пока жук в недоумении шевелил усиками, из проделанной им дыры вдруг хлынуло бесчисленное множество существ!
Бешеные Шершни были размером всего около двух сантиметров, но их было очень много. Они могли атаковать острыми, как лезвия, челюстями, а также, как летающая разновидность Ацтекских Жуков, извергать из брюшка огромное количество кислоты.
Серебряный Жук, похоже, впервые столкнулся с подобным явлением и на мгновение застыл в растерянности. Пока он не успел опомниться, Бешеные Шершни уже облепили его целиком.
Челюсти Бешеных Шершней предназначены для мягких целей, а против такой толстой брони требовалась растворяющая жидкость. У всех членистоногих на теле имеются дыхальца — они уже давно утратили жабры, которыми пользовались в воде.
Бешеные Шершни отыскали несколько таких отверстий по бокам брюшной пластины Серебряного Жука, и как раз в тот момент, когда Линь готовилась заставить их выпустить туда кислоту внутрь, брюшко Серебряного Жука вдруг резко раздулось, и он, опередив Линь, первым выбросил наружу огромное количество жидкости.
«Бах!» — в момент выброса раздался чрезвычайно громкий звук. Линь тут же ощутила, что Бешеных Шершней, закупоривших сопло, накрыло высокотемпературной жидкостью, и их отбросило ударной волной прочь.
Линь велела Бешеным Шершням немедленно рассредоточиться и отправила часть из них на поиски тех, кого только что накрыло выбросом. Вскоре она нашла их тела вокруг дупла — тела этих Бешеных Шершней были почти полностью расплавлены, а на их останках всё ещё лежал слой чёрной жидкости, из которой непрерывно валил сизый дым.
Это что... выстрел?
Линь была немного ошеломлена: способ атаки этого Серебряного Жука чрезвычайно напоминал орудийный выстрел Левиафана — сжатие какой-то энергии внутри тела с последующим выбросом.
К тому же этот жук стрелял не взрывным снарядом, а высокотемпературной Растворяющей Жидкостью.
Как эти существа умудрились эволюционировать до такой степени? Просто невероятно. Уже не говоря о том, как оно хранит внутри тела такую горячую жидкость, — сам способ орудийного выстрела Линь до сих пор не встречала ни у одного другого существа, кроме себя самой, а ударная сила была весьма значительной, куда сильнее обычного напорного распыления.
Линь не могла его упустить — во что бы то ни стало нужно было захватить его и вскрыть. Хотя Линь и сама умела собирать самые разные боевые виды, она также сильно полагалась на изучение других существ.
«Бах!» — Серебряный Жук снова выпустил из боков тела огромное количество жидкости, стреляя ею по рою Бешеных Шершней, кружащих в дупле. Из-за этого десятки шершней рухнули вниз — высокотемпературная растворяющая жидкость мгновенно разрушала структуру их тел, превращая их в кучки бесформенных остатков.
Перед лицом такой мощной огневой силы рой Бешеных Шершней не отступил, а наоборот, атаковал ещё яростнее — они снова окружили жука, поливая его тело растворяющей жидкостью и одновременно выискивая любое место, куда можно было бы вцепиться зубами. Линь готова была пойти на любые жертвы, лишь бы убить этого жука.
Но панцирь Серебряного Жука оказался на удивление прочным — видимо, из-за привычки выбрасывать высокотемпературную кислоту его собственная устойчивость к кислоте была чрезвычайно высока. Атаки Бешеных Шершней не давали абсолютно никакого эффекта, и под непрерывными «выстрелами» жука от изначальной тысячи с лишним шершней осталось меньше сотни.
Оставшиеся Бешеные Шершни уже не представляли для него никакой угрозы, а Серебряному Жуку было трудно попасть в них, поэтому он просто перестал обращать на них внимание и принялся поедать вокруг себя останки сбитых шершней.
Что же делать? Если Бешеные Шершни бесполезны, придётся пускать в ход другие отряды или самого Левиафана, но, похоже, времени уже не оставалось.
Серебряный Жук ел на удивление быстро — доев останки, он выполз из дупла наружу.
Линь тут же приказала Бешеным Шершням и тому светящемуся Летуну немедленно следовать за ним. Серебряный Жук ползал по запутанным изогнутым стволам некоторое время, а затем вдруг остановился и застыл неподвижно, прижавшись к стволу.
Бешеные Шершни Линь покружили несколько раз вокруг его головы, но Серебряный Жук никак не реагировал.
Отдыхает, что ли? Значит, у него нет собственного гнезда, и он вот так спит где придётся?
Однако... это как раз кстати, потому что место отдыха Серебряного Жука оказалось прямо над логовом Левиафана.
Хотя сам Левиафан из-за своего веса не мог сюда взобраться, но... достаточно было, чтобы жук спустился сам.
Левиафан выбрался из логова. Линь протянула Глазное щупальце вверх и разглядела, пусть и смутно, свет, исходящий от Летуна где-то среди скрюченных стволов.
Расстояние составляло примерно тридцать метров...
Внутри тела Левиафан сформировал длинную, гибкую клеточную нить, на конце которой был зазубренный острый шип — длины как раз хватало, чтобы дотянуться до Серебряного Жука наверху.
Прицелившись стволом в цель, Левиафан под давлением воздуха резко выстрелил этим Гарпунным Шипом вперёд!
Сам Левиафан не смог бы выстрелить Гарпунным Шипом на такую высоту, да и такой тонкий шип не смог бы пробить панцирь Серебряного Жука, поэтому Линь придумала кое-что особенное.
К Гарпунному Шипу были приделаны маленькие крылышки — даже потеряв импульс выстрела, он мог пролететь ещё довольно приличное расстояние. Крылатый шип долетел до Серебряного Жука на стволе, подлетел прямо к его пасти и стал тыкаться в его сомкнутые челюсти.
После нескольких десятков таких тычков Линь Серебряный Жук наконец проснулся, схватил шип челюстями и, не раздумывая, проглотил его.
Попался!
Убедившись, что зазубрина шипа зацепилась за мягкие ткани внутри пасти Серебряного Жука, Левиафан тут же резко дёрнул — и стащил жука со ствола вниз!