«Гхх! Говорят, там можно увидеть чудо, пойдёмте посмотрим!» — «Да, эти летающие камни вроде бы должны упасть!»
Уже почти прошло 1060 дней и ночей.
Этого времени было не так уж много, но вполне достаточно, чтобы узнать новый мир.
Сейчас — что в наполненном смехом лесу Дерева-Насеста, что в переполненном драконами, полном раздоров и обмана Городе Изумрудных драконов — повсюду ходил один и тот же слух.
Резвящиеся детёныши Скелетных драконов и без устали ворующие ради завтрашней еды детёныши изумрудных драконов собрались вместе — они решили взобраться на скалы ущелья, чтобы посмотреть на это чудо, которое можно увидеть лишь раз в жизни.
Над скованной льдом землёй ясный синий свет, освещавший материк, давно ушёл, и повсюду то и дело раздавался гул.
Огромные глыбы камня одна за другой падали с неба, с грохотом ударяясь о ледяной покров, а некоторые детёныши уже забрались почти к самому краю скорлупы ущелья — стоило упасть очередному камню, как они тут же вскрикивали от изумления.
«Почему эти камни падают?» — «Гхх! Как странно!» — «Может, нить оборвалась». — «Ты думаешь, эти камни были на нити подвешены?» — «Не знаю, гхх!»
«Но что это вообще означает?»
Некоторые взрослые Скелетные драконы тоже наблюдали за этим вместе с детёнышами, и, глядя на происходящее в небе, их мысли были полны недоумения.
Что это символизирует? Линь тоже размышляла над этим вопросом.
Возможно, это символизирует... конец одного мира.
Над Луной всё стремительно менялось — бури стали чаще, чем прежде, морские течения тоже сделались куда более бешеными, но пыль по-прежнему клубилась в этом мире, и его загрязнённость никак не менялась.
Но всё это означало, что поведение Луны начало меняться — по всей видимости, она стала вращаться быстрее, чем раньше. В море базы, оставленные Линь на островах, зафиксировали появление странных течений, перемешанных с большим количеством примесей, которые непрестанно циркулировали по всему морю на Луне.
Эти течения, похоже, влияли на притяжение Луны по отношению к Поющим камням, но Линь не стала подробно изучать это.
Из-за перемен на Луне некоторым базам стало трудно вести наблюдения в такую сильную бурю — им оставалось лишь прятаться на островах, тогда как глубоководная зона, где находился Левиафан, пострадала не так сильно. Однако все живые существа здесь словно готовились к некой надвигающейся катастрофе...
Вот, например, эта группа "Клеевых Моллюсков", образующих защитный слой — они теперь непрерывно поглощали окружающие питательные вещества и складывали их все в толстый клейкий слой защитного покрова для хранения.
А другие обитавшие здесь существа принялись рыть норы или искать укромные места, чтобы спрятаться.
Здесь Линь заметила существ, которые прогрызали отверстие в скале, а затем выделяли большое количество жидкости — она постепенно застывала, и в итоге существо оказывалось полностью запечатанным внутри камня, оставляя на его поверхности отпечаток своего тела...
Похоже, именно так и образуются те окаменелости.
Хотя было неясно, как оно потом собирается растворить эту оболочку и выбраться наружу, но метод, судя по всему, весьма действенный.
Похоже, многие существа поступали именно так — Линь обычно называла таких существ "лунно-каменными существами", потому что все они добывали панцирное вещество из лунных камней и смешивали его с клетками, формируя тело.
А некоторые другие существа в основном рыли норы и искали место, чтобы спрятаться — те чёрные, похожие на морские растения существа, что усеивали морское дно, тоже втянулись обратно в морское дно.
На суше, похоже, происходило то же самое.
Существа, обитавшие в подземных пещерах Пепельного острова, начали непрестанно запасать ресурсы: грибы производили огромные количества Белой пасты, а живущие с ними по соседству микроорганизмы дружно выделяли клейкое вещество, которым запечатывали всю водяную яму — но оставляли множество мелких отверстий, словно всё же собирались впустить пыль.
Что до Редисов, они, похоже, не умели рыть норы, но зато принялись поедать огромное количество Белой пасты, чтобы набрать вес.
Некоторые Редисы, объевшись ядовитой Белой пасты, валились на землю, не в силах шевелиться, но это было не страшно — это не угрожало их жизни, их организм постепенно выводил яд, а получаемой энергии всегда было больше, чем потраченной.
Некоторые Редисы, наевшись до состояния сильной "полноты", сгрудились в одном из углов пещеры и погрузились в сон.
А обитавший в пещере "Создатель" тоже вбирал в себя на поверхности острова огромное количество пыли, забивая ею все пустующие ходы, а затем втянул все приближенные к земле щупальца поглубже под землю.
Все эти поведенческие проявления существ были Линь прекрасно знакомы — это выглядело точно так же, как подготовка к зимовке.
Как Линь и предполагала, она не ошиблась.
Ещё когда только прибыла на Луну, Линь немного размышляла об этом вопросе: если Луна удаляется от Пушистого Шара, то, двигаясь в направлении солнца, она становится всё жарче, а в противоположном направлении... становится всё холоднее.
...После этого прошло ещё несколько десятков дней и ночей.
«Гхх... оно ушло?» На Северном материке лазурный свет на небосклоне уже исчез, все Поющие камни упали обратно на скованную льдом землю, и детёныши Скелетных драконов, слегка приунывшие, глядели на небо, спрашивая: «Мы больше никогда его не увидим?»
«Да, — отвечал стоявший рядом с ними взрослый Скелетный дракон. — Оно снова покажется лишь очень нескоро».
«Я всё думаю, — сказал детёныш. — Если бы мы забрались на камни в тот момент, когда они поднимались, разве мы не улетели бы вместе с ними?»
«Это... — Скелетный дракон, услышав такое, на миг застыл, а затем сказал: — Возможно, и так, но снаружи слишком опасно...»
«Верно, — спросил детёныш. — А когда же мы наконец сможем выйти наружу?»
«Придётся подождать, пока покажется Пушистый Шар и весь этот лёд снаружи... растает».
«Правда? — детёныш посмотрел на прозрачную скорлупу ущелья. — Как же мне хочется выйти наружу и всё увидеть!»
Когда же растает лёд? Линь не знала ответа на этот вопрос — и к тому же сейчас... лёд на Пушистом Шаре ещё не растаял, а в другом месте уже начало снова замерзать.
После того как Луна удалилась от Пушистого Шара, здесь произошли некоторые перемены.
Но сильнее всего изменился, конечно же, здешний климат: после её удаления температура на всей Луне начала стремительно меняться, и скорость похолодания оказалась во много раз выше той, что была прежде, пока Луна ещё вращалась вокруг Пушистого Шара.
В таких условиях цвет неба тоже постепенно тускнел, и с течением времени на Луне становилось всё труднее различить день и ночь.
Раньше даже ночью на Луне было довольно холодно, но вода всё же не замерзала; теперь же вода начала замерзать, и морские течения стали куда медленнее прежних.
Прошло ещё некоторое время...
Разве это ещё та самая Луна?
Сейчас Левиафан находился у края одного из островов на Луне — лишь включив свет на полную мощность, можно было хоть немного разглядеть окружающую обстановку.
Здесь теперь царила полная и совершенная тьма, и даже сияние звёзд вокруг не могло пробиться в этот мрачный мир...
И дело было вовсе не в том, что ночь тут особенно длинна — у Линь были базы по всей Луне, но повсюду её взгляду представала одна и та же тьма.
Теперь на Луне уже невозможно было отличить день от ночи — ни с какой стороны не было солнца, всюду царила полная тьма, и никакой свет не проникал внутрь; эта земля приблизилась к состоянию крайнего, экстремального холода.
Здесь было намного холоднее, чем на Пушистом Шаре, — Линь даже обнаружила, что некоторые газы из-за этого перешли в жидкое состояние.
Хотя этот крайний холод не смог сквозь оболочку Левиафана повлиять на клетки внутри него, он сказался на всей окружающей среде Луны.
Теперь всё огромное море превратилось в сплошной ледяной океан; Левиафан медленно летел над ледяной поверхностью — бури, по сравнению с прежними, стали намного спокойнее, и казалось, будто вся Луна погрузилась в некое умиротворённое состояние...
Похоже, эта Луна полностью превратилась в ледяной шар.
В отличие от Пушистого Шара с его многочисленными высокими горами и материками, поверхность Луны была довольно ровной, и после замерзания, если посмотреть со стороны, она наверняка выглядела как один цельный белый шар.
Теперь существовало два замёрзших мира, но здесь, похоже, существа были более привычны к таким переменам.
Под Пепельным островом это место по-прежнему сохраняло свою жизненную активность — Линь обнаружила, что пыль здесь всё ещё вырывается наружу, но частота этого стала намного реже, чем раньше — теперь, наверное, лишь раз в несколько дней и ночей, а то и реже...
А выброшенный пепельный слой скапливался на поверхности острова — из-за того, что всё сковано льдом, он не уплывал в море, а постоянно накапливался поблизости.
В пещерах острова обитавшие там существа по-прежнему сохраняли свой прежний образ жизни.
Здесь было тепло — по сравнению с внешним миром температура тут была уже довольно высокой, во всяком случае, местные водяные ямы не замёрзли; Создатель по-прежнему кормил местные грибы, хотя делал это теперь очень нечасто, и большую часть времени сам Создатель находился в спячке.
Линь подумала, что виденная ранее любовь Создателя к спячке, возможно, была как-то связана с его повадками ещё на Луне.
А такие существа, как Редисы или Гравийные Монстры, теперь полностью бездействовали — они тоже пребывали в спячке.
Сколько же им предстоит спать? Неужели снова придётся ждать целых 290 лет, прежде чем они пробудятся, чтобы вновь начать двигаться?
К тому же и период активности продолжается так недолго...
Неужели такой же была Луна и до того, как её климат стал суровым? Если так, то её экосистема поистине удивительна.
Впрочем, они не спали совсем непрерывно — время от времени какой-нибудь Редис вставал, что-то съедал и снова засыпал, в основном поддерживая некое чередующееся состояние сна и бодрствования.
То же самое происходило и с существами защитного слоя в море — вода в глубинах по-прежнему сохраняла определённую температуру и не замерзала; часть существ погрузилась в полную спячку, а часть продолжала медленно двигаться в поисках пищи.
Смертность среди них была почти нулевой, а значит, они хорошо знакомы с такими условиями, — в отличие от существ на Пушистом Шаре, которых внезапный холод заставал совершенно врасплох...
Наблюдать за поведением этих существ в условиях холода было довольно интересно, но Линь понимала, что вряд ли здесь найдутся хоть какие-то зацепки насчёт того взрыва.