«Степень повреждения превысила 99%».
Вероника Линь находилась в золотом чертоге.
Вокруг Вероники валялось множество упавших на пол статуй.
Сами эти статуи были рельефами на стенах, которые на деле могли выползать из стены и атаковать любую цель перед собой.
Похоже, на них что-то повлияло — после активации они начали атаковать всех подряд, совершенно не различая своих и чужих.
Но справиться с ними оказалось не слишком трудно.
Разобравшись с этими рельефами, Линь добралась до этого ключевого зала.
Что до тех эршиан — они ушли сами по себе… заявив, что больше не доверяют Линь, и решили сами искать выход.
Хотя, по мнению Линь, вряд ли они его найдут.
Войдя в этот чертог, Линь сразу же почувствовала состояние Эрша снов.
Как и ожидалось, большая часть Эрша снов оказалась повреждена, включая важные устройства и сооружения, а также двигатели и прочее.
Теперешний Эрш снов… больше не сможет активироваться.
Хотя восстановление и было бы возможно, но если бы дело дошло до ремонта, члены Совета вряд ли остались бы в стороне, поэтому Линь решила пока покинуть это место.
Разумеется, речь шла не о том, чтобы покинуть весь Эрш целиком, а лишь об уходе из этого конкретного места.
Это место представляло собой недавно созданный общий архив, в котором хранилось множество данных, включая, разумеется, и данные о постройке Эрша снов.
Это был не тот, изначальный архив — тот не имел функции полёта, а этот имел.
Линь решила… активировать его и вылететь наружу.
Впрочем, куда именно можно будет попасть после активации, было пока неясно, ведь не факт, что вообще удастся вылететь отсюда, но Линь всё же хотела попробовать.
Подумав об этом, Линь направила Веронику в центр чертога.
Вокруг центра чертога стояли десять статуй разных животных, и Линь заставила Веронику распустить волосы, протянув их к головам разных статуй.
«Гул——» В этот момент весь чертог слегка содрогнулся.
Похоже, функция активации этого места ещё сохранилась… подумав так, Линь тут же начала проверку.
Линь могла мысленно подключиться ко всему общему архиву и обнаружила немало повреждённых участков, после чего принялась их восстанавливать.
Среди повреждений оказались система управления внутренней защитой, а также несколько особых помещений.
По форме весь общий архив напоминал подземный замок, и сейчас Линь находилась на самом верхнем его уровне.
Отсюда расходилось множество коридоров, ведущих в разные другие комнаты, а система защитного контроля располагалась в ближайшем месте.
Когда Линь начала вводить данные для восстановления, она заметила, что на полу появилось золотое сияние, которое, распространяясь по полу, потянулось к соседней статуе животного.
Поверхность этой статуи была покрыта множеством повреждений и шрамов, и как только свет коснулся её, эти повреждения начали быстро исчезать.
Эти статуи символизировали десять комнат с разными функциями, и повреждения на их поверхности отражали степень повреждения соответствующих комнат.
По мере того как Линь восстанавливала повреждения, статуи возвращались к первоначальному виду — если так пойдёт и дальше, то дело будет сделано довольно быстро.
«Эй! Что ты вообще делаешь!»
В этот момент Линь услышала знакомый голос.
Те несколько эршиан, встреченных ранее, вошли в чертог через вход.
«Ты что, задумала что-то сделать с этим местом?» — эти эршиане подняли оружие, направив его на Веронику Линь. — «Сейчас здесь безопасно, не вздумай устраивать какие-то странные вещи, чтобы тебя не заметили те чудовища снаружи, иначе… ай!»
Не успев договорить, он с криком боли рухнул на пол.
«Что с тобой случилось!» — оставшиеся пятеро эршиан в ужасе уставились на упавшего, а затем перевели взгляд на Веронику. — «Это ты? Это твоих рук дело?»
«……» Линь никак не отреагировала на них, а вместо этого смотрела в угол комнаты.
Они тоже заметили направление взгляда Вероники и обернулись туда же — и тогда увидели, что в углу комнаты притаилось некое существо.
Оно выглядело точно так же, как ножные шары снаружи, только всё тело было чёрным, тогда как прежние ножные шары были белыми.
На поверхности этого чёрного ножного шара тоже был один глаз, и он неотрывно смотрел на одного из эршиан.
«А!» Тот эршианин, на которого был направлен взгляд, вдруг издал крик боли — и хотя на нём не было видно никаких внешних повреждений, он всё же… рухнул на пол.
«Бейте его до смерти!»
Оставшиеся четверо эршиан тут же открыли огонь, и под градом летящих пуль чёрный ножной шар мгновенно подпрыгнул.
Когда пули ударили в то место, где он только что находился, шар успел приземлиться прямо перед одним из эршиан.
«А-а-а!» Этот эршианин с криком воткнул штык своего оружия прямо в глаз шара.
Он попал.
Ножной шар, чей глаз был пронзён, тут же издал крайне пронзительный вопль — звук был во много раз громче, чем у прежних белых ножных шаров.
Этот чёрный ножной шар явно оказался новой разновидностью, и было неясно, какой эффект способен дать его подобный визг.
Все эршиане не смогли вынести этого звука — они присели, схватившись за головы.
Однако в следующую же секунду раздался ещё более громкий звук.
«Гул——!»
Линь увидела… потолок чертога треснул, и сквозь трещину сверху хлынул ослепительный белый свет.
Эта трещина стремительно расширялась, и с обрушением потолка проступало всё увеличивающееся отверстие.
Над этим отверстием показался белый предмет кубической формы.
Это был… член Совета.
«Они… они обнаружили это место!»
Увидев это, несколько эршиан в панике бросились к коридору, ведущему в другие комнаты.
Вероника Линь, впрочем, не двинулась с места, продолжая стоять и наблюдать за этим членом Совета.
Линь заметила, что поверхность тела члена Совета треснула, и из этой трещины наружу выползло множество… чёрных ножных шаров.
Эти чёрные ножные шары спрыгнули вниз через разлом, и, подобно белым шарам, принялись озираться по сторонам.
Вскоре один из них заметил Веронику Линь.
Пока он смотрел на неё, Линь почувствовала, как к ней приходит какой-то странный сигнал.
Его можно назвать своего рода «внушающим сигналом»: существо, на которое направлен взгляд, продолжает получать этот сигнал и в его сознании возникает одна и та же мысль.
Этот внушающий сигнал в основном заставляет существо порождать «мысль о смерти».
У эршианина, на которого направлен этот взгляд, в голове постепенно формируется мысль, будто он уже мёртв.
Затем в его сознании происходит нечто вроде… «настройки» того, как именно он умер — например, он может подумать, что был забит до смерти.
После этого его тело действительно переходит в такое состояние, и он в самом деле умирает.
Именно поэтому те эршиане внезапно умирали, хотя на саму Линь это не оказывало особого эффекта.
Потому что Линь не подвержена их внушению.
Линь лишь удивлялась, зачем членам Совета понадобилось предпринимать подобные действия.
Однако на этот раз, судя по всему, член Совета не стал игнорировать Линь, как это было снаружи.