Это было пространство без правил, где всё что угодно могло появиться в мгновение ока и в мгновение ока исчезнуть.
Это можно было назвать «гордостью» Линь — в этом мире грёз не только достигался безупречный эффект реальности, но и через нервные линии все подключённые существа могли ощутить настоящую боль.
Поэтому Монтесума Второй, подвергаясь атаке Мозгового червя, действительно испытывал муки, и поскольку в этом сне не существовало настоящей смерти, можно было мучить существо бесконечно долго — до тех пор, пока его тело всё ещё живо снаружи.
Разумеется, это была лишь идеальная ситуация. Обычно, если мозг долгое время подвергается воздействию различных тяжёлых эмоций, существо, как правило, умирает особенно быстро — в основном из-за избытка «секрета страха» внутри, который можно рассеять только другой эмоцией, например радостью.
Под огромным давлением, чтобы избежать боли, Монтесума Второй в конце концов рассказал о себе кое-что…
На самом деле Мозговому червю было совершенно не интересно что-либо у него выспрашивать — он просто хотел его убить. Но поскольку Линь захотела расспросить, Мозговой червь заявил, что берёт на себя роль дознавателя.
Путешествие Монтесумы Второго на самом деле не было чем-то особенным…
Когда-то, охваченный пламенем Летающего Дракона, он погрузился в глубины моря, и как раз в тот момент, когда Монтесума Второй решил, что ему конец, он повстречал неких глубоководных существ — Бездонных кальмаров.
Эти Древние Кальмары не убили Монтесуму Второго, а напротив, утащили его в подводную пещеру, где не было воды и где Монтесума Второй мог жить.
Внутри также обитал огромный Рак-богомол. Монтесума Второй заметил, что этот Рак-богомол, похоже, находится в хороших отношениях с кальмарами, — между ними будто существовало какое-то общение. И они всё время кормили Монтесуму Второго.
Монтесума Второй совершенно не понимал, что происходит. Почему они его кормят. Он совсем не разбирался в этой ситуации, но подумал, что может остаться здесь, пока не заживут раны…
Под опекой кальмаров и Рака-богомола ожоги Монтесумы Второго быстро зажили, он снова мог свободно передвигаться, но поскольку это была подводная пещера, он не мог основать здесь свой рой, поэтому Монтесума Второй решил уйти.
Но когда он попытался уйти, возникла проблема: стоило Монтесуме Второму приблизиться к выходу, как кальмары и Рак-богомол тут же преграждали ему путь, не давая выйти. Если он пытался силой пробиться, кальмары даже нападали на него, но стоило ему вернуться, как кальмары вновь становились такими же дружелюбными, как прежде…
Это было довольно странно. Позже Монтесума Второй пробовал много раз — например, пока Рак-богомол уходил на охоту, или пока кальмары спали. Но как бы то ни было, всегда находились кальмары, которые не спали. И они неизменно останавливали Монтесуму Второго.
Спустя долгое время Монтесума Второй в конце концов отказался от попыток побега и остался жить в этой пещере. На самом деле здесь не было никаких проблем — еды было достаточно, места тоже хватало, но, будучи мозгом роя, Монтесума Второй крайне тяжело переносил невозможность расширить свой рой.
Поэтому он не оставил окончательно мысль об уходе. Позже Монтесума Второй придумал особый способ — начал пытаться наладить общение с этими кальмарами…
Поначалу это было, конечно, трудно, они совсем не понимали друг друга, но со временем Монтесума Второй постепенно научился понимать особый язык изменения цвета тела кальмаров, а Монтесума Второй, в свою очередь, с помощью движений тела дал кальмарам понять свой язык.
Сначала они могли обмениваться лишь простыми сигналами, но потом общение стало более сложным — Монтесума Второй мог даже просить их принести определённую пищу, а также заставить кальмаров рассказать ему о том, что происходит снаружи.
Но даже так кальмары не позволяли ему уйти: как бы хороши ни были отношения в обычное время, стоило Монтесуме Второму приблизиться к выходу, настроение кальмаров мгновенно менялось.
Позже Монтесума Второй понял: похоже, ему не выбраться отсюда никак, и он не знал, почему кальмары так себя ведут.
Но он считал, что этими кальмарами и Раком-богомолом, возможно, кто-то управляет…
Раз уж он мог общаться с кальмарами, Монтесума Второй, конечно, мог общаться и с Раком-богомолом. Интеллект Рака-богомола, возможно, был чуть слабее, чем у кальмаров, но всё же он мог узнать от него много сведений. Позже Монтесума Второй «услышал», что у ближайшего острова появилось нечто огромное.
Рак-богомол сначала рассказал кальмарам, а те уже показали Монтесуме Второму общий облик этой вещи.
Тогда Монтесума Второй сразу понял, что это корабль Мозгового червя — ведь он и сам когда-то строил корабли, и построенные ими корабли на самом деле весьма похожи друг на друга.
«Не может быть, чтобы они были очень похожи! Мой корабль гораздо совершеннее корабля этого тупого существа!» — тут Мозговой червь не выдержал и перебил рассказ…
…Затем Монтесума Второй придумал новый план — он послал Рака-богомола атаковать корабль Мозгового червя. На самом деле он вовсе не хотел напасть на самого Мозгового червя, а лишь стремился привлечь его внимание.
Монтесума Второй рассчитывал, что после того как корабль Мозгового червя будет потоплен, тот выследит Рака-богомола и доберётся до этого места, и если Мозговой червь нападёт на эту пещеру, то у него самого появится шанс сбежать в суматохе.
Впрочем, поначалу Монтесума Второй и сам сомневался в своём плане — ведь он прекрасно понимал, что у Мозгового червя нет водных бойцов, иначе раньше он не стал бы полдня посылать Громоревуна кричать через остров, так и не сумев до него добраться.
Но раз уж он всё равно был заперт здесь навечно, почему бы не попробовать?
Тут Линь заметила, что Монтесума Второй допустил ошибку: посылать Рака-богомола атаковать корабль Мозгового червя было неразумным поступком — лучше было бы направить Рака-богомола привлечь внимание какого-нибудь другого гигантского морского существа, например Океанического мечехвоста — такое создание могло бы даже полностью обвалить всю пещеру.
Но, возможно, дело было просто в том, что Монтесума Второй не разбирался в местных морских обитателях.
Рак-богомол и правда оказался послушным — он отправился и потопил корабль Мозгового червя, и эта деятельность продолжалась очень долго: каждый раз, как Мозговой червь строил новый корабль, тот его топил, — пока наконец Мозговой червь не явился в мир грёз к Линь, и тогда произошла вся последующая череда событий.
…Вот оно как. Так вот в чём дело.
Разобравшись во всём этом, Линь нашла ситуацию весьма занятной. Получается, что сам Монтесума Второй не представляет настоящей загадки — странно скорее то, что за существа эти кальмары и Рак-богомол, которые непонятно почему стали его содержать.
Но всё это было рассказано самим Монтесумой Вторым — так насколько же правдивы эти события? Или же… есть иная возможность? Мозговой червь, очевидно, не собирался верить всему безоговорочно…
Но Линь считала, что это, скорее всего, правда, потому что Линь знала: когда некое существо говорит нечто, не соответствующее известной ему истине, в его теле, особенно в мозге, возникают некие тонкие проявления, и Линь могла проверить эти проявления, чтобы определить, говорит ли существо правду.
Но если Монтесума Второй способен контролировать эти тонкие проявления, тогда всё становится куда более сложным вопросом…