Эксперимент продолжался и уже вышел на завершающую стадию.
Линь пыталась полностью извлечь мозговые волны одного из Скелетных драконов. Этот дракон уже сильно ослаб и находился на грани смерти. Когда его органы начинали останавливаться, а мозговые волны — слабеть, Линь пробовала с помощью Мозга сновидений вытянуть эти волны наружу.
Сам этот этап был довольно простым, потому что требовалось лишь направлять процесс. Волны извлекались щупальцами Пушистого Шара и удерживались внутри него.
Обычно, если у живого существа забрать часть мозговых волн, оно всё ещё способно вырабатывать новые. Но если вытянуть сразу большое количество, тело мгновенно парализует полностью.
Впрочем, этот Скелетный дракон и так был почти полностью парализован — от старости он был при смерти, так что это не имело значения. Но вот извлечённые волны… кажется, оказались бесполезны.
Они не несли в себе ни мыслей, ни чего-либо иного — просто слабый электрический ток, не более того.
Значит, этот путь бесполезен? Но Линь не считала нужным сдаваться так быстро — оставалось ещё много способов.
Главный вопрос заключался в том, находится ли мысль в самих мозговых волнах или же в клетках мозга. Если она в клетках — тогда сделать ничего нельзя, потому что клетки мозга рано или поздно умрут, а если поддерживать их жизнь искусственно, это ничего не докажет насчёт существования души.
Или, может быть, мозговые волны вовсе не являются основной формой существования души? Но единственное, что потенциально может рассеяться после смерти организма — это именно мозговые волны, всё остальное распространяться не способно…
В последнее время Линь изучила множество драконов и заметила, что волны, испускаемые Скелетными драконами, более цельные — ведь большинство из них умирает от старости вполне естественным образом. С Изумрудными же драконами всё иначе: из-за тягот жизни они часто умирают раньше срока, причём смерть их довольно мучительна. Хотя поначалу, когда они только пришли в это ущелье, казались весьма сплочёнными. Но позже, когда их численность возросла, начали появляться проблемы.
А может, дело в чём-то ещё, чего Линь пока не обнаружила?
Впрочем… это едва ли возможно. Хотя Линь допускала существование бесконечно малых частиц или каких-то иных форм энергии, изучить их было бы невозможно.
Наблюдать можно лишь то, что можно свести к бесконечно малому и рассмотреть. На самом деле Линь было очень любопытно: если бесконечно делить нечто пополам, что получится в итоге? Или, может быть, никакого «итога» вовсе не существует?
Кажется, это уже уводило в сторону других вопросов. Если мозговые волны сами по себе не могут являться мыслью, и к тому же они очень быстро рассеиваются в воздухе, тогда, возможно, требуется какой-то иной способ. Например… когда мозговые волны высвобождаются, они могут быть чем-то поглощены или на что-то повлиять, и тогда этот объект станет хранилищем волн, продолжая удерживать мысль в себе.
Возможно, стоит изучить те огни, что видны через Многоцветный глаз — вдруг это что-то прояснит.
Сейчас Линь как раз наблюдала через Многоцветный глаз за местом захоронения Скелетных драконов — это был уголок в лесу Дерева-Насеста. Стоило открыть Многоцветный глаз, как становилось видно, что в воздухе повсюду мерцают странные огоньки, а даже очертания деревьев выглядели иначе, чем обычно.
Это было словно другой мир. И мозговые волны оказались единственным способом связаться с этими странными объектами: стоило выпустить волну, как ближайшие огоньки рассеивались, но вскоре вновь собирались небольшими сгустками света.
У этих огней не было источника — они просто парили в воздухе отдельными сгустками, будто скопление множества светящихся существ. Но при исследовании самого воздуха в местах их появления обнаружить ничего не удавалось.
Если выпустить достаточно мощную мозговую волну, можно разогнать весь свет по всему лесу разом, но некоторые огоньки всё равно оставались на месте — а значит, можно было утверждать, что они с мозговыми волнами никак не связаны.
Поэтому стоило обратить внимание лишь на те огни, которые действительно реагировали.
Тогда Линь заставила Пушистый Шар испустить особую мозговую волну — ту самую, что была извлечена из мозга Скелетного дракона. Он вытянул щупальце и направил волну на ближайший сгусток света.
Реакция была: сгусток света слегка дрогнул. Но и только.
Линь повторила попытку ещё несколько раз, выпуская в воздух разные мозговые волны Скелетных драконов. Некоторые из них влияли на эти огни, некоторые — нет, а порой при высвобождении волны рядом появлялись новые сгустки света.
Изначальное предположение Линь заключалось в том, что эти огни, возможно, порождаются в ответ на мозговые волны — и теперь, судя по всему, так и было, хотя утверждать это с полной уверенностью пока было нельзя.
Но Линь уже придумала способ сохранить мысли этих Скелетных драконов… нужен всего лишь «носитель».
Эти огни, возможно, рождались как реакция на мозговые волны, но понять их устройство было чрезвычайно сложно. Линь пока решила не заниматься ими вплотную — зато она сообразила, как сохранить сами мозговые волны.
Как и прежде, Линь требовалось извлечь мозговые волны Скелетного дракона, но на этот раз нельзя было делать это через Пушистый Шар, потому что у него самого нет мозга. Даже если он передаст эти волны Мозгу сновидений, при передаче неизбежно возникнут потери — пусть даже совсем незначительные, — а это приведёт к тому, что сами волны станут неполными. Так что этот способ не годился.
Поэтому решение оказалось простым: нужно было извлекать мозговые волны напрямую через Мозг сновидений. Тогда мозговые волны этого Скелетного дракона можно было бы сохранить прямо внутри Мозга сновидений, используя внутреннюю энергию для их подпитки — теоретически, они могли бы циркулировать внутри бесконечно.
Теперь Линь начала перемещать Мозг сновидений. Этот новый Мозг сновидений совершенно отличался от «Исследовательского мозга», который Линь использовала для разведки над поверхностью моря. Мозг сновидений был специально предназначен для создания сновидений, и он как раз находился в ущелье… паря в воздухе.
Линь сначала облекла Мозг сновидений в оболочку, а затем покрыла всё его тело густыми ворсинками — так, что он стал похож на крупный Пушистый Шар.
Затем Линь заставила его подлететь к лесу Дерева-Насеста, и, вызывая изумление у Скелетных драконов, он приблизился к одному из древесных домиков.
Внутри этого домика тоже находился умирающий Скелетный дракон. Мозг сновидений опустился снаружи домика, вытянул из своей поверхности щупальце и коснулся мозга этого дракона.
После этого началось извлечение — точно так же, как и раньше.
Процесс извлечения должен был быть быстрым и полным. Линь мгновенно вытянула все мозговые волны, а затем принялась наблюдать за сновидением: внутри всё ещё находился тот самый Скелетный дракон.
Успех?.. Нет, не совсем — похоже, оставалась какая-то проблема. Этот Скелетный дракон больше не двигался, будто вовсе не реагировал на окружающее.
Немного подумав, Линь поняла: этот дракон тут же исчез… Вот оно что. Это было лишь порождение, созданное Мозгом сновидений на основе полученных мозговых волн, а вовсе не настоящая мысль самого Скелетного дракона…
Как же всё это хлопотно. Значит, эту задачу действительно так трудно решить?
Раз так, придётся всё же воспользоваться прежним способом.
С этой мыслью Линь заставила мозг продолжить впитывание, извлекая всё, что находилось внутри мозга дракона, а затем начала разлагать это внутри Мозга сновидений и стремительно собирать заново.
В итоге из этих составляющих Линь создала особый «сосуд».
Что ж, похоже, пока что удаётся сохранить лишь их мысли — исследовать нечто вроде души оказалось слишком сложной задачей.