Глубоко под землёй Линь и Так продолжали свой путь по этому солёному белому миру.
Сегодня Линь занималась с Таком чем-то немного особенным.
«Рисовать».
Линь обучала Така новым знаниям — Птерозавр острым длинным клювом чертил линии на земле, Линь рисовала разных существ: разнообразных динозавров, скелетных драконов, древних кальмаров и прочих, — и одновременно издавала звуки, называя Таку соответствующие слова.
Поначалу Так не очень понимал, но после того как Линь повторила это много раз, он начал немного разбираться — он мог различать узоры, которые Линь рисовала на земле, и запоминать эти слова.
Если подумать, когда-то так же Линь общалась с Мозговым червём, но сейчас Линь думала не о том, чтобы Так просто запомнил слова, а о том, чтобы он тоже начал рисовать — оставлять такие же следы на земле, на камнях, чтобы использовать их для общения, сохранения истории, чтобы эффективнее передавать самые разные вещи потомкам. Это был весьма действенный способ.
Голосовые связки скелетных драконов расположены в горле, и в сочетании с языком развиты не очень хорошо — они не могут издавать звуки для многих видов слов, да ещё и не способны издавать звуки под водой, зато их передние конечности достаточно ловкие, так что рисовать им наверняка легко.
Закончив рисунок, Линь клювом указала на камень у пояса Така и произнесла: «Рисуй, Так».
Так посмотрел на свой камень, потом на Линь — в его мыслях возникло замешательство. Заметив это, Линь снова указала клювом на рисунок на земле и сказала: «Ты, камень, черти рисунок».
«Камень... чертить рисунок...»
Пасть Така, подражая Линь, с некоторым трудом произнесла эти два слова, затем он посмотрел на свой пояс, но, похоже, всё ещё не совсем понимал.
Видимо, требовалось, чтобы Линь показала на примере, но клюв Птерозавра не очень подходил для того, чтобы держать в нём камень и рисовать. Впрочем, чтобы справиться с этим неудобством, язык Птерозавра давно был изменён Линь.
Птерозавр раскрыл пасть, и оттуда высунулись две структуры, похожие на щупальца. Эти щупальца не только сохранили функцию вкуса, но и были очень ловкими. Линь щупальцем обхватила камень у пояса Така, а затем нарисовала на земле такой же узор, как раньше.
На этот раз Так мгновенно всё понял — он тоже взял камень и начал чертить им по земле.
Надо же, как быстро он всё усвоил...
Эти существа, произошедшие от эволюции рептилий, вызывали у Линь удивление. Обычно живые существа передают способности своим потомкам по наследству, поэтому способности каждого существа обычно напрямую связаны с его родителем — так обстоит дело у большинства членистоногих. Даже эволюционировав до уровня Мозговых червей, они всё равно предпочитают более продвинутый способ передачи через наследственную память.
Что касается статуй Роя Инков, то они, скорее всего, просто сами любят вести записи, а не используют их для обучения кого-либо.
А вот скелетным драконам приходится осваивать умения, полагаясь на старших, и неудобство такого пути в том, что он отнимает много времени: детёнышам нужно долго следовать за старшими, наблюдать и учиться самостоятельно.
Но зато они способны перенять умение любого сородича в стае, даже если между ними нет родственной связи.
Голова маленького скелетного дракона даже богаче, чем у взрослого — Линь считала, что именно за счёт этого они и способны так быстро осваивать навыки, и хотя Так уже взрослый, у него всё ещё сохраняется способность к обучению.
Это было по-настоящему интересно, ведь так учить их могли даже представители другого вида! Значит, и Линь теперь сможет научить их очень многому.
Если подумать, когда-то у самой Линь не было своего «языка», а теперь язык Линь можно сказать полностью заимствован у Мозговых червей.
Правда, тогда, кажется, это был не тот случай, когда Мозговой червь «учил» Линь, — скорее Линь сама методом проб выясняла, насколько богат его словарный запас. Если бы тогда Линь позволила ему именно «учить» себя, результат, возможно, был бы не так хорош — возможно, почти ничему не удалось бы научиться.
Потому что Линь долго наблюдала за тем, как Мозговой червь учит маленького Летающего Дракона...
Сейчас Мозговой червь как раз обучал маленького Летающего Дракона — он показывал ему некоторые позы, связанные с извержением огня.
«Глупое существо, сожми тело. Стойка, напор — самое главное, обрести напор, обрести пламя».
Мозговой червь взял в пасть камень, тут же сжал своё тело, а затем резко распрямился. Одновременно он выплюнул камень изо рта.
«Учись повторять, выпускай пламя, жарь, еду».
«У-у...» — маленький Летающий Дракон выглядел так, будто ему очень не хочется этого делать. Но всё же он повторил движение — сжал тело, а затем резко распрямился, и из его пасти... не вылетело ничего.
Мозговой червь сказал: «Поза неправильная, продолжай тренироваться, получи пламя, получи жарку».
Мозговой червь обычно не особо обращал внимание на то, как получается у маленького Летающего Дракона — что придумывал сам, тому и учил его. Сейчас маленький Летающий Дракон уже освоил многое: рёв, кувырки, танцы и прочее...
Но на этот раз Линь, пожалуй, следовало бы сказать ему, что маленькому Летающему Дракону нужны определённые камни вблизи вулкана, чтобы суметь выдохнуть пламя.
Впрочем, дай ещё немного времени — и Мозговой червь, вероятно, и сам это поймёт, а вот Линь явно не собиралась обучать Така таким способом.
Сейчас Так продолжал повсюду чертить камнем по земле — он уже понял, чего от него хочет Линь. Поначалу это было ему в новинку, у него получались только царапины, но спустя какое-то время «черчение» превратилось в настоящий «рисунок».
«Рисовать...» — Так выглядел сейчас очень воодушевлённым, он рисовал на земле самые разные фигуры. Пусть ещё не очень тонко и точно, но уже можно было разобрать, что это такое.
Так нарисовал несколько скелетных драконов — они стояли на двух ногах, держа длинные заострённые ветки, эти скелетные драконы окружали существо покрупнее — похоже, он рисовал свою прежнюю стаю...
Значит, он всё-таки думал о своей прежней стае — правда, Линь так и не понимала, зачем ему позже понадобилось ловить маленького Летающего Дракона.
«Вождь», — Линь указала на одного из нарисованных Таком скелетных драконов.
«Вождь...» — Так, глядя на свой рисунок, медленно повторил вслед за ней.
Так, постепенно, Так полюбил рисовать — острым камнем он повсюду вычерчивал изображения в этой соляной пещере, записывая всё увиденное им множество разных вещей.
В путешествии по соляной пещере Так продолжал вырисовывать самые разные вещи, но при этом не забывал о необходимости побыстрее найти выход, поэтому рисовал он быстро и почти не тратил времени зря. Иногда он даже рисовал что-то на собственном теле — у скелетных драконов на теле есть узоры, напоминающие кости, и у каждого скелетного дракона эти узоры разные, а теперь Так мог нарисовать себе ещё больше узоров!
Хотя было неясно, есть ли у таких узоров какое-то особое значение — скелетные драконы обычно узнают друг друга по морде, а не по узорам.
Освоить изображение как способ отображения и записи — это лишь первый шаг. Дальше Линь собиралась научить его...
Погодите-ка, а это что такое?
Линь вдруг заметила впереди на соляной каменной поверхности странный выступающий след и подошла, чтобы рассмотреть его повнимательнее.
Это... грибница?
След выглядел так, будто множество тончайших нитей были связаны вместе, — это очень напоминало грибницу... Хотя делать окончательный вывод пока рано, но ведь в том озере уже встречалось столько грибов...
Похоже, это тоже окаменелость — Птерозавр клювом постучал по ней: эта штука была очень твёрдой, не такой хрупкой, как прежние грибы.
Похоже, стоит воспользоваться случаем и разведать это место получше... Затем Линь и Так продолжили путь, и по дороге Линь встречала множество похожих следов: на земле, на соляных стенах — эти нити, застывшие в переплетённом состоянии, превратились в окаменелости. Это ощущалось весьма подозрительно...
Так же, напротив, не обращал на это внимания и продолжал вырезать на соляных стенах собственные следы.
«Ху-у...»
Внезапно из глубины пещеры впереди донёсся странный звук — очень громкий, явно не такой, какой мог бы издать Пушок.
Так, сжимая заострённый камень, пристально всматривался в темноту пещеры впереди...
«Ху-у...!!» Звук приближался всё ближе, и на краю света от Птерозавра из темноты выступила лапа, усеянная острыми когтями!
А затем всё существо целиком вырвалось из темноты!
Всё тело этого существа было ослепительно белым, по длине тела и размерам оно было примерно как скелетный дракон. Оскалившись и растопырив когти, оно бросилось на Така!
Так тут же наклонил голову, увернувшись от удара правой лапой существа, и тут же резко ткнул вперёд камнем, вонзив его в живот противника.
Существо тут же взвыло от боли и резко замахнулось левой лапой на Така, а Так, воспользовавшись моментом, схватил его левую лапу и, раскрыв пасть, вцепился зубами в её середину...
«Гхха!» — существо снова издало вопль боли, и острые сталактиты на потолке пещеры начали раскачиваться. Линь заметила, что Так бросил взгляд на потолок, и тут же он разжал зубы и одновременно резко толкнул существо в сторону соляной стены, а в тот момент, когда противник врезался в стену, Так тоже издал крик: «Гхха!»
В тот же миг острый выступ на потолке пещеры от звука голоса Така сорвался вниз, и заострённый конец мгновенно пронзил череп этого существа насквозь.
Среди хлынувшей крови существо рухнуло на землю и больше не шевелилось.
Как всё-таки интересно... Видно, что боевая тактика Така довольно искусна — он в полной мере использовал свой ум, наблюдая, какой из сталактитов на потолке держится наиболее шатко, а затем оттеснил противника именно под эту точку.
Правда, такой приём эффективен только против существа, примерно равного по силе — если бы противник был чуть сильнее, дело обернулось бы иначе. Кстати, что же это было за существо?
Линь подошла ближе к этому существу с пробитым черепом и при свете обнаружила, что оно один в один похоже на Така! Это существо тоже оказалось скелетным драконом, только чешуя у него была белой.
Впрочем, оно было белым не изначально — похоже, на его теле налипло очень много белого песка.
Так, похоже, не особо задумывался о том, был ли этот сородич ему подобным, — он вытащил сталактит, а затем начал разделывать тушу небольшим заострённым камнем.
Кроме Пушков, Так до сих пор не пробовал здесь другой пищи, поэтому эта добыча выглядела весьма важной, а Линь больше интересовало, откуда взялся этот скелетный дракон — возможно, из другой стаи?
Так резал мясо и одновременно ел, а заодно отдал часть Линь. Линь медленно разлагала мясо этого скелетного дракона — судя по всему, тот уже страдал от сильного обезвоживания, и в его теле было множество различных проблем; возможно, он тоже, как Линь и Так, оказался в ловушке под землёй...
А это что такое?
Линь случайно проглотила кусочек чешуи, покрытый шершавым белым веществом. Сперва она приняла его за песчинки, но, разложив вещество, обнаружила, что это вовсе не песок... а такая же, как и прежде, окаменелость, и внутри неё, оказывается, даже находилась живая грибная пыль!