Действительно, было очень знакомое ощущение.
Здесь была… чаща.
Всевозможные предметы самых разных форм высились тут повсюду — некоторые походили на металл, некоторые на камень, а некоторые очень напоминали структуру плоти и крови, были и подобия светящихся энергетических столбов.
Разумеется, всё это были «трупы».
Трупы заблудившихся существ накапливались вместе, превращаясь в подобие рощи, состоящей из тел, и множество «падальщиков» бродило по этой чаще.
Большинство из них не проявляло интереса к отряду Линь, исследовавшему эту рощу, а было поглощено своими делами.
Отряд, который Линь отправила сюда для разведки, был не тем древовидным отрядом, что находится на поверхности Иномирья, а другим, посланным отдельно.
Этот отряд выглядел очень похожим на механического скорпиона размером больше десяти метров.
На самом деле он не считался отрядом Линь в полном смысле, поскольку был построен из материала снов, — просто Линь могла управлять им, находясь в Иномирье.
Сейчас всё Иномирье находилось на расстоянии более двадцати тысяч километров от этого «трупного шара».
Поскольку некоторые из падальщиков сверху выглядели довольно опасными, слишком приближаться не стали.
У самого скорпиона тоже была цель — найти… одну вещь.
Теперь Линь уже нашла её — это было тело Шалинь.
Оно выглядело довольно целым, было примерно такого же размера, как обычный эршианин, и просто спокойно лежало на куске металлической конструкции.
Этот кусок металлической конструкции, возможно, был обломком чего-то, и на вид казался довольно гладким.
А тело Шалинь… совершенно не подавало признаков движения, и Линь сперва провела над ним кое-какие исследования.
Довольно быстро Линь обнаружила, что это тело само по себе не является живым существом — оно было построено из материалов снов в этой форме и само по себе не могло двигаться… проще говоря, это была статуя.
Раз так, значит, здесь должно быть какое-то существо, создавшее это.
«Фьють…» — Линь осмотрелась вокруг и вдруг заметила, что нечто на высокой скорости приближается.
В конце концов оно резко врезалось в скорпиона Линь, и мощный удар отбросил скорпиона в сторону.
Одновременно Линь заметила, что этот сгусток — существо, всё тело которого покрыто золотисто сверкающей шерстью.
Внешне оно немного напоминало существо, которое называют морской свинкой, и тоже было размером больше десяти метров.
Это существо явно отличалось от окружающих его падальщиков-сновидцев — судя по всему, это было обычное существо пустоты.
И как раз в тот момент, когда Линь хотела задать ему какие-то вопросы, эта золотая «морская свинка» подбежала к «статуе» Шалинь, вцепилась зубами в голову статуи и утащила её.
Скорость у неё была очень высокой — намного быстрее, чем у скорпиона Линь.
Впрочем, Линь не было нужды преследовать её — в тот момент, когда существо врезалось в скорпиона, на него уже прицепился специальный трекер, изготовленный Линь.
Существо, помеченное таким трекером, можно было издалека внимательно наблюдать с помощью симуляционного устройства.
Эта золотая «морская свинка» сейчас быстро петляла по сложной местности, явно прекрасно её зная.
В итоге Линь обнаружила, что существо, несущее в зубах голову статуи Шалинь, забралось в земную нору.
Похоже, эта нора была специально вырыта им самим — было видно, что стены норы покрыты каким-то мягким «веществом».
Пробежав по узкому проходу, существо оказалось в довольно просторном подземном пространстве.
Стены здесь тоже были покрыты чем-то мягким, похожим на перья.
А главное — здесь было очень много морских свинок, а также… статуй Шалинь.
Этих морских свинок было около тысячи; в этом подземном пространстве диаметром более трёхсот метров некоторые, кажется, спали, а большинство… занималось скульптурой.
Все они держали в лапах нечто вроде камня и непрерывно грызли его, точно опытные скульпторы, — камень под их укусами становился всё более изящным и в итоге превращался… в облик Шалинь.
При этом позы, в которые они вырезали статуи, у всех были разные, и в то же время была ещё одна группа морских свинок, которая, когда сородичи заканчивали высекать статую, принималась… раскрашивать её.
Их способ раскраски заключался в том, что они разгрызали кусок чего-то цветного и наносили его на неокрашенную статую.
Похоже, эти существа сохранили понятие о цвете.
Впрочем, самое интересное — это… зачем они вообще делают здесь эти статуи Шалинь?
Хотя Абу мог видеть здесь различные образы из прошлого Шалинь, среди них не было и намёка на этих морских свинок.
Эти морские свинки выносили все готовые изделия наружу, включая ту особь, за которой следила Линь, — она делала то же самое.
Она оставила ту статую, к которой прикасалась Линь, в норе, а затем взяла в зубы другую статую и потащила её наружу.
Линь обнаружила, что существо выбежало из норы и, пробежав снаружи несколько километров… добралось до места, очень похожего на нефтяное озеро.
Здесь было озеро диаметром около километра, состоящее из чёрной вязкой жидкости.
На поверхности озера двигалось множество крупных существ; морская свинка не обращала на них внимания и понесла статую к центру озера.
Она прямо… пробежала по поверхности озера и поставила статую — с одной поднятой к небу рукой — прямо в нефтяном озере.
Эта статуя тоже устояла на вязкой жидкости и не утонула.
Затем морская свинка подбежала к краю озера и просто легла там, не совершая никаких действий.
Спустя некоторое время Линь заметила, что к статуе, стоящей в центре озера… приблизилось некое существо.
В этот момент морская свинка вдруг пришла в движение — в тот самый миг, когда существо коснулось статуи, она резко бросилась вперёд.
Это очень напоминало то, как ранее скорпион Линь подвергся атаке.
Существо выглядело как плавающий сгусток грязи; после того как морская свинка сбила его с ног, она тут же вцепилась зубами в голову статуи и утащила её.
Линь обнаружила, что существо снова принесло статую обратно в нору, а затем… на этот раз Линь увидела кое-что необычное.
Они разбирали статуи.
Множество уже готовых статуй, включая ту, что принесла наблюдаемая Линь морская свинка, были свалены в углу норы, и некоторые морские свинки специально занимались тем, что разгрызали эти статуи на куски.
Это было довольно интересно.
Вероятно, всё это были статуи, которых снаружи коснулись другие существа, — их приносили обратно и разбирали.
Ранее Линь не видела, как они это разбирают, вероятно потому, что статуи должны были накопиться до определённого количества, прежде чем начиналась разборка.
Так или иначе, морские свинки разбирали принесённые готовые статуи на осколки.
Эти осколки они складывали в одно место, подмешивая нечто вроде слизистого вещества, и группа морских свинок перемешивала всё вместе.
В итоге осколки статуй перемешивались друг с другом и превращались в структуру, похожую на камень.
Затем из этого камня они снова начинали выгрызать новую статую.
Похоже, они использовали материал по кругу, только было непонятно, почему после того, как к статуе прикасались… её обязательно нужно было принести назад и переделать заново.
Затем Линь понаблюдала за ними ещё какое-то время.
Линь также обнаружила, что эта группа морских свинок, помимо изготовления этих статуй Шалинь, почти ничем другим не занимается.
Разве что если им угрожает опасность — например, снаружи на них иногда нападают некие сновидцы, — и если гибнет слишком много особей, тогда они начинают размножаться.
Способ их размножения точно такой же, как у настоящих морских свинок: «самки» морской свинки за раз рождают много потомства.
Это потомство с самого рождения принимается за работу по вырезанию статуй и медленно растёт именно за этим занятием.
Одновременно Линь обнаружила, что в этом «шаре из останков» нет гравитации — по крайней мере, для сновидцев, живущих здесь, это так.
Поэтому местные существа обычно свободно парят повсюду.
А вот для морских свинок и созданных ими статуй гравитация есть.
Они могут падать с высокой скорости, а также устойчиво бегать по земле; разумеется, и статуи тоже устойчиво стоят на земле и никуда не улетают.
Морская свинка всю жизнь занимается изготовлением статуй — если бы это происходило в обычной пустоте, это было бы весьма невероятно.
В обычной пустоте у такого клеточного существа, как она, очень трудно иметь «мечту».
Взять, к примеру, эршиан — в процессе взросления у них всегда много того, что они хотят сделать, но по достижении зрелости… они обнаруживают, что ради выживания вынуждены заниматься тем, чем совершенно не хотят заниматься, всё дальше отдаляясь от собственной мечты.
Так обстоит дело и со многими другими существами — то, что они хотят делать, и стремление выжить обычно противоречат друг другу.
А на Непредвиденной Земле, похоже, ситуация обратная.
Если существо непрерывно, с упорством делает то, что хочет делать, оно обычно живёт лучше, чем большинство других видов.
Многие «цивилизации» развились именно благодаря какой-то навязчивой идее — например, Хранители Порядка и Члены Совета.
В этой пустоте надежда — это… основа силы жизни.
Проще говоря, эти сильные мысли способны влиять на активность окружающей Энергии Снов, снабжая существ ресурсами.
С этими морскими свинками, судя по всему, то же самое.
На вид они, кажется, совсем не заботятся о выживании, но на самом деле именно это их поведение, проникнутое сильной навязчивой идеей, позволяет им здесь выживать.
Хотя, судя по всему, живётся им не лучше, чем другим видам, но то, что существа, живущие почти полностью по правилам обычной пустоты, здесь не вымерли, — уже само по себе чудо.
Ведь помимо них Линь здесь не встречала ни одного обычного существа пустоты.
Возможно, некоторые существа изначально прибыли сюда из обычной пустоты, но не подчинились правилам обычной пустоты.
Поскольку эти морские свинки не желали вступать ни в какой контакт, Линь всё же отправила отряд, чтобы захватить нескольких морских свинок и доставить их к себе.
Эти существа оказались крайне несговорчивыми — Линь обнаружила, что стоит их только схватить, как они тут же пытаются покончить с собой.
И даже под воздействием эффекта «нарушения правил» Владыки Разрушенного Порядка они всё равно совершали самоубийство.
У них был крайне эффективный способ самоубийства, похожий на самоподрыв мозга, — они умели заставить структуру мышления взорваться в одно мгновение.
Линь решила, что такое их безумие… наверняка имеет какую-то очень интересную причину.
Ведь у существ здесь источник энергии появляется не от того, что они просто выдумали какую-то веру и надежду и в неё поверили.
Им необходимо по-настоящему, всем своим мышлением, полностью верить, что то, что они делают, — совершенно и правильно.
Пока что захватить их довольно сложно, потому что Линь обнаружила, что, похоже, нет способа ввести их в бессознательное состояние.
Поэтому Линь придумала другой способ, чтобы понять их получше.