«Вон там… и вот это тоже! Эти постройки ещё можно использовать!»
Под затянутым дымкой небом группа «Марсов» стремительно двигалась, выполняя команды капитана: они подключали энергию ко множеству зданий, заставляя те снова прийти в движение.
Дома отзывались протяжным гулом и медленно поползли вперёд по песку.
Впрочем, они не собирались возвращать постройки на прежнее место — ведь весь городок всё ещё лежал в песчаной яме. Сейчас они лишь стаскивали самые полезные здания в одно место, чтобы потом вызвать основной отряд и забрать их окончательно.
Именно ради этого отряд и последовал сюда за Пушистым Шаром — чтобы заполучить эти заброшенные строения.
«…» Среди суетящихся членов отряда Атлан одной рукой прижимал к себе маленькую статуэтку, а во взгляде его читалась тревога, обращённая к ним.
Раньше некоторые из отряда пытались наладить общение с Атланом, но потом бросили эти попытки из-за языкового барьера. Теперь они не обращали на него внимания, полностью сосредоточившись на своей работе.
Поэтому Атлан тревожился не за них, а за самого себя: неужели его вот так просто бросят здесь Пушистые Шары? Что тогда делать дальше? Может, придётся присоединиться к их сообществу?
«…А! Наконец-то вернулся!» — вдруг Атлан заметил в небе появившийся белый шар и тут же принялся размахивать руками, громко крича: «Я всё ещё здесь! Не забудьте про меня!»
«…» Пушистый Шар ничего не ответил, а лишь медленно приплыл поближе +∫, .., и тут Атлан заметил, что за первым Пушистым Шаром следуют ещё два, и эти двое обвили ворсинками металлический шар диаметром около метра.
Все три Пушистых Шара подлетели к Атлану, и один из них сказал: «Коснись этого головой и посмотри, что будет».
«Что это?» — с недоумением спросил Атлан и коснулся металлического шара головой. Он не заметил, чтобы шар как-то особенно отреагировал.
«Похоже, никакой реакции нет», — сказал Пушистый Шар. — «Так что дальше — останешься здесь или вернёшься с нами? Учти: если мы заберём тебя сейчас, то больше сюда не привезём».
«Правда не привезёте?» — удивлённо воскликнул Атлан. — «Но ведь…»
Говоря это, он с явным сожалением бросил взгляд на далёкие постройки. В них ещё оставалось множество маленьких статуэток, которые он так любил.
Но, к сожалению, его броня уже была забита до отказа — больше ничего не влезало, а он не решался попросить Пушистого Шара понести что-нибудь за него.
«…Ладно, полетели обратно». Поразмыслив немного, Атлан наконец с сожалением принял решение, и двое Пушистых Шаров подхватили его и унесли отсюда прочь.
Здесь остался лишь один Пушистый Шар да тот металлический шар — оба на прежнем месте.
Проходившие мимо члены отряда с недоумением поглядывали на Пушистого Шара и на явно принадлежащий модели Эрш металлический шар. Но все были заняты работой, так что никто ничего не говорил.
Пока что Линь ещё не разобрала этот металлический шар на части, но уже отправила туда несколько миниатюрных юнитов, чтобы проверить его внутреннее устройство. Конструкция внутри оказалась не слишком сложной — там находилось некое… разрядное устройство.
Стоило мозгу живого существа коснуться этого шара, как тот выпускал слабый электрический разряд. Никакого особого эффекта эти разряды не давали — по крайней мере, судя по опыту Атлана.
Хотя на нём и был шлем, в момент прикосновения Линь настроила шлем в проводящее состояние.
Однако когда этого шара касался Каменнокожий, разряд активизировал микроорганизмы в его теле, побуждая их совершать действия, которые обычно они не совершают.
Например — вступать в «обмен памятью» с Каменнокожим.
Именно так эти Каменнокожие и получали те давние воспоминания об истории Одарённых…
Заодно Линь обнаружила: энергия металлического шара не бесконечна, но на его поверхности есть место, которое можно открыть, и через него шар можно «подзарядить», поддерживая в нём запас энергии.
Каменнокожие знали, как заряжать его — в основном при помощи неких… камней.
Существует особый вид камня, способный зарядить металлический шар, а сам шар потребляет очень мало энергии — он способен работать долго даже без подзарядки…
Впрочем, это не то, на чём сосредоточена Линь. Внимание Линь привлекло то, что электрический разряд, испускаемый шаром, судя по всему, активирует определённую часть информации в клеточном ядре тех самых «микроорганизмов Каменнокожих», заставляя их менять своё поведение.
Другие виды разрядов на них никак не действуют…
Сейчас Линь как раз изучает, каким образом они функционируют, и, кажется, Линь начинает думать, что эти микроорганизмы могут хранить в себе гораздо больше информации, чем показалось на первый взгляд.
Линь полагает… что записанная в них информация вряд ли ограничивается только планом создания Одарённых — там могут скрываться и другие, более важные тайны.
Ведь существо, передавшее им эту память, возможно, было не рядовым обитателем Эрш, а… Звёздным Автобусом.
«Это что такое? Это нашли на заводе? Гораздо больше, чем остальные…»
Пока Линь размышляла об этом, перед ней внезапно возникло существо — это был тот самый капитан.
Он с любопытством разглядывал модель Эрш рядом с Пушистым Шаром — видимо, оттого что Пушистый Шар недавно специально позвал Атлана показать им информацию с помощью маленькой статуэтки, у капитана сложилось впечатление, что с Пушистым Шаром легко договориться, и он подошёл спросить.
Пушистый Шар взглянул на капитана, затем достал из своих ворсинок какой-то предмет и бросил его на землю, сказав: «Взгляни-ка на это».
«Что это?» — капитан вздрогнул от неожиданности, заметив, что предмет двигается, но, приглядевшись, увидел, что тот всего сантиметров десять в длину, и, успокоившись, подошёл поближе рассмотреть.
Это оказался белый… маленький червь, который непрерывно извивался на земле. Выглядел он крайне хрупким, но, несмотря на это, не погиб ни от здешнего холодного воздуха, ни от суровых условий среды.
«Это пища Каменнокожих», — сказал Пушистый Шар. — «Они разводят в воде водоросли и подобных существ в больших количествах, чтобы поддерживать жизнь. Полагаю, вы тоже способны питаться подобным».
«Питаться…» — капитан посмотрел на червя с явным отвращением.
Похоже, даже прожив множество поколений в этой пыльной, пропитанной песком среде, они так и не смогли избавиться от чувства «омерзения» — ведь облик этого червя очень напоминал большинство паразитов или ядовитых существ, а такие формы вызывают отвращение у многих живых организмов.
Значит, и на Эрш, судя по всему, водились паразиты похожего облика — впрочем, это неудивительно: подобное строение тела прекрасно подходит для паразитического образа жизни. Но эти черви не были паразитами — это была обычная пища Каменнокожих. В их пещере имелся достаточный источник воды, богатый базовыми питательными веществами, за счёт которого разводились водоросли и эти черви, а благодаря им Каменнокожие могли размножаться.
Однако поблизости не нашлось других мест со столь же обильными водными ресурсами, поэтому все Каменнокожие теснились в своей пещере, не расширяясь за её пределы.
А не будь этого ограничения… Линь подумала, что, возможно, именно Каменнокожие в итоге «завоевали» бы этот мир — ведь именно они лучше всего приспособлены к жизни здесь.
Хотя капитан и испытывал отвращение, он прекрасно понимал важность подобных червей — если действительно удастся в больших количествах разводить такую пищу, устойчивую к суровым условиям, это было бы просто замечательно.
Поэтому он достал маленькую баночку, посадил туда червя и сказал: «Ну ладно… э-э… спасибо тебе, мы возьмём его с собой и посмотрим, что можно сделать…»
Затем, будто вдруг что-то вспомнив, он воскликнул: «Постой-ка… ты ведь бывал в пещере "Каменнокожих"? Не мог бы ты… рассказать об их численности?»
«Их очень много», — на поверхности Пушистого Шара заиграли цвета, показывая картину, которую Пушистый Шар видел ранее в пещере.
«Что?! Так много?!» — капитан при виде этого пришёл в ужас и, не обращая внимания на то, каким образом поверхность Пушистого Шара вообще способна показывать подобные изображения, поспешно проговорил: «Они…»
«Возможно, вскоре они нападут на это место», — прямо сказал Пушистый Шар. — «Вам стоит поскорее убраться отсюда».
«…Понял. Но мы не сбежим, а вернёмся за подкреплением», — сказал капитан и тут же поспешно убежал прочь.
Нетрудно было догадаться, о чём он думал. Когда капитан увидел множество Каменнокожих, помимо изумления и страха Линь почувствовала в нём ещё одно чувство…
Похожее на «алчность».
Увидев такую огромную толпу Каменнокожих, он, должно быть, тут же понял: раз их собралось так много, значит, там непременно есть обильные источники воды и пищи, и если бы удалось захватить это место, их собственное сообщество стало бы невероятно сильным…
Впрочем, Каменнокожие, будучи потомками Одарённых, изначально обладали немалой силой, а суровые условия окружающей среды лишь закалили их ещё больше.
Так что справиться с ними будет весьма непросто…
А если Каменнокожие начнут разбираться в технологиях Эрш, восстановят утраченные знания и решат расширяться — они могут стать колоссальной угрозой для всех местных сообществ.
Они вполне способны истребить все прочие группы и построить на этом Кувыркуне собственную «цивилизацию Каменнокожих».
Но самая большая проблема Каменнокожих в том, что под влиянием микроорганизмов они почти не способны обучать потомство знаниям, так что удастся ли им вообще построить какую-либо «цивилизацию» — большой вопрос.
Как же будут развиваться события дальше? Линь не станет вмешиваться в их дела — кто бы из них ни выжил, это не будет чем-то удивительным.
Главное — Линь по-прежнему хочет отыскать Эрш, а потому нужно выяснить, куда та подевалась. Значит, стоит продолжить изучение… памяти микроорганизмов Каменнокожих.
На данный момент Линь захватила немало этих микроорганизмов, и, изучив их, обнаружила: каждый из них хранит… крайне небольшой обрывок памяти.
Если только один отдельный микроорганизм активируется разрядом и передаёт память Каменнокожему, то толку от этого почти никакого. Но если активировать сразу несколько, вместе они способны «загрузить» в Каменнокожего довольно длинный фрагмент воспоминаний.
Разумеется, эти воспоминания порой пересекаются друг с другом. Линь заметила, что некоторые микроорганизмы хранят одинаковую память, но большинство из них хранят разные воспоминания, и вдобавок у них есть особенность поведения: микроорганизмы с одинаковой памятью сознательно избегают того, чтобы жить на одном и том же Каменнокожем, — они при любой возможности расходятся в разные стороны, тогда как микроорганизмы с разной памятью, наоборот, стремятся собраться вместе.
Таким образом они добиваются того, чтобы на одном Каменнокожем скапливались микроорганизмы именно с различными воспоминаниями.
Чем больше группа микроорганизмов памяти на одном Каменнокожем, тем полнее оказывается память, которую они передают ему. Тот Каменнокожий, которого Линь захватила раньше, оказался одним из немногих особей с самой крупной подобной группой микроорганизмов.
Поэтому в его памяти хранился самый длинный отрезок воспоминаний — и, конечно же, он был одним из самых знающих Каменнокожих, способным, по всей видимости, управляться с любыми предметами технологии Эрш.
Но всё же эти воспоминания пока недостаточно полны…