Под ночным звёздным небом...
Всё было наполнено шумом.
Ночные джунгли непрерывно оглашались всевозможными голосами существ, и по уровню шума это почти не отличалось от ночных джунглей Пушистого Шара.
Но здесь происходили и другие, странные вещи.
Когда Линь собиралась изучить огромную статую в центре одного из городков Оливковых Шаров, она обнаружила, что с этим «вырезанным» городком творится что-то неладное.
Оливковые Шары, которые здесь прежде погибли — Линь думала, что им останется только дождаться падальщиков, которые их съедят, — но неожиданно они... снова ожили.
Однако это было не обычное «оживание». Они не восстановились до прежнего состояния.
«У-у...»
Сейчас перед Каменным Пауком было несколько таких ожившых Оливковых Шаров, но они совершенно отличались от того, какими были раньше: теперь они не могли парить, а лишь ползали по земле, шевеля частью своих конечностей.
Каменный Паук подполз ближе, схватил одного из ползущих Оливковых Шаров и начал его обследовать.
Это... интересно.
Линь обнаружила, что мозг внутри Оливкового Шара, который прежде должен был прекратить всякую активность, снова начал работать и управлять телом — и на этот раз поведение тела в точности соответствовало возможностям мозга.
Дело в том, что мозг Оливковых Шаров и подобных им существ был «неполноценным» — он не мог полностью управлять телом, но прежде их поведение выглядело вполне слаженным.
А вот эти Оливковые Шары, ожившие после «резни», демонстрировали как раз то поведение, какое и должно быть у существа с неполноценным мозгом: они могли лишь передвигаться, шевеля частью конечностей, а способность парить была им недоступна.
Поскольку в этом мозге отсутствовали области, отвечающие за такое количество сложных функций, их нынешнее поведение казалось совершенно «нормальным».
Обследование, проведённое Линь, не выявило никакого заражения особыми паразитами или вирусами — поведение этих существ было полностью «самопроизвольным».
А чем же занимались эти ожившие Оливковые Шары?
Линь заметила, что они вовсе не бродили бесцельно, а все вместе стягивались в одном направлении — к центральной площади городка.
Они массово скапливались там, непрерывно шевелясь, и каждый пытался заползти на своих сородичей, пока постепенно не образовалась целая горка из наваленных тел.
Этот процесс продолжался до глубокой ночи.
Сначала они были очень активны, но от постоянного ползания силы постепенно иссякали, и в конце концов они замирали неподвижно.
Но эти существа всё ещё оставались живы. Их утомлённые тела продолжали пытаться двигаться, и Линь предположила, что это может быть особый... способ размножения.
Каменный Паук всё это время наблюдал за существами, пока не наступил день. Ночь и день в этом мире, похоже, длились не так уж долго — чуть быстрее, чем на Пушистом Шаре.
А когда наступил день, Линь уже могла уловить лёгкий запах гнили: за ночь почти все эти существа умерли от истощения сил, и некоторые проворные гниющие грибки уже начали пожирать их трупы.
Наверное, на этот раз они уже не оживут снова.
Однако основными пожирателями этих трупов оказались вовсе не грибки. А... их же собственные сородичи.
Каменный Паук приблизился к куче трупов Оливковых Шаров. На поверхности некоторых трупов можно было разглядеть маленьких существ, ползающих по ним.
Они прогрызали дырки в шкуре Оливковых Шаров и быстро поедали окружающую плоть.
А эти маленькие существа были... детёнышами Оливковых Шаров.
Они выглядели точь-в-точь как Оливковые Шары, только маленькие, не умели летать, но двигались быстро. Питаясь трупами множества своих «предков» вокруг, они стремительно росли.
Оказывается, те ожившие ночью Оливковые Шары скучивались вместе именно ради размножения.
Они производили на свет большое количество детёнышей, а затем умирали, позволяя малышам быстро вырасти, поедая их трупы — этот способ можно встретить и у некоторых существ на Пушистом Шаре.
Но вопрос в том... почему им нужно было сначала «умереть», чтобы затем подняться и размножиться?
Судя по тому, насколько испуганными выглядели те здоровые Оливковые Шары раньше, они явно очень боялись этого. Если для размножения им обязательно нужно проходить через такое, значит, этот вид боится размножения...
Вид, который боится размножения? Такого ещё никогда не встречалось — надо же, оказывается, бывают и такие существа.
Или, может быть, обычно Оливковые Шары размножаются иным способом?
Возможно, и такое имеет место. Линь поручила Каменному Пауку понаблюдать здесь за детёнышами: если выживет достаточно много из них, значит, этот способ размножения действительно важен для них.
Пока шло это наблюдение, Линь одновременно действовала и в другом месте.
Здесь находился ещё более крупный город Оливковых Шаров, и внутри него Линь видела множество разных видов существ, живущих вместе, — большинство составляли Оливковые Шары, а другие виды встречались в гораздо меньшем количестве.
Но, похоже, именно они занимали центральное положение.
В центре городка стояла статуя, которая по виду напоминала... древесный ствол.
Точь-в-точь как тот ствол, похожий на дерево Создателя, что она видела раньше в джунглях — эта тоже была вырезана из камня, и все мелкие детали, вроде маленьких наростов, были вырезаны с такой же тщательностью.
Поэтому Линь решила, что эта статуя и та, в джунглях, вырезаны одним и тем же резчиком — возможно, тем самым существом, что сейчас охраняло эту статую.
Это существо выглядело как кокон высотой примерно полтора метра, целиком опутанный белыми шёлковыми нитями.
Так что оно полностью походило на кокон; под ним имелись тонкие ножки, позволявшие ему двигаться, а когда ему нужно было забраться повыше или быстро переместиться, оно выстреливало из щелей между нитями новую нить, приклеивало её к цели и стремительно подтягивало себя туда.
Это странное существо, похоже, жило в самом центре города — они обитали в самом внутреннем слое, и, судя по правилам, принятым у Изумрудных Драконов, они были здесь «Знатью».
Их постройки, как и они сами, были сотканы из шёлковых нитей, и одновременно они отвечали за охрану наиболее важных вещей.
Например, вот этой древовидной статуи.
Понаблюдав немного, Линь заметила, что если другое существо хочет приблизиться к статуе, ему нужно получить разрешение от «кокона», стоящего на страже перед ней.
Кокон пропускал некоторых, но некоторым существам отказывал; большинство из тех, кто приближался к статуе, были Оливковыми Шарами, особенно те, что бежали из уничтоженного городка, — почти все они успели побывать здесь.
После получения разрешения приблизиться к статуе Оливковый Шар лишь несколько раз касался её, а затем отлетал прочь, не делая больше ничего.
Каменный Паук Линь уже подполз к самой статуе.
Кокон совершенно не обратил на него внимания, но Линь стало немного любопытно: что произойдёт, если приблизится существо, которому кокон не даст разрешения? Убьёт ли он его?
Позже можно будет выяснить, из чего же на самом деле состоит этот кокон, а пока Линь решила изучить статую...
Линь подумала, что эта статуя, возможно, была неким устройством для входа в мир снов, ведь Энергия Снов здесь была очень... насыщенной — через неё, вероятно, можно попасть в сон.
С этой мыслью Каменный Паук уже вполз на древовидную статую и, вытянув из головы тонкий щупалец, коснулся её.
В это мгновение окружающий Каменного Паука мир... изменился.
Но изменился не сильно: окружающий пейзаж остался точно таким же, что совершенно не похоже на обычный вход в сон, когда попадаешь в совершенно новый мир.
Пейзаж вокруг по-прежнему оставался видом того же городка, положение зданий тоже не изменилось — Линь показалось, что это вовсе не похоже на вход в сновидение.
Но всё же это был сон, потому что вокруг всё-таки было не всё без изменений.
Если посмотреть наверх, можно было увидеть, что небо стало серовато-мутным, немного похожим на загрязнённое небо над Мать-Шаром Пустотников — ни солнечного света, ни облаков.
А если посмотреть на землю, то существа, двигавшиеся между зданиями, превратились в размытые пятна теней, которые медленно перемещались и время от времени слегка мерцали.
А кокон, стоявший на страже перед статуей, тоже превратился в нечто иное — но не в тень, а в подобие вздутого куска плоти, хотя по форме и размеру он был очень близок к реальному кокону.
Эта картина... была очень близка к тому, что предполагала Линь.
Внезапно Линь увидела тень, приплывшую издалека.
Здесь всё казалось размытым, но по мере приближения становилось чётче.
Но как бы чётко ни становилось, тень оставалась тенью — она подплыла к статуе и остановилась перед куском плоти, который в реальности был коконом.
В этот момент Линь тут же заставила Каменного Паука проснуться, и всё вокруг мгновенно обрело чёткость: мерцающие тени снова превратились в облики настоящих существ, включая тот кокон, и...
То, что находилось перед ним и раньше выглядело как тень, тоже превратилось в Оливковый Шар — он о чём-то переговаривался с коконом.
Когда общение закончилось, кокон отступил в сторону, и Оливковый Шар подлетел к статуе, вытянул переднюю конечность и коснулся её...
Вот оно как.
Задумавшись, Линь снова погрузила Каменного Паука в сон и увидела, как тень прильнула к статуе, передавая при этом какие-то эмоции.
Эти эмоции воспринимались куда понятнее, чем в реальности, — Линь почти могла разобрать, о чём та «говорит».
Если перевести это на какой-нибудь язык, тень говорила примерно следующее: «Подверглись нападению... прибыли в новое место... должны доложить некой "вещи"...»
«Некая вещь» — это было что-то вроде имени; Линь не понимала, о чём именно идёт речь, но было очевидно, что тень докладывала именно этой «вещи».
Похоже, у здешних существ была общая особенность: в мире снов у них был совсем иной облик, при этом сам сон полностью синхронизирован с реальностью — движения теней здесь в точности повторяли движения реальных существ.
В мире снов эти существа проявляли себя иначе — в другом обличии, в другом состоянии...
А та прошлая «резня» на самом деле была убийством «теней» этих Оливковых Шаров в мире снов — именно поэтому они и стали такими; эти тени, судя по всему, были такими же, как Разум-духи...
Энергетическими существами.