Давным-давно существовала одна легенда. 【..】
Где-то в глубинах космоса было десять миров. Эти десять миров вращались вместе, словно единая звёздная система… и в ней текла жизнь.
Хотя сами эти миры не отличались ничем особенным на вид, древние существа, похоже, знали о них.
Древние существа… были чем-то вроде Звёздных Автобусов.
Они жили в Пустоте очень долго, знали великое множество вещей, и порой делились с другими созданиями историями из своего опыта — эти истории иногда передавались самыми разными существами дальше.
Одна из таких историй была историей об этих десяти мирах.
Они выглядели как самая обычная звёздная система.
На них не обращали внимания, их не изучали — хотя немало существ знало об этом месте, никто особо им не интересовался.
Но однажды в этих десяти мирах произошла аномалия: один из миров внутри системы внезапно исчез…
И спустя совсем немного времени случилось то же самое снова… ещё один мир вдруг пропал.
Именно тогда это место наконец привлекло настоящее внимание.
В последующее время миры исчезали один за другим — третий, четвёртый, пятый… Казалось, будто они разрушались, а может, просто исчезали в никуда.
Однако в этой истории не описывается, что именно происходило, — сказано лишь, что по мере исчезновения миров тот мир, что находился в центре системы, вдруг засиял.
Он засиял ослепительным светом, подобным сиянию звезды, озаряя окружающую Пустоту.
Но этот мир не был звездой — по размерам он был примерно таким же, как и остальные миры, а изначально в этом месте вообще не было ни одной звезды.
В его свете последний из оставшихся миров тоже медленно исчез, и остался лишь один — тот, что излучал сияние.
Он… не исчез, а со временем постепенно потускнел и снова стал таким же, каким был прежде.
А затем, словно ничего и не произошло, он одиноко повис в пространстве — лишь немного обломков окружало его. Это были остатки тех миров, что исчезли прежде.
Только эти обломки составляли ему компанию.
Говорят, что тот, кто первым поведал эту историю, однажды высадился на этот одинокий мир. Путешествуя по нему и наблюдая, он ничего не обнаружил — там не было ни единого живого существа, всё выглядело точь-в-точь как бесчисленные каменные миры в Пустоте. Пустошь, и ничего больше.
Но было ощущение… какого-то страха.
Позже он покинул это место, не оставшись там для дальнейших наблюдений… но его история на этом не закончилась.
Этот одинокий мир постепенно сместился со своего прежнего места.
Возможно, его притянуло гравитацией из дальних глубин космоса, а может, по какой-то иной причине. Он отклонился от прежней траектории и стал двигаться в направлении, куда прежде никогда не следовал.
И вот этот мир прибыл в некое место и встретил… стаю существ.
Эти существа явились из Пустоты, у них не было постоянного пристанища — изначально они просто дрейфовали в пустом пространстве.
Увидев этот мир, эти существа, похоже, внезапно им заинтересовались и решили поселиться на нём.
Рассказчик этой истории наблюдал за тем, как всё это происходило.
Эта стая существ высадилась на этом необычном мире и начала на нём жить. Хотя мир был пустынным и холодным, существа, казалось, совершенно не обращали на это внимания.
Рассказчик не знал, испытывают ли эти существа страх. Он полагал, что, возможно, нет — иначе им следовало бы покинуть это место, а не оставаться там.
После высадки существа начали преобразовывать этот мир, и делали это невероятно быстро — поверхность мира претерпела огромные изменения за очень короткий срок.
Но насколько же коротким был этот срок?
Этого установить невозможно — ведь точного описания не сохранилось. По крайней мере, самому первому рассказчику он казался очень коротким.
Поверхность мира больше не выглядела пустынной — на ней появились обширные пятна… удивительных цветов.
Эти краски покрыли землю и постепенно охватили весь мир — и как раз в это время мир снова начал испускать то самое сияние.
Точно такое же сияние, какое бывало прежде, когда исчезали другие миры.
Столь мощное сияние, похоже, свидетельствовало о том, что в этом мире таится огромная энергия, но вреда обитавшим на нём существам оно не причиняло.
Существа по-прежнему жили в этом мире, продолжая преобразовывать окружающую среду, и когда сияние стало постепенно угасать, рассказчик увидел, что мир изменился ещё сильнее.
На поверхности этого мира появился слой… жидкости.
Можно назвать это водой, хотя нельзя быть уверенным, что это действительно та самая жидкость, которую называют водой, — но пусть для удобства она будет называться так.
Поначалу этот слой был совсем «тонким», свет мира пробивался из-под воды наружу, и вокруг по-прежнему было довольно светло, можно было разглядеть множество выступающих из воды «участков суши». Но со временем воды становилось всё больше, а сияние мира постепенно угасало, пока не исчезло вовсе.
К этому моменту на поверхности мира уже не осталось видимой суши — он полностью превратился в водяной шар. И как только это произошло, его вращение остановилось: он застыл на месте и больше не двигался, не вращаясь.
Рассказчик в этот момент почувствовал некоторое замешательство.
Прежде он мог наблюдать изменения на поверхности мира и по ним судить, как эти существа преобразуют его, но теперь он не мог узнать, что происходит под толщей воды.
Невозможность узнать заключалась не просто в том, что ничего не было видно, — никакие методы наблюдения вообще не улавливали ничего происходящего там.
И тогда самый первый рассказчик этой истории решил снова высадиться на этот мир, чтобы посмотреть, что же там на самом деле происходит.
Но когда он приблизился к миру, он подвергся яростной атаке, которая нанесла ему тяжёлые потери, и он едва сумел спастись бегством — после этого он больше не мог приблизиться к этому миру.
Тем не менее, интерес к этому миру у него не пропал, поэтому он не удалился слишком далеко, а продолжал вести наблюдение за миром, держась на определённом расстоянии.
Время… текло медленно.
За долгие годы наблюдений рассказчик смог получить очень мало сведений. Изредка он видел, как этот мир вновь начинал испускать сияние, но из-за воды, похоже, это сияние было гораздо тусклее, чем прежде.
Помимо этого, никаких перемен не происходило: существа, обитавшие в этом мире, не покидали его, а сам мир по-прежнему оставался неподвижным на одном месте, словно вообще не подвергаясь воздействию никакой гравитации.
Рассказчик знал, что этот мир не был живым существом — не был чем-то вроде Звёздного Автобуса.
Но в нём наверняка скрывалась какая-то тайна — иначе почему бы он светился, притягивал этих существ к переселению и преобразованию.
Хотя сам мир, казалось, не претерпевал больше никаких изменений, время от времени случались внешние происшествия — например, некоторые другие существа пролетали мимо или приближались к этому миру, и без единого исключения все они подвергались яростной атаке.
Очень немногим существам удавалось выжить в подобных атаках. За всё время наблюдений лишь однажды одному виду существ удалось успешно спастись бегством от такого нападения, хотя, судя по всему, оно получило серьёзные повреждения.
Все прочие существа неизменно оказывались полностью уничтожены.
Видя, как эти существа гибнут одно за другим, рассказчик впоследствии начал подавать сигналы приближающимся существам, предупреждая их не подходить к водяному шару, но поскольку немногие существа понимали эти сигналы, гибель продолжалась и дальше.
Так прошло ещё немало времени…
И как раз тогда, когда рассказчик уже решил, что ничего особенного больше не произойдёт, случилось нечто особенное вновь.
Он обнаружил, что из этого водяного шара вылетело множество… неких предметов.
Эти предметы вылетели из водяного шара и устремились в Пустоту, и тогда рассказчик решил поймать один из них, чтобы разглядеть, что же это такое.
Он дождался, пока предмет отлетит на определённое расстояние — то, которое, по его расчётам, лежало за пределами зоны атаки водяного шара, — и попытался схватить его.
И тогда… он погиб.
Он неверно оценил зону атаки: даже в этой точке он всё равно подвергся нападению, и на этот раз ему не удалось… спастись.
Спустя неизвестно сколько времени другое существо обнаружило записи этого первого рассказчика.
Оно нашло все сведения, которые рассказчик собрал об этом водяном шаре, и тоже заинтересовалось им, решив принять на себя роль рассказчика второго поколения и продолжить наблюдения за происходящим здесь.
Те предметы, что вылетали из водяного шара, были зафиксированы ещё до гибели рассказчика первого поколения, и они, похоже, очень напоминали существ, обитавших внутри водяного шара.
Возможно, они отправили наружу своё потомство — так решил рассказчик второго поколения, после чего продолжил наблюдение.
Да… он лишь наблюдал.
В отличие от рассказчика первого поколения, второй, похоже, вообще не хотел ничего предпринимать — он занимался лишь чистым наблюдением.
Он не пытался ловить вылетающие предметы, и когда видел, что другие существа приближаются к водяному шару, тоже не подавал им никаких сигналов с предупреждением уйти.
У него не было даже мысли взглянуть на что-либо поближе — он просто держался на безопасном расстоянии, наблюдая, пока в один момент не решил уйти.
Спустя некоторое время водяной шар перестал выбрасывать наружу предметы и вернулся к прежнему спокойному состоянию.
Но это продлилось недолго — внезапно рассказчик второго поколения ощутил некий… сигнал.
Похоже, он исходил от существ, живущих внутри водяного шара, и в нём содержались какие-то… их мысли.
В этом сигнале обитатели водяного шара сообщали, что обнаружили некое… весьма далёкое место.
И они намеревались «призвать» оттуда, из этого далёкого места, нечто такое, что могло бы помочь им распространить их «волю» вовне.
После этого они начали действовать.
Хотя рассказчику второго поколения это казалось весьма странным, он не удалился, а остался на месте, и когда обитатели водяного шара действительно приступили к действию, он ощутил, как оттуда исходит какое-то…
Ощущение?
Это ощущение вызвало у него крайний, непреодолимый страх. Рассказчик второго поколения решил, что оставаться здесь больше нельзя, и покинул это место.
Но это чувство страха с тех пор так и осталось с ним неотступно…