«…будет наказано».
Голос Создателя, подобный низкому раскату грома, гулко разносился по всему кораблю.
Этот голос звучал как будто издалека, а в то же время — из самых глубин корабля, он раздавался одновременно из бесчисленных точек, из-за чего рою было трудно найти его источник.
Но рой не остановился и не обратил внимания на смысл этих слов, он продолжал наступление, разрывая на части всё, что встречалось на пути, — они… уже почти достигли основания корабля.
В основании корабля находилось огромное силовое ядро, и если бы его удалось захватить, это означало бы, что весь корабль принадлежит рою.
Там, возможно, находилось устройство, способное управлять всем на этом корабле.
Войска Линь рассредоточились снаружи корабля, готовясь встретить любое подкрепление, какое бы ни явилось.
«Тук!»
Но этот звук раздался внутри самого корабля.
По всему кораблю разносился похожий стук, будто что-то ритмично било изнутри, а может, что-то запускалось в работу.
Линь перенесла внимание внутрь корабля.
Рой, находившийся внутри корабля, уже добрался до врат силового устройства — здесь был просторный проход, но в нём не оказалось никакой обороны, ведь ещё раньше рой уничтожил почти все устройства, производящие конструктов.
Заодно, судя по всему, были разрушены и осветительные приборы, отчего проход погрузился в полную темноту.
Но на рой это никак не повлияло, они бросились вперёд по проходу, бесчисленные саранчовые и чёрный туман уже готовились захватить этот корабль.
«Треск…»
Звук был похож на разряд статического электричества.
Бесчисленные ослепительные светящиеся шары вдруг возникли посреди роя.
«Хлоп!» Ослепительное сияние озарило весь тёмный проход, сделав его светлым, как днём.
Когда вспышка света погасла, в проходе остались лишь бесчисленные обугленные трупы. До врат оставалось всего несколько метров. Но продвинуться дальше рой уже не смог.
«У вас нет пути».
Когда голос Создателя раздался снова, рой, спешивший из заднего прохода, уже добрался сюда и продолжил штурм тех врат.
«Тук!» Стены прохода, ещё мгновение назад казавшиеся сплошными, без единой щели, вдруг стремительно сомкнулись, в один миг зажав этот отряд роя между собой.
«Даруй самое жестокое уничтожение любящему разрушение».
Сомкнувшиеся стены прохода медленно раскрылись — зажатый прежде рой превратился в кучу мясного месива, которое медленно стекло вниз.
«Даруй самую страшную войну любящему войну».
«Гром…» По всему кораблю разносился раскатистый гул, рой во всех частях судна озирался по сторонам, пытаясь найти источник этой новой угрозы.
Ещё один отряд роя достиг нижних палуб корабля, этот отряд шёл вперёд единым натиском. Но из-за того, что отряд, атаковавший силовое ядро, был уничтожен, им пришлось остановиться и настороженно оглядывать окрестности.
Это было… ощущение жара.
Внезапно перед роем возникла обширная стена пламени, эти языки огня будто бежали сами по себе, безумно устремляясь по проходу навстречу рою.
Увидев это, отряд роя тут же начал отступать, но над их головами раздался странный звук.
«Треск…» Странные светящиеся шары медленно парили в воздухе, они возникли будто из ниоткуда и влетели прямо в толпу роя.
Тут же прогремели взрывы, во все стороны полетели обрубки конечностей роя. Внутренности и кровь разлетелись повсюду.
В тот же миг от потолка прохода донёсся грохочущий гул. Потолок вдруг начал опускаться!
«Тук!» Но огромное существо приняло на себя давление стены.
Землеруб встал посреди роя, упершись лапами в пол, и его громадное тело постепенно оттолкнуло опускающуюся стену обратно.
Уцелевший рой под ним тут же бежал прочь, а в этот момент пламя издалека достигло и этого места.
Землеруб остался посреди огня, но по-прежнему удерживал давящую сверху стену, будто вкладывая в это все свои силы…
Горящее пламя не могло повредить его панцирь, но Землеруб не мог бесконечно выносить такую температуру.
С продолжением горения его тело начало постепенно получать повреждения изнутри, он больше не мог сдерживать давление стены и наконец рухнул на пол.
Но даже после его падения тяжёлый панцирь по-прежнему застрял под стеной, не давая ей сомкнуться.
Впрочем, теперь это уже не имело значения.
Потому что оба отряда роя, проникшие в самые нижние уровни, были разгромлены, но ответный удар не ограничился только этим.
По всему кораблю, во всех его частях, рой сталкивался со схожей ситуацией.
Стены проходов внутри корабля начали двигаться, словно кишечник живого существа, они мгновенно перемалывали находившийся внутри рой, и даже черви, зарывшиеся в стены, чувствовали, будто их тела словно застыли, — они больше не могли двигаться.
Пламя и странные светящиеся шары метались по всему кораблю, обращая все цели в пепел.
В пространствах, где они прошлись огнём, постепенно поднимался слой густого тумана — это был не чёрный дым от сгоревших трупов роя, а целое войско… микроскопическая армия, состоящая из амёб.
Возможно, это были даже не амёбы, а существа, похожие на контроллеров, — как бы то ни было, все они были чрезвычайно малы.
Огромное количество амёб пожирало обгоревшие остатки, они стремительно расползались по проходам корабля, атакуя микроорганизмы, оставленные чёрным туманом Линь.
Этот корабль будто ожил, он собственным телом очищал себя от засевшего внутри роя…
И это явление распространилось даже на палубу.
«Бах!» С громким взрывом отряд саранчовых на палубе разлетелся в разные стороны, и там, где они только что находились, откуда ни возьмись открылся квадратный проём, из которого показалось нечто огромное.
Эта штука была не золотистой, а имела кристаллический оттенок.
Формой она напоминала распустившийся Игольчатый Шерстяной Шар, ростом в пять метров, с почти незаметными короткими лапками, которыми она передвигалась по палубе.
Появиться на палубе, кишащей роем, значило мгновенно быть разорванным в клочья, — бесчисленные твари ринулись со всех сторон, окружив это кристальное существо.
Оно не стало уклоняться, а лишь легонько стукнуло по земле.
«Треск!» Под его ногами на палубе появились многочисленные трещины, из них вырвался мощный поток воздуха, мгновенно развеявший весь окружающий чёрный туман.
«Вжух!» В тот же миг ослепительный свет озарил тёмное пространство.
Тонкие лучи света выстрелили из бесчисленных остроконечных игл, покрывавших всё тело Кристального Шерстяного Шара, они точно попадали в каждое приближающееся существо роя, пронзая их головы насквозь.
В тот момент, когда рой падал замертво, иглы пуховика уже вновь загорались, готовясь к следующей волне наступающих тварей.
Но выстрелить он не успел.
«Бах!»
Когда грохот взрыва стих, сияющее тело этого пуховика уже превратилось в обломки, — Пушка Стикса высилась вдали, среди толпы роя, из её дула медленно поднимался дымок.
Но разлетевшийся в осколки кристалл вовсе не означал конца.
«Тук!» Гул, раздавшийся вдали, свидетельствовал о том, что эта тварь была не одна.
Одна за другой группы роя разлетались от ударной волны, а на местах, где они стояли, из-под палубы выползали конструкты в виде пуховика, покрытые кристальными иглами, и вместе с ними появлялся мощный поток воздуха.
Они хлынули наружу, подобно урагану, пробивая в пространстве, полностью укрытом чёрным туманом, свободные проплешины.
А эти пуховики тут же освещали образовавшиеся пустоты своими лучами.
Под сиянием разрушения оставались лишь груды трупов роя с пробитыми головами, Кристальные Шерстяные Шары передвигали свои короткие лапки, неспешно шагая по останкам и создавая всё новые трупы при помощи испускаемого ими света.
А ещё… Землеруб с обожжёнными пятнами на панцире.
«Бах!» Сомкнувшиеся жвалы в один миг обратили одного пуховика в порошок, но пока он его перемалывал, несколько лучей света ударили по этому Землерубу, оставив на его панцире лишь опалённые следы.
Панцирь Землеруба обладал чрезвычайно высокой сопротивляемостью, даже против такого высокотемпературного излучения.
«Бах!» Пуховик, выпустивший луч, взорвался — снаряд Пушки Стикса разнёс его на куски.
Чёрный туман в воздухе, до этого развеянный, снова начал собираться вместе, бесчисленные микроорганизмы внутри него плотно слиплись друг с другом, образовав огромную массу, которую теперь не мог развеять даже сильный ветер.
«Скрип…» Но в этот момент на палубе раздался ещё один звук.
Одна из Пушек Стикса вдруг поднялась над палубой, слизь и нити, крепившие её к палубе снизу, под мощной силой начали растягиваться всё длиннее, и она поднялась на высоту в добрых десять метров, прежде чем остановиться.
А поднимало это огромное орудие… несколько кристаллических блоков.
Точнее говоря — конструкт, собранный из двенадцати кристаллических блоков: один круглый кристалл диаметром около трёх метров служил «телом», а ещё одиннадцать цилиндрических кристаллов образовывали три пары конечностей. Половиной конечностей он упирался в пол, а второй половиной удерживал поднятое орудие.
А затем изо всех сил метнул Пушку Стикса!
«Бах!»
Но прежде чем он успел её бросить, его тело внезапно перестало двигаться, и поднятая Пушка Стикса упала обратно на палубу.
Из чёрного тумана вытянулось множество щупалец, обвивших этот кристальный конструкт, — под сдавливающим натиском щупалец по его телу пошли многочисленные трещины.
По мере распространения трещин конструкт в итоге рассыпался в груду обломков, и из этих обломков выползло существо, похожее на клейкую слизь.
«Хлоп!»
В следующее мгновение это клейкое существо было прижато щупальцем, присоски на конце щупальца присосались к нему и втянули его в толщу чёрного тумана.
Но этот странный кристаллический конструкт, как и пуховики, тоже был не в единственном числе.
Часть из них выползала следом за пуховиками, часть же устраивала засады прямо под орудиями.
Палуба, до этого казавшаяся сплошной, без единой щели, могла раскрыться в любой момент, и появлявшиеся из неё конструкты были достаточно мощными, а их разновидностей — немало.
Свет, огонь или просто грубая сила — всё это могло оказаться их оружием, и их было не так-то легко сокрушить.
И к тому же, пока Линь была сосредоточена на том, что происходило на корабле, в небе за его пределами тоже раздались бесчисленные звуки…