Длиной пятьсот метров, самая широкая часть достигает почти трёхсот метров, на нём установлены по меньшей мере несколько десятков лазерных орудий... одно огромное «молотовидное» главное орудие, а в брюхе корабля множество отсеков для метания снарядов, способных выстреливать ракеты или десантные капсулы со смешанными войсками.
Этот корабль, называемый Молотовидным Крейсером, двигался к своей цели... позади него следовали ещё сотни подобных боевых кораблей.
Первый крейсер уже навёл своё главное орудие на далёкую цель — «космическую станцию-череп» диаметром около тридцати километров.
Линь впервые видела, как Молотовидный Крейсер использует главное орудие: при применении этого оружия молотовидная головная часть корабля медленно раскрывалась, словно цветок, обнажая сияющее нутро.
То, что показалось изнутри, выглядело как сгусток энергии, немного похожий на маленькую звезду — он излучал ослепительный свет.
Линь ещё не успела как следует изучить это оружие, но оно выглядело очень мощным, хотя и... небыстрым.
«Бум!» — с озвучкой от Линь этот огромный энергетический шар вылетел из корабля и понёсся к далёкой станции.
Перед лицом первой атаки противника станция не попыталась уклониться или применить какую-либо иную тактику — она просто... врезалась в него.
«Гро-хо-хо——» На этот раз звук был не от Линь.
Энергетический шар ударил в место, похожее на «нос» станции: выступающая структура в тот же миг вместе с мощной энергией превратилась в разлетающиеся обломки, кувыркающиеся под звёздным небом.
Одновременно с этим город внутри станции содрогнулся сильнее всего — некоторые здания даже начали крениться от тряски.
А обитатели внутри... они не были эвакуированы вовремя, поэтому в ужасе жались по местам, которые казались им безопасными.
Или же изо всех сил бежали, чтобы успеть сесть на летательный аппарат, способный вывезти их отсюда.
Систему станции не волновали их мысли — она продолжала двигаться вперёд.
Хотя часть поверхности станции, похожая на нос, была взорвана, пострадала лишь небольшая часть.
Станция в целом не получила никаких повреждений, и более того — в этот момент она начала контратаку.
Множество отверстий на поверхности, похожих на поры, в этот миг выбросили бесчисленное количество... объектов.
Это оказались не залпы ракет, как думала Линь, а... камни, по крайней мере, похожие на камни.
Эти камни были диаметром около десяти с лишним метров и, подобно разлетающемуся дождю, устремились вперёд, к Воинственному флоту.
Многие камни врезались в летящие энергетические шары и в мгновение ока обращались в пепел, но ещё больше камней обогнули эти шары и долетели до строя Воинственного флота.
Они с силой обрушивались на обшивку кораблей, некоторые крупные валуны даже оставляли на корпусах вмятины.
Но... это, похоже, действительно были обычные камни, а не взрывчатка — хоть и очень твёрдые, но всё же просто камни, уступающие по мощи взрывчатым веществам.
Воинственный флот не обращал на эти камни внимания.
Корабли прямо сквозь бесчисленный каменный ливень приближались к станции, и в этот момент на них активировались аккуратно выстроенные ряды лазерных орудий.
В следующую секунду световой ливень сменил каменный — бесчисленные яростные лучи света обрушились на поверхность станции.
Если станция и вправду была головой эршианина, то теперь часть её облика уже была уничтожена.
Этот световой ливень оставил на поверхности станции глубокие следы и разрушил многие из отверстий, из которых выбрасывались камни, но...
На этот раз в городе не почувствовали никакой тряски.
Ведь взрывов не было — атака Воинственного флота повредила лишь поверхностный слой станции.
Но станция тоже не стала контратаковать — Линь заметила, что она наращивает скорость, будто пытаясь быстрее приблизиться к флоту молотовидных крейсеров.
Или, точнее сказать...
Её целью был вовсе не флот молотовидных крейсеров, а материнский мир.
Из мозга Первого можно было получить кое-какую информацию — похоже, система станции отчаянно стремилась приблизиться к материнскому миру.
Всё, что она делала сейчас, — пыталась первой добраться до материнского мира.
Но она летела не просто напролом, а как будто проводила проверку.
Потому что обшивка станции была очень... толстой, и система хотела с её помощью проверить, какой урон способен нанести противник.
Она собиралась оценить, до какой степени сможет выдержать огонь противника, а уже потом принять решение — контратаковать или же просто лететь дальше под огнём к материнскому миру, выдерживая обстрел.
Стоит сказать, что эта идея была не слишком разумной.
Но система, похоже, была почти твёрдо намерена поступить именно так... а Линь хотела понять, почему станция так стремится вернуться в материнский мир.
А Воинственный флот не собирался так легко пропускать её — непрерывный световой ливень продолжал обжигать поверхность станции... и ещё больше Молотовидных Крейсеров раскрыли свои головные части.
Они снова начали применять... главные орудия, выпускающие крупные энергетические шары.
Если бы они выстрелили сразу множеством зарядов, станция явно не смогла бы это выдержать, однако в этот момент Линь заметила кое-что ещё.
Издалека к этому месту летела другая эскадра.
В этой эскадре было всего чуть больше тридцати кораблей, но она вызвала у Воинственного флота очень сильную реакцию.
Все молотовидные крейсеры прекратили огонь и рассеялись по сторонам.
Потому что эта эскадра была... флотом Призраков — их израненные, покрытые трещинами корабли, похожие на остовы, двигались прямо к Воинственному флоту.
Воинственный флот не стал их атаковать — вместо этого корабли предпочли уклониться и стремительно улетели прочь.
Система внутри станции, похоже, сочла это отличной возможностью — она резко ускорилась, и станция продолжила лететь вперёд.
Это ускорение вывело её как раз между флотом Призраков и Воинственным флотом; станция не стала задерживаться и продолжила лететь к материнскому миру... но флот Призраков в этот момент сменил цель.
Изначально они летели к Воинственному флоту, но после того, как станция пролетела мимо, все они устремились к самой станции.
По мере приближения к материнскому миру станция начала снижать скорость, а флот Призраков — нет.
Линь увидела, как несколько кораблей-Призраков врезались в станцию — в место, похожее на её... «затылок».
Корабли-Призраки были небольшими, их столкновения не произвели особого шума и не нанесли заметного вреда.
Некоторые из более хрупких кораблей-Призраков даже разбились сами при столкновении, а Воинственный флот так и оставался на месте...
...наблюдая за столкновением станции и флота Призраков.
Столкновения быстро прекратились, потому что почти все корабли-Призраки врезались в заднюю часть станции, и в итоге лишь один корабль остался неподвижно висеть там.
Похоже, у них вовсе не было сознания, или же их реакции были очень замедленными — они остановились лишь после того, как разбили о станцию множество своих кораблей.
А станция... в этот момент тоже замерла неподвижно.
Причина, по которой она остановилась, была не в том, что система передумала лететь к материнскому миру, а в том, что она была... заражена.
У флота Призраков очень сильная способность к «заражению».
Это тоже можно было обнаружить, изучив мозг Первого.
Теперь Первый мог почувствовать... что в системе появилось нечто аномальное.
Это была аномалия, чем-то похожая на настоящее безумие.