«Нужно... уходить отсюда».
«Нельзя больше оставаться в этом месте».
«Но куда мы вообще можем пойти?»
«Не знаю... просто нужно уйти».
Ужасное чувство разносилось эхом над каждым Кувыркуном из Иномирья.
Существа, воспринявшие эту «трансляцию», реагировали по-разному — большинство из них решило, что это дело рук каких-то злодеев из их собственного мира.
А эти самые злодеи, разумеется, тоже почувствовали этот ужас.
На самом деле неважно, что они там себе думали — достаточно было того, что у них появилась мысль о бегстве.
Мышление — это движущая сила данной Пустоты; мысли множества существ способны порождать определённый эффект.
Линь наблюдала за этими мирами из «комнаты телескопа» — степень желания сбежать в каждом Иномирье была разной, и самой низкой она оказалась в... Эрше снов.
Потому что уровень развития цивилизации эршиан в Эрше снов сейчас находился на очень... занятой стадии.
Многие эршиане были заняты разной работой, и даже если в их сознании возникало какое-то жуткое ощущение, каким бы странным оно ни казалось, они обычно просто старались его игнорировать.
Хотя нашлась и часть эршиан, которые обратили на это больше внимания и начали обсуждать это с другими народами, в целом на всё общество эршиан это влияло не сильно.
А в некоторых иномирьях, наоборот, очень быстро возникло огромное чувство ужаса — там решили, что это ощущение может угрожать всему миру.
Линь обнаружила, что наибольший ужас возник в одном конкретном Иномирье.
Изначальная задумка этого Иномирья сама по себе представляла собой «мир беженцев» — то есть этот мир был изначально задуман как мир, полный... беженцев.
Их родной мир по какой-то причине был уничтожен, и они превратили часть суши в летательный аппарат, на котором и сбежали.
Так, по крайней мере, гласила задумка.
Поэтому их мир выглядел не как Кувыркун, а как кусок суши.
Он был длиной более тысячи с лишним километров и около трёх тысяч километров в ширину; когда начался ужас, все обитатели на нём тут же захотели снова запустить эту сушу и сбежать на ней прочь, и поскольку это желание было чрезвычайно сильным, их мир уже полностью обрёл право на «катапультирование».
А Линь как раз помогала им бежать.
Сейчас Линь в комнате телескопа включила... «катапульту».
Управление в основном осуществлялось через воображение: под мыслительной деятельностью той, что была Вероникой в составе Линь, этот материк тоже начал медленно смещаться.
Его потянуло к внутренней стенке симуляционного устройства, где раскрылся огромный разлом.
Достаточно большой, чтобы пропустить сквозь себя этот материк.
После того как он медленно въехал в разлом, существа на суше обнаружили, что окружавшая их сплошная тьма снова сменилась светом.
Только вот пейзаж, который они теперь видели, был уже не прежним.
По задумке их материк не знал смены дня и ночи — в любое время суток над ним можно было видеть звёздное небо.
Теперь же они видели не звёздное небо, а небо, покрытое сложными механическими конструкциями.
Эти огромные механизмы медленно двигались, и из них выдвигались какие-то остроконечные колонны в несколько сотен метров длиной, которые медленно опускались к поверхности земли.
Под испуганные крики существ на поверхности они также заметили, что гравитация на земле постепенно восстанавливается.
Перед тем как катапультировать материк, нужно было восстановить некоторые... базовые функции этого места — как раз с помощью этих колонн.
Через них можно было ввести в этот материк определённые конструктивные данные.
Это позволяло восстановить его прежние функции.
Когда восстановление доходило до нужного уровня, можно было катапультировать его наружу.
Такое катапультирование, по сути, тоже являлось одним из способов дальнего путешествия — его также можно назвать «случайным катапультированием».
Когда начиналась подготовка, эти огромные колонны распространяли по поверхности некий сигнал, побуждающий обитателей начать воображать.
Получив этот сигнал, они начинали представлять себе какие-то... прекрасные условия.
Эти условия можно назвать теми, что нравились им больше всего — местами, которые казались им наиболее комфортными для жизни.
Затем их воображаемые образы вводились в симуляционное устройство и излучались в сторону Непредвиденной Земли.
Если в Непредвиденной Земле находилось нечто похожее на то, что они себе представили, их притягивало к этому месту.
Такой способ путешествия, по сути, не отличался большой скоростью, но зато был довольно... стабильным.
Потому что, как только цель была зафиксирована, объект продолжал двигаться к ней без остановки.
На полпути движение не прекращалось — разве что объект будет уничтожен.
Это очень хорошо подходило для бегства из некоторых мест — например, из подобных областей мышления.
Некоторые области мышления, такие как Земля Отречения, обладают особыми эффектами, удерживающими застрявшие там объекты.
Но с помощью такого способа можно было сбежать из подобного места.
Что касается того, почему это называется «катапультированием» — похоже, дело в том, что... это действительно похоже на выстрел катапульты.
По крайней мере, в момент первоначального запуска.
Когда эти существа начинали воображать окружение, симуляционное устройство постепенно подталкивало их материк к внешней оболочке устройства.
Сейчас этот материк медленно двигался внутри симуляционного устройства, заполненного сложными конструкциями, а существа на нём, поскольку все были погружены в состояние воображения, не замечали окружающей обстановки внутри устройства.
Когда материк достиг внешней оболочки устройства... весь он вдруг резко ускорился.
Линь могла видеть из комнаты телескопа, как этот материк с чрезвычайной скоростью летит в Пустоту.
Неизвестно, удастся ли ему вырваться наружу, но Линь запускала не только его одного.
Далее Линь продолжила наблюдать за ситуацией в других Иномирьях.
Как только у обитателей какого-то мира набиралось достаточно сильное желание сбежать, Линь пыталась катапультировать их.
А потом... смотрела, кому же удастся вырваться наружу.
Одновременно с этим на каждом Иномирье было размещено нечто, что можно назвать «семенем» Линь.
Эта вещь представляла собой... небольшую часть сознания Линь.
Эта небольшая часть сознания пока находилась в спящем состоянии, но как только эти Иномирья выйдут за пределы влияния Земли Отречения... она начнёт расти.
В конце концов они тоже превратятся в подобие Вероники — то есть в юнит войск Линь.
Линь и сама не знала, насколько велика зона влияния Земли Отречения, но считала, что если удастся увидеть других Сновидцев и обычную среду мира снов, значит, побег можно будет считать успешным.
Конечно, всё это стало возможным ещё и потому, что Линь ранее нашла способ отделять новые юниты войск.
На самом деле этот способ был обнаружен главным образом после того, как она услышала о делах Предводителя Шалинь.
Дело в том, что сознание Линь находилось в особой, принадлежащей исключительно ей «Пустоте».
Оно не находилось ни в Непредвиденной Земле, ни в обычной Пустоте, поэтому Линь управляла своими войсками через собственную Пустоту.
Так же обстояло дело и с войсками в Непредвиденной Земле — управление ими осуществлялось через некий особый способ.
Линь оставалось лишь попытаться распространить эту управляющую мысль на большее количество энергии.
Проведя несколько тестов, Линь обнаружила, что сила её сознательного контроля, похоже, ограничена обычной Пустотой.
Проще говоря, требовалось, чтобы какой-нибудь юнит войск в обычной Пустоте соприкасался с границей Непредвиденной Земли, только тогда можно было создать юнит в самой Непредвиденной Земле.
Вот только место рождения этого юнита... оставалось нефиксированным.