Так положил яйцо на расстоянии семи метров от Дюмезника, а затем обложил вокруг него кольцом каменных глыб с высеченными на них знаками.
Маленький летун Линь всё это время следовал за ним, с любопытством наблюдая за действиями Така. Расставив камни, тот вдруг начал танцевать.
Линь заметила, что движения этого танца отличались от всех, что она видела раньше: сначала он высоко поднял обе передние лапы, затем начал раскачивать хвостом, а после громко закричал: «Санг! Гагагга-та!»
В этом слове присутствовал смысл, связанный со светом, но зачем он так кричал, было непонятно.
Кстати говоря, Так способен на весьма немало странных движений, и весь его род тоже. Почему так? Связано ли это с их высоким интеллектом? Мозговые черви тоже совершают множество странных действий, но Линь всегда могла понять, зачем они это делают. А вот движения Така она совершенно не понимала — они казались абсолютно бессмысленными, но он, похоже, очень любил их совершать…
Так танцевал примерно сто секунд, а затем лёг на землю, повернувшись головой к дереву, и коснулся земли пастью. Поскольку он стоял довольно далеко позади, его пасть не доставала до воды.
Проделав эту серию движений, он снова крикнул в сторону дерева: «О!» — и после этого больше ничего не делал.
Сначала Так стоял — он простоял, обращённый к дереву, почти десять тысяч секунд, а потом лёг отдохнуть, выпив немного воды, оставшейся в мешке-зобе.
После этого он так и лежал, не сводя глаз с дерева.
Похоже, у него не было ни намерения уходить, ни желания искать пищу — он просто оставался там, неотрывно глядя на яйцо и Дюмезник.
Так прошли уже одни сутки, а Так всё не двигался с места. Хотя иногда он и шевелился, но покидать это место, судя по всему, не собирался…
Через двое суток Линь заметила, что тело Така явно ослабело. Хотя без еды и движения он мог продержаться довольно долго, но если он не будет пить воду… то, возможно, не протянет и нескольких суток…
Даже сам Так, судя по всему, это понимал, но всё равно не двигался… Похоже, у него возникло желание умереть? Обычно живые существа, за исключением вопросов размножения, больше всего дорожат собственной жизнью, так почему же Так ведёт себя так? Да и яйцо это вовсе не его — и вообще, Линь очень удивлялась, откуда там взялось это целое, неповреждённое яйцо.
Тем временем Линь постепенно перемещала свои войска от корней дерева к стволу — поскольку приходилось одновременно сражаться и наращивать силы, на это уходило довольно много времени. К этому моменту большая масса войск Линь уже собралась внутри ствола в шарообразную массу и начала поглощать окружающие питательные вещества, разрастаясь.
Чтобы вырасти до размеров птерозавра, требовалось ещё некоторое время — ведь Дюмезник вовсе не собирался покорно её кормить: он не только натравливал мечеблох, но и выделял огромное количество токсина, твёрдо решив изгнать этого «паразита».
Одновременно с этим Линь задумала создать новый вид войск, отличный от прежних птерозавров.
А ещё ей хотелось посмотреть… есть ли у Така предел? Останется ли он здесь до самой смерти? Или всё же не выдержит и отправится искать пищу?
Это казалось довольно интересным — это существо было полно непредсказуемого поведения.
Настали третьи сутки… Всё это время Так по-прежнему не двигался. Линь заметила, что время от времени сюда прибегали какие-то пушки. Эти пушки оказались довольно занятными: некоторые из них шли пить воду с земли и в итоге окаменевали, а некоторые, судя по всему более взрослые особи, знали, что пить эту воду не следует.
Похоже, пушки тоже растут и развиваются через обучение — правда, для таких мелких существ с очень быстрым жизненным ритмом такой способ кажется не слишком подходящим. Муравьи-мясники, похоже, вообще никогда сюда не приближались — видимо, они прекрасно понимали, насколько опасно это место.
А Так, даже видя, как эти пушки мельтешат у него перед глазами, не проявлял никакого интереса, чтобы их поймать — он по-прежнему просто… витал в оцепенении.
Никаких особых эмоций он не выражал, и Линь даже заподозрила, не отравился ли он, но на деле с его телом всё было в порядке — он просто впал в некое отупение.
Пока что степень ослабления не достигла критического уровня, так что стоит продолжить наблюдение.
Линь также отправила летуна покружить по округе и обнаружила, что труп того белого скелетного дракона уже начал разлагаться. Что касается тех двух белых скелетных драконов, Линь предположила, что у их разбегания в разные стороны была своя причина — возможно, они устроили своего рода «пари».
Смысл пари состоял в надежде, что Так напьётся воды, пропитанной токсином окаменения из Дюмезника. Но если бы они оба побежали в одну сторону, а Так их настиг, то корни Дюмезника догнали бы и его — и тогда они погибли бы все вместе…
Поэтому два белых скелетных дракона разбежались в разные стороны — пожертвовав одним, чтобы дать шанс выжить другому? Расчёт вроде бы вполне разумный, вот только тогда они, похоже, не приняли в расчёт птерозавра Линь как союзника Така.
Что же касается прочих вопросов, они пока оставались непроясненными — например, множество обглоданных муравьями-мясниками костяков, целая куча обломков, а также одно совершенно целое яйцо…
К четвёртым суткам Так проявлял уже гораздо более явные признаки истощения — в основном симптомы обезвоживания, но покидать это место он по-прежнему не собирался.
На пятые сутки Так всё ещё находился там, неподвижно глядя на яйцо и дерево.
Может, он ждёт, пока это яйцо вылупится? Но, по расчётам Линь, этому существу требовалось, вероятно, несколько десятков суток, чтобы вылупиться, — а Так явно едва ли доживёт до этого момента… Если так пойдёт и дальше…
На шестые сутки вождь стаи скелетных драконов снаружи наконец увёл остальных членов стаи прочь. Они провели несколько суток на том месте, куда упали Так и Линь, но так и не нашли способа спуститься вниз, поэтому решили уйти.
А Так по-прежнему оставался в том же состоянии.
Седьмые сутки.
Линь решила, что, пожалуй, пора прекратить наблюдение. Так и вправду, похоже, решил умереть здесь. Линь так и не поняла, каковы были истинные мотивы его поступка — может быть, это как-то связано с тем яйцом? Но неважно — сейчас он уже был при последнем издыхании, ослабевший до крайности, худой словно белый скелетный дракон, всё тело обессилело, а разум балансировал на грани полной остановки. Похоже, настало время выходить наружу…
«Крак…» — ствол Дюмезника медленно раскололся, из него хлынуло наружу огромное количество сока. Почти потерявший сознание Так, увидев это зрелище, вдруг словно немного встрепенулся — он попытался приподнять тело, но сил на это уже не хватало.
Из трещины на стволе сначала показалось одно щупальце — оно раздвинуло кору с обеих сторон, расширив трещину ещё больше, а затем наружу выбралось и всё тело целиком…
Это существо медленно парило в воздухе, и по мере того, как оно приближалось к Таку, выражение его становилось всё более и более напряжённым.
«Так».
Из тела существа раздался голос, в точности совпадавший с голосом птерозавра — Линь так часто звала его прежде. Услышав это, Так мгновенно… потерял сознание.
Похоже, он был чрезвычайно, чрезвычайно взволнован.
Существо вонзило щупальце в тело Така, впрыскивая в него огромное количество питательных веществ, полученных Линь изнутри Дюмезника.
Судя по всему, скоро всё будет хорошо…