В буре бескрайнего белого снега Бегемот летел навстречу ветру.
Сильный холодный ветер хлестал по коже Бегемота, огромное количество снега скапливалось на его гигантском теле. Линь, хоть и не чувствовала холода благодаря мощной защите от мороза, но всё же ощущала невыносимую тяжесть.
Линь всего лишь хотела слетать взглянуть на море, но попала в чрезвычайно сильную снежную бурю. Бегемот оказался в ловушке высоко над пустыней, двигаться становилось всё труднее, даже просто держаться в воздухе стало почти непосильной задачей — мощный ветер со снегом непрерывно вдавливал Бегемота вниз.
Глядя на облака в небе, Линь чувствовала всё большую невыносимость происходящего. Хотя это было природное бедствие, а не живое существо, Линь всё же решила дать отпор.
На голове Бегемота имелось жерло диаметром около метра, внутри которого можно было синтезировать самую мощную из когда-либо использованных Линь бомб — «Творца Искусства». Эта новая версия Творца Искусства предназначалась для воздушного боя и была уже полностью снаряжена сжатым воздухом заранее — не нужно было ждать выстрела, чтобы начать всасывать воздух. Изначально эта бомба создавалась для борьбы с Песчаным Автобусом, но и здесь она пригодится.
Линь навела жерло Бегемота на снежные тучи в небе.
«Бум!» — бомба тут же с силой вырвалась наружу, собственная реактивная структура бомбы стремительно вытолкнула её вверх в небо, и она врезалась в толщу облаков.
Раньше Линь запускала бомбу с помощью взрывчатки, но теперь она использовала более прямой способ: оболочка бомбы смешивалась с клетками, содержащими Растворяющую Жидкость. В нужный момент эти клетки саморазрушались, выделяемая Растворяющая Жидкость мгновенно растворяла оболочку бомбы, и сжатый внутри воздух вырывался наружу с чудовищной силой!
А затем — БАБАХ!
Снежные облака под напором мощного потока воздуха разошлись в стороны. Некогда затянутое тучами, тёмное небо мгновенно оказалось пробито бомбой насквозь — сквозь дыру хлынул ослепительный солнечный свет.
Бегемот резко ускорился, ворвался в эту огромную дыру и оказался над слоем облаков.
Здесь всё по-прежнему было залито золотистым сиянием — тепло, красиво, уютно, никакой суровости и жестокости, что царила внизу.
Линь подумала, не попробовать ли основать здесь, на этой высоте в несколько тысяч метров, некое поселение — уж здесь-то, наверное, никакая беда не сможет угрожать.
Хотя мысль такая и промелькнула, Линь всё же решила сперва взглянуть на океан... казалось, она уже давно там не бывала.
Бегемот летел над облаками, наслаждаясь теплом солнца, и одновременно поглядывал вниз на облака самых разных цветов, откуда доносились раскаты грома.
Молния...
Исследования Линь, связанные с электричеством, уже были завершены.
Она успешно создала клетки, способные выделять электрический разряд. Раньше это не удавалось в основном потому, что на самом деле существует два вида электричества, чего Линь тогда не замечала. Стоило только правильно расположить эти два вида, и удар током стал получаться.
Линь смогла собрать орган, похожий на орган Сияющего Угря, и благодаря этому создала «Электрика» — примитивный экспериментальный вид войск. В воде он мог выпускать электрический разряд, радиус которого сильно зависел от количества примесей в воде — обычно составлял от трёх до шести метров. В воде разряд выпускался вполне успешно, но вот в воздухе выпустить его никак не удавалось.
Сколько бы Линь ни старалась, в воздухе разряд выпустить не получалось, более того, электричество отражалось назад и било самого Электрика.
Похоже, это связано с примесями в воздухе. Линь обнаружила, что все вещества можно разделить на «проводящие электричество» и «не проводящие», и воздух в основном относился к непроводящим.
Если нужно атаковать на суше, вероятно, придётся прижиматься вплотную к противнику, чтобы удар подействовал, а это довольно хлопотно.
Линь не знала, почему молния способна выстреливать электрический разряд наружу — возможно, для этого нужна очень большая сила, но при попытке выпустить слишком мощный ток сами клетки, вероятно, этого не выдержат.
Так что выпускать разряд в воздухе казалось практически невозможным. Впрочем, когда-нибудь Линь обязательно займётся изучением молнии, но не сейчас.
С другой стороны, научившись управлять электричеством, Линь смогла начать использовать Мозгочтецов для довольно занятных вещей — например, заставлять их перерезать нервные связи мозга другого существа и подключаться к ним самим, после чего Мозгочтец мог управлять телом этого существа вместо его собственного мозга.
Правда, из-за неопытности в применении этого метода Линь погубила нескольких Пепельных Червей, использованных для опытов — возможно, из-за того, что выпускала слишком большой заряд. Когда позже дело всё-таки увенчалось успехом, движения при управлении получались довольно неуклюжими.
Впрочем, если как следует отточить этот навык, может получиться довольно занятная штука... просто занятная.
Никакого практического смысла в этом нет, по крайней мере пока.
Позже Линь также попробовала посылать электрические сигналы напрямую в мозг существ, пытаясь отдавать им команды напрямую или считывать их мысли.
Такие опыты погубили нескольких существ, а нескольких свели с ума, и кроме этого никакого полезного результата не принесли.
Клетки мозга обмениваются информацией, вырабатывая электрический ток, и с помощью этого тока производят разные реакции — это заставило Линь усомниться: то ли клетки мозга управляют электрическим током, то ли сами управляются им... Эта взаимосвязь казалась весьма странной, напоминая вопрос о том, что было раньше — курица или яйцо.
Линь случайно наткнулась на этот вопрос в чужих мыслях. Линь не знала, что такое курица, но из этих мыслей узнала, что курица вылупляется из яйца, а яйцо, в свою очередь, откладывает курица. Взаимосвязь между клетками мозга и электрическим током была примерно такой же.
Это был вопрос, на который очень трудно найти ответ. Хотя Линь узнала ответ насчёт той самой курицы и яйца, ответа насчёт клеток мозга и электрического тока она не знала.
В любом случае, разобраться в мыслях других существ оказалось не так-то просто.
Кроме того, электричество можно было использовать для исследования окружающей обстановки: достаточно выпустить небольшой заряд, чтобы вокруг тела образовалось «электрическое поле», эффективно позволяющее ощущать окружающую среду — по эффективности оно не уступало другим органам чувств, а порой оказывалось даже удобнее.
Кроме того, электричество можно было использовать для дальней связи — достаточно было соорудить приёмник. Линь предполагала, что Мозговой Червь, возможно, управлял Пехотинцами с помощью электричества, но сейчас тот находился в спящем состоянии, и исследовать это было затруднительно.
По части изучения электричества пока это всё, что удалось выяснить. Линь пыталась найти и другие способы его применения.
Бегемот долетел до определённого места — в этом направлении Линь бывала уже много раз, и не ошиблась бы, даже отключив все органы чувств.
Бегемот снизился, спустился под слой облаков — и перед Линь предстал Лес Остроконечных Колонн, тот самый знакомый пейзаж.
Лес Остроконечных Колонн теперь тоже был покрыт белым сиянием снега, тот Мох больше не рос, а Ацтекские Жуки все попрятались под землёй — теперь они не появлялись ни днём, ни ночью.
Бегемот пролетел над Лесом Остроконечных Колонн, и перед Линь открылось белое море.
Замёрзло, значит.
Линь и раньше видела такое явление — оно даже вызвало какое-то ностальгическое чувство.
Бегемот опустился на лёд. Здесь лёд оказался не очень толстым — Бегемот лишь слегка надавил и разбил его.
Под слоем льда морская вода по-прежнему была чёрной. Хотя примеси внутри уже не казались Линь такими зловонными, как раньше, но лучше, чем прежде, всё равно не стало.
Не восстановилась, значит? Почему за такое долгое время эти примеси так и не исчезли?
Бегемот прижался всем телом к поверхности моря, и одновременно Линь начала выпускать бóльшую часть газа из тела Бегемота. По мере того как тело становилось тяжелее, огромная туша Бегемота медленно погружалась в море.
Линь вовсе не боялась этих ядовитых примесей, поскольку нынешняя фильтрационная система была весьма мощной, но раз в этом море не было живых существ, то и приходить сюда жить не имело никакого смысла — Линь не могла бы отфильтровать такую огромную массу воды, чтобы создать среду, пригодную для жизни большинства существ.
Бегемот полностью погрузился в море, и перед глазами Линь предстала тьма — мутное море, ощущение было такое, будто наступила ночь.
Откуда взялись эти примеси? Есть ли шанс, что они когда-нибудь рассеются?
Линь решила отправиться взглянуть на их источник — возможно, найдя источник, удастся найти и какое-нибудь решение.
С этой мыслью Бегемот медленно погружался всё глубже в морскую пучину.
Чем глубже, тем меньше становилось примесей вокруг — похоже, большинство из них было легче воды.
Когда Бегемот приблизился ко дну моря, вокруг уже почти не было примесей, но Линь всё же чувствовала, что в воде по-прежнему присутствует яд — просто примеси стали мельче, а вовсе не исчезли.
На дне моря в изобилии лежали останки: Бронтоскорпионы, Трилобиты, Акулы, Панцирницы, Дунклеостеи — все эти существа были хорошо знакомы Линь. В нынешнем море было мало кому разлагать эти тела, поэтому большинство останков сохраняло определённую целостность.
Линь выпустила несколько Собирателей, чтобы те поглотили эти останки и заодно посмотрели, какие существа здесь водятся — как бы ни была ядовита вода, наверняка тут остались хоть какие-то одноклеточные организмы.
Однако существо, обитающее здесь, оказалось несколько неожиданным для Линь.
Среди груды останков Линь заметила огромный силуэт, плывущий в этой куче — своими движениями он поднимал бесчисленное множество донного песка и осколков. Это гигантское существо с чрезвычайной скоростью приближалось к Бегемоту.
Туманный Червь... Этот экземпляр длиной в двадцать метров, хотя и не был самым крупным из своего вида, всё же казался весьма внушительным. Оказывается, они тоже могут жить в море?
Бегемот был заметно крупнее червя, но тот, похоже, полностью проигнорировал разницу в размерах и, извиваясь всем телом, устремился прямо на него!
Червь разинул огромную пасть и вцепился в кожный покров правой стороны тела Бегемота — его мощная хватка вырвала кусок кожи из тела Бегемота.
Так и есть, защита Бегемота всё же недостаточна.
Вместе с сорванным куском кожи разлетелось и множество клеток, но они быстро собрались вместе и поплыли обратно к ране Бегемота.
Какое всё же ностальгическое ощущение...
Когда войска Линь получали ранения на суше, разлетающаяся кровь и клетки в воздухе совершенно не могли двигаться — им оставалось только скапливаться в каплях крови и медленно умирать. Но в воде разлетевшиеся клетки могли свободно перемещаться, и Линь могла заставить их собраться вместе, чтобы быстро залечить рану.
Даже если войска Линь оказывались раздроблены в воде на куски, рассыпавшиеся клетки могли собраться в миниатюрный отряд и дать отпор врагу.
Можно сказать, что в воде войска Линь были более чем вдвое сильнее, чем на суше.
Впрочем, кожа Бегемота и правда оказалась довольно тонкой — так легко удалось вырвать из неё кусок мяса... И вот теперь, проглотив тот кусок мяса, Туманный Червь снова бросился в атаку.
Хоть кожа у него и тонковата, проиграть тут абсолютно невозможно.
Бегемот развернулся и навёл жерло на макушке головы прямо на Туманного Червя.
«Бум!» — огромная бомба вылетела вслед за звуком выстрела, и Туманный Червь как раз проглотил эту бомбу целиком...