«У-о-о-о-о-о!!!»
Это мир Пустотников. Под серым небом по улицам стремительно неслась огромная толпа существ.
Тела этих существ были сплошь белыми — если приглядеться, становилось видно, что этот белый слой на самом деле состоит из плотно переплетённых нитей. Именно из них и состояли эти существа.
За это их прозвали грибовиками.
Формы у них были самые разные, но среди них особо выделялся один тип — грибные Пустотники. Помимо внешнего облика, ничего от Пустотников в них уже не оставалось.
Все шесть конечностей они использовали только для передвижения, а благодаря тонким крючкам-шипам на лапах и руках могли прыгать и бегать по стенам зданий, а некоторые даже раскачивались, цепляясь клейкими нитями грибницы, — совсем как «герои» со сверхспособностями из пустотнических фильмов.
Теперь же эти «герои» встали на сторону врагов Пустотников, и число их могло достигать десятков миллионов, а то и больше. Их мозги уже целиком заполнила грибница, и единственной мыслью было — как убить обычных Пустотников и превратить их в часть себя.
Чтобы справиться с такой огромной толпой «героев», Генералу пришлось нажать ту самую кнопку запуска.
И вот теперь эта толпа грибных Пустотников увидела эту картину.
На сером горизонте вдалеке… вспыхнул огонь.
Мчащиеся грибные Пустотники невольно замерли на мгновение, остановившись и глядя в небо: та огненная точка приближалась всё быстрее, пока не пронеслась прямо над их головами, устремившись к плотной, неисчислимой массе грибовиков позади.
«Ба-бах—»
Звук взрыва был слышен даже за тысячи километров.
А грибовики в непосредственной близости от взрыва в одно мгновение обратились в пепел.
Огромный огненный шар вспыхнул в небе, и невероятная ударная волна в мгновение ока разорвала небоскрёбы, будто гнилую солому. На содрогающейся земле резко взметнулся столб дыма, высотой затмевающий горы…
«Исчезли…»
Генерал, находившийся вдали, не видел этой сцены воочию, но на экране, где отображалась картина, он увидел, как красные точки, прежде плотно усеивавшие весь город, в этот миг разом рассеялись.
Изначально он не хотел применять это оружие.
Хотя огромная ударная волна и обладала устрашающей мощью, она разносила грибную пыль ещё дальше, но теперь распространение грибной пыли уже не имело значения.
Генералу нужно было лишь рассчитать место взрыва и следить, чтобы грибная пыль не понесло в его сторону — задача не из сложных, тем более что в том городе уже не осталось населения. Так что взрывать можно было без ограничений.
Что касается подземных уровней… верхние слои, близкие к поверхности, возможно, пострадают заметно, но в целом проблем быть не должно.
Размышляя об этом, Генерал следил за изображением.
Как он и предполагал, все грибовики из соседних городов, стекавшиеся сюда, были уничтожены. Опоздай он чуть-чуть — и они добрались бы до места, которое взрывать нельзя.
А это создало бы немало хлопот…
«Что это такое?» — но, глядя на изображение, Генерал вдруг заметил, что одна из картин по-прежнему усеяна плотными… красными точками.
В других районах грибовики были полностью уничтожены, но здесь их по-прежнему было великое множество — сюда, судя по всему, вообще не попал ни один удар.
Но ведь Генерал направил ракеты во все районы без исключения, пропуска быть не могло, к тому же этими ракетами невозможно было управлять дистанционно.
«Неужели ракет… было на одну меньше?»
Генерал обнаружил, что у всех прочих ракет есть записи полёта, и лишь у ракеты, направленной сюда, никакой записи не было. Только запись самого запуска.
Похоже, эта ракета исчезла сразу после старта. Куда же она пропала?
…Тем временем, в другом месте, в далёкой пустоте…
«Он впрыскивает туда вирус!»
На космической станции под названием «Пляж Сигма». Пустотники в пункте управления станции в ужасе смотрели на экран: огромный куб прилип к их станции и непрерывно выпускал внутрь неё чудовищные облака пыли.
Впрочем, это продолжалось недолго.
Потому что неподалёку, в пустоте, внезапно появилась ракета — и эта ракета устремилась прямо к кубу…
Следом в пустоте расцвёл ослепительный огненный шар.
Он целиком поглотил куб. В то же время яростная вспышка задела и саму станцию — она вся сильно затряслась. Но не разлетелась на куски.
Хотя ракета была того же типа, что и на поверхности планеты, взрыв здесь оказался далеко не такой мощный. Огненный шар был значительно меньше, да и такой сокрушительной ударной волны не возникло.
Причина в том, что в пустоте не было ни земли, ни неба, которые бы содрогнулись от взрыва, а вместе с ещё некоторыми факторами это сделало его силу здесь намного слабее, чем на поверхности.
Но и этого хватило, чтобы нанести довольно значительный урон: когда вспышка взрыва угасла, огромного куба уже не было, а «Пляж Сигма» по-прежнему висел в пустоте.
Правда, теперь он выглядел так, будто от огромного фрукта откусили кусок — в «теле» станции зияла большая брешь, и в месте взрыва можно было разглядеть внутреннюю слоистую структуру помещений, а также бесчисленные предметы, разлетающиеся наружу.
Ледяной синий шар мгновенно появился рядом с разрушенной станцией.
Это был тот самый ледяной шар, который Пустотники считали уничтоженным, а на самом деле у него была сбита лишь часть внешней оболочки — потому что в одном и том же месте нельзя слишком часто повторять телепортацию, иначе она становится всё труднее и труднее.
Поэтому в тот момент, когда атака застала его врасплох, ледяной шар уклонился чуть медленнее, чем обычно, но серьёзного вреда это не причинило.
Теперь он смотрел на «Пляж Сигма» — хотя куб был уничтожен, здесь оставалось ещё немало проблем.
Внутри станции всё уже погрузилось в полную панику: ещё живые жители в ужасе кричали и метались, пытаясь добраться до ближайшего лётного терминала, чтобы покинуть это место.
Они непрерывно теснили и толкали друг друга — всё это время они с азартом наблюдали за катастрофой на Мать-Шаре, будто за зрелищем, и вот теперь наконец-то сами испытали, каково это — оказаться в беде.
«Здесь… большая часть систем управления вышла из строя! Что нам делать?!» Центр управления был самым безопасным местом на станции, и потому, разумеется, уцелел, но Пустотники, отвечавшие здесь за управление, были напуганы ничуть не меньше, чем толпа снаружи.
Они лихорадочно манипулировали изображениями на экранах, пытаясь хоть как-то успокоить обстановку на станции, но повреждения были столь тяжёлыми, что это было заведомо невозможно.
В конце концов они поняли, что способны защитить лишь несколько отдельных участков, и, столкнувшись с таким тупиком, решили обратиться за помощью к тому самому знаменитому Командиру.
«…Командир?» Но когда они попытались найти его, чтобы получить указания, оказалось, что фигуры Командира уже нигде нет.
«Кто бы мог подумать, что такое вообще произойдёт!»
В это время постаревший Командир уже облачился в доспехи и быстрым шагом шёл по коридорам станции, разглядывая карту, отображавшуюся в шлеме, направляясь к ближайшей лётной зоне.
«Что дальше делать?» — сейчас он вёл себя точь-в-точь как все Одержимые Пустотники, беспрестанно бормоча себе под нос.
«Понял. Попробовать активировать ещё больше скрытых кубов? Но я боюсь, что этот ледяной шар их обнаружит. Что? Сначала… притвориться беглецом среди мирных жителей, потом… хорошо, понял».
В отличие от прочих жителей, Разум-дух в его голове говорил не напрямую его устами, поэтому со стороны это бормотание себе под нос выглядело так, будто он ведёт переговоры по связи.
Так его труднее было заметить.
«Чёрт возьми! Быстро прочь с дороги! Дайте мне пройти!» «Не толпитесь! Встаньте в очередь! Мы не можем протиснуться туда все разом!» «Прочь! Какая ещё очередь! Быстро пропустите меня! Да я вообще-то директор той компании!» «Я тоже директор!» «Все прочь, вы вообще знаете, что я знаком с генералом Гугуа?!»
Шаги Командира замерли — перед ним был один из залов ожидания этой станции.
В просторном зале стояло множество кресел, но никто из этих Пустотников теперь и не думал послушно сидеть и ждать вылета — все они сгрудились у круглых входов в дальнем конце зала.
У стены в дальнем конце зала выстроился ряд входов, за каждым из которых находился летательный аппарат, готовый унести отсюда прочь, — но все входы сейчас были плотно закрыты, а на них высветилось предупреждение: «Вход слишком переполнен, ситуация опасна, открытие невозможно».
Эти входы могли открыться, только если жители выстраивались в очередь по одному; если внутри «линии безопасности» у входа оказывалось сразу несколько особей, открыть его становилось невозможно.
Здешние Пустотники прекрасно об этом знали, но ни один из них не желал послушно вставать в очередь — все пытались вытолкнуть остальных за пределы линии безопасности.
«Эти болваны, как всегда, не меняются». Командир протянул руку и нажал на броню на своей ноге — та тут же открылась, и в его руку выпал шарообразный предмет; тотчас же он метнул этот шар в толпу, толкающуюся у входа в зал.
«Ба-бах—!»
Плоть и кровь брызнули во все стороны, конечности разлетелись.
Командир вытер кровь, забрызгавшую его шлем, и неспешным шагом двинулся вперёд; дойдя до входа, он оттолкнул ногой останки своих же соплеменников за пределы линии безопасности.
Затем он несколько раз ткнул под дверью — тотчас же на ней высветилось сообщение «проход разрешён», и она медленно открылась.
«Да, знаю. Как выберемся, сначала полетим в сторону района 52, а потом…»
Разговаривая с существом в собственной голове, он шёл по коридору и, пройдя ещё одну дверь, оказался в просторном пассажирском салоне летательного аппарата.
Этот аппарат предназначался для экскурсионных полётов — стенки салона были прозрачными. Командир прошёл через салон в кабину пилота и, введя на двери несколько кодов, вошёл внутрь.
«Давненько я не управлял такой штукой». Командир несколько раз нажал на панели управления — тотчас же вся кабина озарилась светом, — и после этого он сел в кресло.
«Знаю, нужно как следует изобразить бегство, поэтому дальше я сделаю именно так». С этими словами он нажал кнопку запуска.
«Не все пассажиры в салоне готовы к вылету, взлёт невозможен», — внезапно раздался предупреждающий сигнал.