Бегемот в этот момент летел над грибными джунглями, и пока Бактериофаг распространялся по острову, он готовился провести наблюдение за всем островом.
Однако некий звук прервал действия Бегемота.
Грибные джунгли под Бегемотом непрерывно колыхались — это был звук движения бесчисленных существ, Бегемот видел, как множество тварей перемещаются среди деревьев.
Оказывается, только что пробудившиеся существа не были полностью выжжены — весьма значительное их количество выбралось на поверхность земли, и все они были... летающими существами!
Внезапно из джунглей вылетело бесчисленное множество грибных выродков, устремившихся прямо в небо к Бегемоту — эта стая существ была крайне многочисленна, но размером они были невелики, все мелкие членистоногие не больше тридцати сантиметров.
Когда эта стая грибных выродков разом вылетела из джунглей, она обрушилась на Бегемота словно фиолетовое цунами — даже обладая огромным телом, Бегемот в одно мгновение оказался полностью окружён этими существами.
Линь чувствовала, как они непрестанно грызут кожный покров Бегемота, но поскольку кожа Бегемота была слишком толстой, прогрызть её они не могли, однако они всё равно продолжали пытаться, стараясь пробраться в дыхательные поры или реактивные сопла Бегемота — Бегемот запечатал эти участки, так что на внешней шкуре не осталось ни единого отверстия. Крылья этой стаи членистоногих при трепетании рассыпали огромное количество грибной пыли, и пока они летали в воздухе, пыль сыпалась подобно песку, образуя на коже Бегемота толстый липкий слой.
Слой грибной пыли на теле Бегемота начал разрастаться — это были чрезвычайно едкие грибы, и Линь заметила, что некоторые грибные выродки начали убивать друг друга прямо на спине Бегемота: они не сходили с ума — просто их тела становились питательной средой для грибка, а гриб, поглощая эти питательные вещества, начинал бешено разрастаться, пронзая кожный покров Бегемота острой, как игла, грибницей.
Как же поступить, столкнувшись с подобной атакой?..
Наверное, лучше оставаться неподвижным.
Хотя внешне казалось, будто Бегемот просто неподвижно висит в воздухе, внутри его тела шла бурная работа — Линь могла начать эксперимент: использовать многоклеточные боевые единицы вместо иммунных клеток.
На самом деле это было начато уже давно: с помощью многоклеточной защиты можно легко пожирать огромное количество бактерий. Но по-настоящему сильной эту защиту можно будет назвать лишь в том случае, если она сможет справиться с вторжением Чумного Грибка.
Бегемот выпустил в свои кровеносные сосуды огромное количество боевых единиц, называемых иммунитами — они могли самостоятельно передвигаться по сосудам, внешне напоминая существ паукообразного типа, но обладали десятью членистыми конечностями, на конце каждой из которых были крошечные острые клешни. Они могли разрывать грибную грибницу на мелкие кусочки, шаг за шагом.
Когда огромное количество грибницы пронизывало кожный покров Бегемота и проникало в подкожные структуры, она начинала выделять Растворяющую Жидкость, и в этот момент иммуниты тут же собирались в соответствующем месте и выделяли особую жидкость, нейтрализующую Растворяющую Жидкость прежде, чем та повредит клетки.
Это была война внутри тела.
Огромное количество иммунитов бродило среди плоти под кожей Бегемота, разбираясь с бесчисленной грибницей, проникавшей внутрь через кожу — её разрывали клешнями на концах конечностей иммунитов, а затем поглощали и разлагали; и Линь при помощи другой боевой единицы — "переносчиков крови" — доставляла эти питательные вещества обратно, чтобы Бегемот мог их усвоить.
Это огромное количество вторгающейся грибницы для Бегемота, по сути, можно было считать пищей — скорость обороны иммунитов вполне поспевала за скоростью вторжения грибницы, ведь на самом деле пробраться сквозь плотный кожный покров Бегемота было уже само по себе непросто. И далеко не в каждой точке можно было проколоть кожу — иммуниты легко находили каждую проникшую в кожу грибницу и разлагали её.
После того как эта война продолжалась уже несколько тысяч секунд, иммуниты разложили бесчисленное количество грибницы, а раны, изначально пробитые ими, быстро затягивались более прочным кожным покровом; грибной пыли на теле Бегемота становилось всё меньше, а некоторые иммуниты даже выбирались наружу через пробитые раны, чтобы там пожирать ещё больше грибной пыли.
А всё это огромное количество питательных веществ переправлялось в центр Бегемота для переработки и хранения...
Снаружи, вокруг тела Бегемота, огромная стая грибных выродков продолжала непрерывно кружить в воздухе. Похоже, они всё ещё не знали, что эта крохотная битва изменила свой ход — видимо, гриб способен быстро реагировать лишь на то, что видят его глаза, а этих микроскопических сражений грибные звери разглядеть не могли, так что и грибок не мог воспользоваться их разумом.
Что ж, выходит, недостатков тоже хватает: хотя способность управлять другими существами кажется весьма мощной, всё равно остаётся немало проблем.
Разобравшись со вторгшейся внутрь грибной пылью и поглотив достаточно питательных веществ, Бегемот принялся медленно открывать жерло орудия.
Увидев открывшееся жерло, огромная толпа грибных выродков тут же ринулась к нему, но встретил их огненный столб.
Под хлынувшим пламенем в мгновение ока выгорели все грибные выродки, забившие жерло, — их пепел, подхваченный лёгким ветерком, развеялся без следа...
Теперь Чумной Грибок, похоже, наконец осознал проблему: он обнаружил, что Бегемот совершенно невредим и к тому же способен наносить ответный удар — все грибные выродки тотчас же бросились наутёк, растворившись в далёком небе.
Оказывается, отступать они всё же умеют.
Но... что это такое?
В том направлении, куда бежали членистоногие грибные выродки, появился огромный, невероятных размеров силуэт, и он становился всё ближе...
У этого силуэта была пара огромных крыльев и четыре мощные, толстые конечности, а огромные когти на концах конечностей, казалось, подтверждали его личность.
Это был Летающий Дракон!
Этот Летающий Дракон не был полностью покрыт грибком, хотя к нему всё же прилипло немало грибницы — похоже, драконов, подчинённых Чумным Грибком, было не меньше двух. Этот дракон, возможно, достигал пятнадцати метров в длину, и хотя неясно, был ли это предел его размера, этого было уже вполне достаточно; но, вероятно, из-за того, что его слишком долго держали взаперти, у него проявилось "истощение" — его тело выглядело весьма... худым, будто плоти почти не осталось, и кожа облегала костяк, на его крыльях появилось множество разрывов и шрамов, а на спине гриб образовал несколько мешковидных наростов, похоже, помогающих ему летать.
"У-у-у-у!!" — с громким рёвом эта огромная тень внезапно резко взмахнула обеими крыльями и бросилась прямо на Бегемота, одновременно вонзив когти передних лап в его кожный покров, прочертив на нём шесть борозд — острые когти проникли достаточно глубоко, чтобы достать до кровеносных сосудов Бегемота, и кровь хлынула из ран.
Пусть и истощённый, а силы у него всё же хватает.
В этот момент горло дракона начало раздуваться, и в тот миг, когда он раскрыл пасть, одновременно взмахнув крыльями и взмыв в воздух, огромная масса грибной пыли обрушилась прямо на раны Бегемота.
Огромное количество иммунитов тотчас же по сосудам ринулось к ранам, а Бегемот в этот момент выпустил два щупальца, обвившиеся вокруг хвоста дракона.
Хотя щупальца Бегемота использовались лишь как орудийные стволы, на них было также немало мышц — дракон непрестанно бил крыльями, но вырваться никак не мог: щупальце Бегемота, обхватившее хвост дракона, резко напряглось и с силой швырнуло дракона вниз, в джунгли под ним.
Под действием огромной силы дракон с рёвом рухнул в джунгли, и под грохот удара он повалился среди груды поломанных грибных деревьев.
А дракон, похоже, ещё сохранял силы — он непрерывно бился, пытаясь подняться на ноги, но в этот момент перед ним упала разрывная бомба...