Линь внимательно осмотрела эту окаменевшую шляпку гриба, складки под шляпкой и следы на ножке были очень отчётливыми, всё это выглядело совсем не как окаменелость, а скорее как гриб, который сам затвердел и опустился на дно в этом месте.
Линь через птерозавра несколько раз ткнула в этот затвердевший гриб, структура оказалась очень хрупкой, от лёгкого касания на нём тут же появилось несколько трещин, из трещин повалило множество пузырьков, и трещины вместе с этими пузырьками стали расширяться, пока в конце концов весь гриб постепенно не рассыпался.
Странное ощущение... как этот гриб вообще мог оказаться здесь? Теперь, после долгой войны с Чумным Грибком, стоило Линь увидеть гриб, как в голове тут же всплывали образы тех чумных чудовищ.
Разумеется, грибов бывает много видов, не всякий гриб похож на ту чуму, хотя этот здешний тоже был довольно странным.
Линь заставила птерозавра продолжить копать пастью в воде. В этом сильно засоленном озере обитало очень много Пушков — они рылись в белёсо-серых илистых наносах на дне, набирали в рот большое количество песка и всплывали к поверхности, чтобы там его проглотить. Линь обнаружила, что здесь водится некая древняя галофильная бактерия, и, по всей видимости, Пушки как раз питались этими бактериями.
Правда, подобные бактерии обычно сильно ядовиты, и количество их не так уж велико, так что у Пушков наверняка есть и другие источники пищи.
Копаясь в озёрном песке, Линь снова обнаружила окаменелость гриба. Пока Линь копала, окаменелость треснула, и тут же из неё повалило множество пузырьков — точь-в-точь как в прошлый раз... вместе с пузырьками вся окаменелость рассыпалась на куски.
Похоже, внутри всех этих грибов содержится большое количество воздуха, и нужно быть осторожнее, чтобы их не раскрошить.
Затем Линь продолжила копать на дне озера, но тут снаружи вдруг раздался крик Так. Линь видела отсюда, что он всё время смотрит на дно озера — похоже, оттого что птерозавр слишком долго пробыл здесь, у него появилось чувство «беспокойства».
Раз так, Линь сперва подняла птерозавра на поверхность воды и вывела его на берег озера — стоит заметить, строение летающих существ тоже неплохо подходит для передвижения в воде.
Затем Линь велела Так достать мешок. Так почувствовал недоумение, но всё же выполнил приказ, и Линь просунула пасть птерозавра в мешок, выплюнув туда целую порцию воды.
— Вода. Пей.
Видя это, Так растерялся ещё сильнее. Он взял мешок и отпил глоток.
Линь почувствовала, что в тот самый момент, когда вода попала внутрь, всё тело Так охватило волнение! Он опустил мешок и принялся танцевать перед птерозавром Линь.
Та вода была очищена Линь, в ней не было ни бактерий, ни каких-либо токсинов, она была совершенно прозрачной, и, наверное, у него возникло ощущение «очень вкусно». Впрочем, не стоило бы так волноваться — от такого танца он быстро израсходует всю воду, которую только что выпил.
— Стоп.
От голоса Линь Так остановился, но вид у него всё ещё был очень взволнованный.
Линь не обратила на него внимания и снова прыгнула в озеро, чтобы копать те окаменелости. Под белым песком на дне озера птерозавр Линь выкопал ещё больше окаменелых грибов.
На этот раз Линь сделала ещё больше открытий: они действительно словно сами затвердели и в огромном количестве скопились на дне озера. И внутри все они были наполнены воздухом, все грибы были примерно одного размера и одинаковой формы, что доказывало — все они принадлежат к одному виду.
Почему же здесь оказалось так много грибов? Они были погребены под этой солёной пустыней. Кстати, в прежних джунглях Линь уже видела кое-каких грибообразных существ, но ни одно из них не вырастало настолько большим — из-за Чумного Грибка. Поэтому эти странные окаменелые грибы особенно заинтересовали Линь.
Впрочем, кругом здесь была одна соль, а Чумной Грибок не способен жить в подобной среде.
Кстати, на далёком острове Чумной Грибок уже начал в массовом порядке саморазрушаться — каждый гриб, каждая грибница, — лишь бы остановить дальнейшее размножение Бактериофагов. А Линь по-прежнему могла черпать питательные вещества из океана и солнечного света, продолжая наращивать свои войска; война всё так же медленно продолжалась, и Линь размышляла, не отправить ли туда подкрепление.
Пасть птерозавра не годилась для слишком глубокого копания, к тому же здесь не хватало пищи, чтобы изменить телосложение. Линь отвела птерозавра обратно на берег. Так всё это время оставался взволнованным, и, увидев, что Линь выбралась наружу, радостно вскрикнул: «О!»
«Гу-у-ум...» — острые выступы на потолке пещеры от этого крика тут же слегка задрожали.
Он и правда забавный, но слишком легко перевозбуждается.
Линь понаблюдала за стаей Скелетных Драконов наверху — поскольку один из паразитических юнитов Линь поселился в теле одного из детёнышей, она могла отслеживать их местоположение. Похоже, стая всё ещё кружила вокруг того места, где упали Так и птерозавр, и не собиралась уходить.
Возможно, они пытались придумать, как их спасти, но то место было слишком высоко отсюда — придётся самим искать дорогу и выбираться наружу.
Снаружи уже наступила ночь, так что стоит немного отдохнуть здесь, а завтра двигаться дальше.
Линь дала Так понять, что пора отдыхать. Так тоже понемногу успокоился и уже не был так взволнован — он тихонько вскрикнул «о!», выражая согласие.
Многие существа предпочитают спать днём и выходить ночью, но Скелетные Драконы — наоборот: они скорее боятся темноты и любят солнечный свет, что довольно редко встречается у хищников.
Линь решила уснуть в панцире одной Гигантской сухопутной черепахи у озера — внутри выглядело безопасно, здесь как будто не было хищников, но Линь подумала, что могут появиться какие-нибудь крупные черви.
Птерозавр сначала протиснулся внутрь через переднюю часть панциря, и в тот момент, когда свет осветил внутренность панциря, Линь увидела, что внутри кишмя кишат бесчисленные пушистые белые существа — оказалось, это гнездо Пушков, и кроме взрослых особей там было ещё очень много детёнышей.
В тот же миг все Пушки бросились врассыпную и выбежали наружу; спустя десяток секунд эти тысячи Пушков разбежались подчистую, оставив после себя пустой, покрытый пухом панцирь.
Линь обнаружила, что внутри совершенно не было никакого неприятного запаха — похоже, Пушки довольно трудолюбивые существа, которые убирают из гнезда все виды производимых ими отходов.
— Гха, — на этот раз Линь позвала Так внутрь панциря.
Так, похоже, уже сильно устал от всех этих событий — он улёгся на пушистый ковёр внутри панциря и, всё ещё немного взволнованный, погрузился в глубокий сон. Пространство внутри оказалось довольно просторным, и двум существам там совсем не было тесно.
Линь постепенно приглушила свет птерозавра... глядя на мерцающее в свете лицо Так, Линь невольно вспомнила сцену, как его стая была уничтожена гигантскими варанами.
Кстати говоря, это ведь устроила Линь, хотя он об этом не знает — напротив, он воспринимает птерозавра Линь как что-то очень особенное... по правде говоря, Линь и сама не знала, чем именно они его считают, похоже, чем-то вроде симбиотического вида.
Как же в будущем будут эволюционировать эти существа? Чем их развитие интеллекта будет отличаться от развития разделяющихся по функциям существ вроде Роя Инков? В любом случае, наверное, будет очень интересно — эти существа отлично умеют учиться, они могут...
Точно, отлично умеют учиться...
Линь незачем медленно наблюдать за их эволюцией со стороны — можно воспользоваться их способностью к обучению, чтобы научить их разным вещам, и тогда они наверняка станут эволюционировать быстрее!
Что ж, начнём с Так.