Расколотые Кувыркуном материковые плиты… теперь были сплошь усеяны трупами.
Среди останков бродили какие-то существа — среди них были и самые древние, те, что активировались лишь раз в несколько сотен лет Эрш.
Будучи чрезвычайно древними созданиями, они всё же ухитрились выжить.
Конечно, благодаря Вечному Свету им больше не приходилось ждать сотни лет, чтобы проявить активность, но из-за того, что они теперь находились в состоянии непрерывной деятельности, их жизненный срок стал очень коротким.
Были и другие существа, для которых это бедствие… не значило ничего особенного.
Они просто бесцельно бродили, растерянные, и при этом продолжали жить своей обычной жизнью.
Немногочисленные цивилизованные существа тоже выжили, но их осталось так мало, и они никак не могли произвести потомство, поэтому восстановить цивилизацию уже не получалось.
Гранулят обнаружил, что с тех пор, как взорвался «Вечный Свет», он больше ни разу не видел рождения нового существа.
На этих материковых плитах существа так и оставались теми же самыми — с каждой смертью их становилось на одного меньше.
А Вечный Свет удивительным образом продолжал сохранять свой эффект. Изначально, по расчётам цивилизованных существ, он должен был действовать лишь ограниченное время, а после этого здешние места вновь погрузились бы в Недвижность.
Но сейчас материковые плиты уже долгое время оставались в полностью активном состоянии — по наблюдениям Гранулята, это продолжалось около десяти лет Эрш.
На первый взгляд это не кажется чем-то долгим, но на самом деле здешние существа, если бы находились в условиях чистой активности, не жили бы так долго. Большинство из них умирали одно за другим.
Но крайне немногие всё же уцелели, в том числе одно цивилизованное существо.
Оно обнаружило… что оказывается, и в состоянии активности возможно рождение новых существ.
Огромное количество трупов, останков… пришло в движение.
Точнее говоря, они росли — точно так же, как раньше различные существа выращивали новых сородичей: внутренности и материалы помещали в подходящую оболочку, а затем эта оболочка оказывалась в активном пространстве, и тогда она начинала расти, превращаясь в новое существо.
Сам процесс роста был довольно занятным: эти внутренности самостоятельно срастались друг с другом и начинали отращивать недостающие структуры… а во время роста они ещё и создавали иммунные войска, чтобы противостоять атакам микробов.
Если сравнивать с клеточными существами, это чем-то напоминало прививание растений друг к другу для совместного роста.
Обычно для выращивания одного существа большая часть внутренностей должна была происходить от одного и того же существа — допускалось лишь небольшое количество примешанных внутренностей других существ, а также немного других материалов.
При этом именно эти небольшие добавочные материалы сильно влияли на то, каким получится выращенное существо.
А то, что происходило сейчас, Гранулят видел впервые.
Большинство останков пришли в движение так же, как это бывает при выращивании: они срастались друг с другом и начинали медленно расти.
И эти трупы действительно вели себя как растения — из них вырастало огромное количество «корней», тянувшихся вглубь земли, словно те хотели куда-то туда пробраться и что-то сделать.
На каждой материковой плите происходило одно и то же… все трупы соединялись друг с другом, сливаясь воедино.
Они перестали быть похожи на трупы, а стали напоминать кожу, покрывающую поверхность земли, — медленно шевелящуюся.
При этом они ещё и протягивали огромные корни к соседним материковым плитам — эти корни сталкивались друг с другом и соединяли все плиты вместе.
Наконец, существо, состоящее из бесчисленных трупов… вот так и сформировалось. Шесть.
Гранулят по-прежнему не понимал, почему это вообще произошло, — почему безжизненные трупы вдруг начали расти.
Оно выглядело как гигантское существо, образованное множеством соединённых друг с другом материковых плит.
Это явление сильно поразило то самое ещё живое цивилизованное существо, что обитало здесь.
И тогда… оно начало собственный эксперимент.
Эти цивилизованные существа всегда были уверены, что полностью понимают процесс формирования живых организмов, и считали, что вне состояния Недвижности вырастить какое-либо существо невозможно.
Но нынешнее масштабное явление роста… зажгло в нём надежду.
И вот,
оно начало пытаться выращивать существ, используя всевозможные найденные материалы, включая собственные внутренности, — оно хотело создать себе подобных, чтобы возродить свой род. Но у него ничего не получалось: как бы оно ни собирало эти материалы, никакой реакции не следовало.
Даже теперь, когда микробы больше не разъедали эти материалы, ничего не менялось… у него не было никакого способа справиться с этим.
Даже это цивилизованное существо, столь хорошо разбиравшееся в процессе выращивания, не могло понять происходящее. Оно попыталось создать множество оболочек… и заполнило их материалами, но раз они совершенно не подавали признаков активности, в конце концов ему пришлось сдаться.
Но вскоре оно обнаружило кое-что странное.
Поверхность земли снаружи стала выглядеть почти живой — из неё то и дело вытягивались разного рода «корневые» структуры.
Они не только зарывались вглубь земли, но и тянулись вверх, однако обычно, вытянувшись немного вверх, тут же втягивались обратно — возможно, они чувствовали, что наверху ничего нет.
Но на этот раз всё было иначе: цивилизованное существо заметило, что некоторые корни тянутся к тем самым брошенным им оболочкам и проникают внутрь них.
А затем эти оболочки начали двигаться.
Внутренности, изначально совершенно безжизненные, ожили — корни соединили их воедино и наполнили жизненной силой.
Эти оболочки изначально были сконструированы цивилизованным существом по образу и подобию самого себя, и когда они пришли в движение, их внешний облик не изменился, но… поведение стало совершенно иным.
Цивилизованное существо попыталось вступить с ними в контакт — они никак не реагировали, эти оболочки лишь быстро собрались в одном месте и начали бездумно замирать.
Да… они вообще ничего не делали, даже когда цивилизованное существо бросало в них камни, они никак не реагировали.
Позже цивилизованное существо снова попробовало — и обнаружило, что всё, что оно создавало само, оставалось безжизненным, но стоило корням «прикоснуться» к этому, как оно начинало двигаться.
Но и они, подвигавшись совсем недолго, снова впадали в состояние оцепенения и переставали что-либо делать.
Цивилизованное существо… никак не могло понять, что происходит.
Оно пыталось изучить разницу между оболочками, созданными им самим, и теми, что пришли в движение, пробовало добавлять разные материалы или же прямо срезать выросшие корни и использовать их как материал, — но ничего не помогало.
То, что оно создавало само, совершенно не двигалось.
В конце концов это цивилизованное существо сдалось.
Оно перестало пытаться что-либо создавать и целыми днями просто сидело рядом с этими оцепеневшими оболочками, выглядевшими точь-в-точь как оно само.
Оно всё время… разговаривало с этими оболочками.
Как это свойственно одиноким разумным существам, оно относилось к этим оболочкам как к своим сородичам — беседовало с ними, рассказывало обо всём подряд: об истории своего рода, о былых войнах, о том, как использовался Вечный Свет.
Оно также упомянуло, что их раса записала всю свою историю где-то в определённом месте, но, увы, теперь уже не осталось потомков, способных это увидеть.
И когда оно договорило, вся эта группа доселе неподвижных оболочек вдруг пришла в движение.