Почему же Песчаный Автобус явился сюда? Почему Ацтекский Жук вдруг решил напасть на Майю?
Это трудно было угадать. Линь предполагала, что вряд ли дело в мести за события, случившиеся неизвестно сколько лет назад.
Этот Песчаный Автобус был не тем, которого Линь обнаружила первым, — тот всё это время оставался на острове и никуда не двигался. На самом деле, при нынешнем образе жизни Ацтекских Жуков вырастить хотя бы одного Песчаного Автобуса было совсем не просто, и вот его так бездумно потратили впустую.
Сейчас оставалось ещё много непонятного, но Мозгового Червя это ничуть не заботило.
«Тук-тук-тук, тра-та-та, битва выиграна, кувырок, лететь к луне».
Мозговой Червь напевал песенку и одновременно командовал Пехотинцами внутри воздушного судна, — поскольку паруса были разрушены, требовалось соорудить новые.
Впрочем, Мозговой Червь уже отказался от прежнего способа полёта с тремя парусами и сделал четыре паруса, выведя их по бокам судна через отверстия, чтобы Пехотинцы внутри вращали деревянные столбы, заставляя паруса двигаться в воздухе подобно крыльям стрекозы.
Такая схема оказалась эффективнее и меньше зависела от направления ветра. Мозговой Червь выбрал наиболее близкий к идеалу вариант, и теперь судно могло двигаться в воздухе быстрее.
Хотя, по мнению Линь, всё равно очень медленно…
«Вперёд, вперёд».
По команде Мозгового Червя Пехотинцы внутри воздушного судна начали управлять движением парусов: множество Пехотинцев на полу и подвешенных под потолком согласованно двигали выдвинутые из корпуса «паруса», как крылья, приводя в движение огромное судно вперёд.
Направление, в котором двигался Мозговой Червь, по-прежнему было южным — в сторону пустыни.
Глядя, как воздушное судно медленно удаляется в лунном свете, Линь подумала, что на этот раз Мозговой Червь многому научился и, вероятно, больше не станет выбираться наружу судна, — но вот избавиться от подобного характера ему вряд ли удастся.
Впрочем, как бы то ни было, столкнувшись с опасностью, он, наверное, справится.
У Линь сейчас были и другие дела.
Один организм в этот момент летел над пустыней, направляясь к океану. Линь хотела посмотреть, что творится в океане, и как Луна повлияла на море. Заставит ли она и морские камни взлететь?
Существом, используемым для разведки, был Левиафан — теперь он уже сменил панцирь на способный выдерживать давление глубоководных вод и стремительно летел над пустыней. Скоро он должен был достичь океана.
В воздухе над пустыней повсюду плавали песчинки, похожие на звёздную пыль. Крупных камней встречалось мало, и уж тем более не было тех «островов», что встречались в джунглях, — ведь острова образовались из-за того, что корни Скрюченных Деревьев связали всю землю воедино, тогда как в пустыне камни при подъёме по большей части раскалывались.
Впереди Линь снова увидела знакомую картину… Лес Остроконечных Колонн.
Эти «джунгли», куда Линь впервые высадилась, теперь, когда Ацтекские Жуки перестали их засаживать и покинули местность, подверглись нашествию песчаных бурь. Каждая колонна покрылась трещинами от высыхания и слоем песчаной пыли, а земля тоже была засыпана толстым слоем песка.
Этот регион уже мёртв, но, возможно, ещё есть шанс его спасти.
Левиафан пролетел над Лесом Остроконечных Колонн и сбросил в более глубокой его части несколько семян Скрюченных Деревьев — там земля была в основном глинистой, и эрозия от песка была не такой сильной.
Приживутся они или нет — это уже зависит от них самих.
Теперь Левиафан достиг воздушного пространства над прибрежными скалами, где повсюду были разбросаны существа, принесённые цунами, — впрочем, почти все они уже превратились в высохшие скелеты и панцири, и даже запах гнили давно рассеялся без следа.
Возможно, со временем они превратятся в окаменелости, и однажды их выкопают такие любители ископаемых, как Рой Инков, дав им шанс когда-нибудь возродиться.
Левиафан пролетел над обрывом, и когда перед Линь показалось море, она тут же заметила одну странность.
Уровень воды словно бы поднялся.
Раньше обрыв должен был возвышаться над уровнем моря более чем на пятьдесят метров, а теперь — только на двадцать с небольшим. Отчего же он стал выше? Связано ли это с Луной? Впрочем, вряд ли в воде содержится Поющий камень.
Если морская вода поднимется, это может затопить окрестные земли, но Линь не думала, что вода дойдёт до пустыни, — ведь та сторона постепенно повышается по рельефу.
В лунном свете морская вода отливала глубоким синим сиянием. Казалось, содержащийся в ней яд уже не такой сильный, а над всей поверхностью моря, куда ни глянь, плавало множество камней. Похоже, это место тоже испытало влияние Луны, только камни здесь взлетели не так высоко, как ощущала Линь…
Самые высоко взлетевшие камни в Скрюченных Джунглях поднялись примерно на триста метров — это, вероятно, сильно связано с содержанием Поющего камня.
Левиафан ринулся в морскую воду, и от осязательных обонятельных щупалец Линь снова уловила тот зловонный запах яда, но уже не такой резкий.
Левиафан поглотил немного воды для разложения, и Линь обнаружила, что содержание ядовитых веществ в ней стало намного меньше. В такой среде уже могли бы жить кое-какие организмы, но неизвестно, не вымерли ли все обитатели полностью, — в таком случае придётся взять кого-то из морской воды Кратера Инков и поселить здесь.
Ночной океан по-прежнему был окутан тьмой; Левиафан выдвинул светящиеся щупальца и продолжил двигаться в сторону глубин.
Чем глубже, тем меньше становилось содержание яда, а когда он достиг морского дна, яда почти не осталось — вода была такой же прозрачной, как раньше. Казалось, будто весь яд поднимается наверх и там рассеивается.
На морском дне повсюду виднелись впадины, ямы и трещины — эти следы, должно быть, оставила Луна: в породах морского дна тоже содержался Поющий камень, и когда пришла Луна, они раскололись и всплыли наверх.
Дно по-прежнему было усеяно останками. Линь однажды находила на дне Туманного Червя, но такое существо не питается трупами, поэтому вряд ли оно могло долго оставаться здесь. На самом деле множество существ не едят трупы, и потому среди некоторых видов родился особый приём под названием «притвориться мёртвым»; некоторые существа к тому же выделяют зловонный запах гнили, чтобы отпугнуть хищников, — и, похоже, это весьма действенно.
Левиафан при свете медленно обследовал их, — в воде здесь обитало множество одноклеточных организмов, а Линь заметила ещё и один вид многоклеточных существ, появившихся прямо на этих останках.
Это…
Линь, кажется, впервые видела подобное существо. Оно было совсем крошечное, около десяти сантиметров, внешне похожее на маленькую хризантему: десять щупалец, шарообразное тело, но покрыто оно было не панцирем, а лишь тонкой мембраной.
Раньше Линь, вероятно, уже видела похожих существ, но те не умели плавать, а лишь ползали по земле на щупальцах, — эти же маленькие существа весело покачивались среди костей, а завидев приближение Левиафана, мгновенно окрасили всё тело в цвет окружающей среды, чтобы спрятаться.
Как бы то ни было, они, похоже, были первыми многоклеточными существами, появившимися в Море Бедствий, и Линь сочла нужным разобрать одного из них, чтобы посмотреть, что внутри.
Левиафан, будто выпустив взрывной снаряд, стремительно выбросил маленькое щупальце и, прежде чем существо успело среагировать, схватил его, а затем ртом на конце щупальца одним движением проглотил.
После того как Левиафан поглотил это существо, находившийся поблизости его сородич тут же окрасился в ослепительно белый цвет: он обхватил щупальцами обломок кости неподалёку и рванулся вперёд, яростно вонзив этот обломок в щупальце Левиафана.
Глядя на поведение этого маленького существа, Линь сразу же нашла его весьма забавным — оно осмелилось на такое действие? Это же настоящая редкость.
Оно не просто попыталось напасть на такое огромное существо, как Левиафан, ради спасения сородича — это было ненормальным поведением. Обычно организмы, увидев, что шансов нет, тут же отступают; беспорядочная атака способна лишь впустую растратить ещё больше жизней.
Второй момент — оно взяло обломок кости для атаки? Существ, использующих окружающие предметы для строительства, Линь видела бесчисленное множество, но чтобы напрямую взять предмет и атаковать им — такое она видела впервые.
Разумеется, толку от этого не было никакого — ведь обломок кости не был выросшим на теле когтем, не был приспособленной под себя частью, прошедшей внутреннюю перестройку организма. Существо несколько раз ткнуло им в щупальце Левиафана, а тот лишь слегка встряхнул щупальцем, и осколок кости отлетел прочь.
Увидев это, существо тут же принялось непрерывно менять цвет на яркие оттенки — красный, жёлтый и прочие, — и в этот момент всех его сородичей вокруг охватила ярость: все они тоже похватали обломки костей и скопом ринулись на Левиафана.
Впрочем, не все бросились вперёд, — Линь заметила, что несколько особей окрасились в чёрный цвет и в страхе бросились наутёк в противоположную сторону.
К этому моменту Левиафан уже отправил ранее проглоченное существо внутрь тела и начал его разлагать, а вокруг Левиафана уже собрались сотни таких существ: они беспрестанно скребли осколками Костей по его панцирю, часть из них взялась атаковать глазные щупальца Левиафана, а ещё несколько без конца кружили вокруг, что-то высматривая, — похоже, искали слабое место.
Как же это забавно.
Даже если бы Левиафан вовсе не двигался, они, истощив все силы, всё равно не смогли бы причинить ему ни малейшего вреда, — ведь даже глазные щупальца были покрыты твёрдой оболочкой.
Левиафан так и продолжал не обращать внимания на их атаки, начав внутри тела разлагать то существо.
На первый взгляд, ничего особенного не обнаружилось: все щупальца состояли из мышечных волокон, каждым из них управлял отдельный нервный узел, что, по всей видимости, позволяло существам полнее контролировать каждое щупальце. Но Линь заинтересовал показатель массовой доли мозга — он достигал 1,17%, что заметно выше, чем у обычных организмов.
Может, именно поэтому у них так много странных повадок? Чтобы зафиксировать этот вид, Линь дала ему имя — «Древний Кальмар».
Ощущение, что имя вышло совсем ничем не примечательное.
Сейчас эта стая Древних Кальмаров продолжала атаковать Левиафана, но, хотя их кости уже стёрлись в пыль, толку от этого не было никакого. Тогда они начали непрестанно менять цвет, и Линь заметила, что они, похоже, используют смену окраски для общения между собой.
Впрочем, уровень эволюции этой смены цвета был недостаточно высок, и Линь решила, что стоит показать им, что такое настоящая смена цвета.
Левиафан выпустил один боевой юнит, который поначалу был свёрнут в шар, а войдя в воду, мгновенно развернулся, — это был Демонстратор. Древние Кальмары с любопытством собрались вокруг, и в этот момент Демонстратор вдруг показал изображение мчащегося на них Бладонского скорпиона!
Линь ощутила, как всех Древних Кальмаров тут же охватил ужас: они мгновенно окрасились в чёрный цвет и с невероятной скоростью бросились врассыпную во все стороны, а двое из них, похоже, от чрезмерного испуга даже потеряли сознание.
И правда очень забавно.