«Хрусь…» Когти Белого скелетного дракона глубоко вонзились в рану Така, и в тот же миг он перестал дышать, замер без движения.
Значит, даже в момент смерти он собирался удержать Така?
В таком случае… обрушение этой пещеры, возможно, как-то связано с этим Белым скелетным драконом… Неужели они специально заманили Така сюда, а потом обрушили тоннель?
Такая тактика, в общем-то, довольно распространена, и это означает, что этот Белый скелетный дракон непременно должен был погибнуть — но откуда они знали, что Так выберет именно это направление? Может быть, у скелетных драконов есть какая-то привычка, о которой Линь пока не знает? Например, определённый запах, который заставляет Така выбирать именно эту сторону.
Сейчас стены пещеры вокруг сотрясались всё сильнее, с потолка градом сыпались камни. Так рывком разжал когти Белого скелетного дракона и бросился бежать к выходу сквозь рушащуюся пещеру.
Линь летела следом за Таком и вдруг заметила, что звуки сотрясения раздаются вокруг и перемещаются вместе с Таком, — вовсе не вся пещера трясётся целиком. Значит… это сотрясение вызвано живым существом!
«Бум!» С потолка донёсся грохот, огромная масса камней внезапно обрушилась вниз, а из трещины в своде хлынуло голубоватое свечение.
Это же… корень? Точно, это корень того самого дерева, которое они видели раньше, и этот корень, оказывается, беспрестанно извивается там…
Похоже, именно он и вызвал сотрясение пещеры, и окружающие тоннели тоже трескались вслед за этим взрывом. Перед Линь и Таком из стен пещеры выступило множество корней, полностью перекрыв путь.
Линь видела немало растений со способными двигаться структурами, но из-за отсутствия мозга их реакции почти всегда фиксированы и однообразны, и разные растения-ловушки тут не исключение — на их изменение требуется очень много времени. А у этого дерева движения оказались весьма разнообразны, хотя скорость всё же намного уступала животным.
Причина, по которой оно нападает здесь, довольно проста: это дерево живёт под землёй, и если оно не питается мясом, то чем ещё ему питаться?
Так увидел преградившие путь корни впереди. Он почти без колебаний поднял с земли камень и бросил его — камень ударился о корень и тут же отскочил обратно, будто корень был чрезвычайно мягким.
Оглянувшись назад, они увидели, что место, где лежал труп Белого скелетного дракона, уже окружено множеством корней — они, словно щупальца, обвивали тело скелетного дракона.
Линь заметила: корни обнаруживают пищу только при непосредственном контакте. Стоит одному корню коснуться добычи, как окружающие корни постепенно подтягиваются к этому месту. Раз так…
Птерозавр резко взмахнул крыльями и врезался прямо в преграждавшие путь корни впереди. Корни тут же все устремились к нему, и там, где они сосредоточились, по обе стороны образовался проход.
«Гха!» — громко закричал Так, будто собираясь тут же броситься вперёд и вытащить птерозавра из корней.
«Стоп!» — крик Линь заставил Така остановиться. Затем Линь снова сказала ему: «Уходи».
«Гха…» Так, похоже, колебался изо всех сил, и лишь когда Линь снова выкрикнула: «Уходи!» — он наконец снова задвигал лапами и убежал в сторону…
Линь чувствовала, что эмоции Така меняются крайне резко — они даже отражают эти эмоции явственно на структуре морды.
Птерозавр выпустил небольшого Летуна, который последовал за Таком, быстро догнав убегающего Така. Линь всё же беспокоилась за него, но, судя по его сообразительности, всё, вероятно, будет в порядке.
Далее птерозавр, возможно, уже дошёл до конца своего пути — корни вокруг него непрерывно сжимались. Для обычных существ это невыносимая боль: ощущение, как кости и плоть перемалываются вместе, могло бы напрямую вызвать обморок из-за перегрузки мозга информацией.
Корни были покрыты жёсткой структурой, похожей на кору обычных растений, но в целом больше напоминали покрытые мышцами щупальца таких существ, как Древние Кальмары или Аммониты. Однако интересно то, что эти щупальца-корни не выделяли растворяющую жидкость, а действовали чисто силой, непрерывно сжимая. При этом давление распределялось очень неравномерно, из-за чего в некоторых местах происходил разрыв, и находившиеся внутри кровь и плоть брызгами разлетались, оседая на корнях и постепенно всасываясь через мелкие поры на их поверхности.
Линь уже успела предварительно изучить это дерево. Раньше, когда те существа, отравленные Токсином Окаменения, застывали, эти корни неизменно приходили следом.
Затем корни проникали в разорванные давлением раны и продолжали поглощать находящиеся внутри кровь и плоть.
Это была прекрасная возможность. Линь заранее подготовила внутри тела птерозавра несколько крошечных шариков. Их оболочка была составлена из компонентов, устойчивых ко всем видам растворяющей жидкости. Эти шарики вместе с кровью и плотью были втянуты в мелкие поры на поверхности корней.
Шарики были прозрачными, и юниты, размещённые внутри них Линь, при помощи свечения и глазных яблок увидели, что внутри — структура, похожая на кровеносный сосуд, по которому огромное количество втянутого материала уносилось в глубину. Этот канал обладал мощной способностью к всасыванию, и Линь, дойдя до этого места, сочла, что скрываться дальше незачем: юниты внутри оболочек начали выбираться наружу. Все они были снабжены острыми когтями-лезвиями, внешне напоминая пауков, и они прицепились к стенкам канала, готовясь начать атаку на все клетки в этом месте!
Некоторые из шариков так и не раскрылись — они продолжили двигаться вместе с потоком по каналу вглубь, наблюдая за внутренним строением.
В то же время Так выбежал из этой обрушивающейся пещеры и оказался перед прежней развилкой.
Область, где извивались корни, ограничивалась лишь только что пройденной пещерой — рядом с этим деревом не было ни малейшего движения. Это довольно интересно. Так стоял на развилке, глядя на другой тоннель, будто в нерешительности, и спустя несколько десятков секунд решил войти в этот тоннель.
Этот тоннель был погружён в кромешную тьму. Летун определял окружающую обстановку с помощью встроенной небольшой эхолокационной системы, а Так полагался исключительно на обоняние.
Скелетные драконы не любят темноту, но всё же обладают способностью действовать в темноте.
Линь обнаружила, что строение этого тоннеля очень похоже на предыдущее: пол, усыпанный песком и гравием, стены, сложенные из камня. Вокруг не было ни следов, ни живых существ.
Так шёл всё быстрее, и Линь чувствовала, что в нём проступает лёгкий страх вперемешку с напряжением. Он, похоже, хотел убить другого Белого скелетного дракона. Линь не знала, какие именно у них отношения, но раз он проявлял такую настойчивость, то раньше между ними наверняка что-то произошло.
Так шёл всё быстрее и быстрее и в конце концов даже побежал — с каждым шагом всё стремительнее. В темноте он неосторожно споткнулся о камень и упал на землю, но тут же быстро вскочил и продолжил бег. Линь заметила, что впереди него появилось несколько открытых пространств.
На полу этого пространства лежало множество осколков — из-за темноты Линь пока не могла разобрать, что это такое, но они очень напоминали… скорлупу яйца… И среди этих осколков, оказывается, было одно целое… неужели это яйцо?
Как только Так наступил на эти осколки, он тут же остановился. Похоже, эта скорлупа и его самого удивила, но сейчас ему нужно было беспокоиться о кое-чём другом.
Тот самый Белый скелетный дракон был… прямо над Таком!