«Хуа-ла-ла!»
Под великолепным звёздным светом Так и его сородичи кружили вокруг диковинной статуи, исполняя странный танец…
Линь могла бы считать это своего рода… проводами перед путешествием, но прежде ей ещё нужно было кое-чему их научить.
Теперь они не только всё лучше рисовали — Так научился царапать твёрдыми камнями по поверхности предметов, занимаясь работой под названием «резьба». Часть этого умения передала им Линь, и они быстро освоили его; вещи, которые они теперь создавали, всё больше походили на изваяния Роя Инков.
Недавно Так вместе с несколькими сородичами вырезал особую статую, в основном из дерева, — похожую на птерозавра, а на спине у птерозавра сидел пушистый шар.
Поскольку шерсть Пушистого Шара было очень трудно вырезать, они использовали похожую на пушок траву, воткнув её в шар вместо шерсти.
Эту статую поставили рядом с Деревом-Насестом, где жила стая. После того как её изготовили, они постоянно складывали под ней куски мяса и те маленькие шарики, что давало им дерево-насест им в пищу, — но не для хранения. Обычно скелетные драконы держат еду на деревьях, а эти запасы предназначались специально для пушистого шара Линь.
Если удавалось поймать какую-нибудь крупную добычу, Так вместе со стаей снова собирался вокруг статуи и танцевал в честь праздника, — вот как сейчас…
«У-у-у-у-о!» — Так, подняв кусок мяса, радостно закричал, обращаясь к пушистому шару в небе, и вся остальная стая подхватила крик!
Они постоянно любят заниматься такими вещами — как только у существа повышается разум и при этом нет никакого гнёта, оно начинает искать себе всевозможные занятия. Линь заметила, что так поступает большинство созданий: им нравится размышлять о самых разных вещах.
Из-за того что скелетные драконы в последнее время постоянно изучали язык мозговых червей, их произношение становилось всё более плавным.
Пока стая радостно кричала, пушистый шар Линь парил над статуей, медленно поднимаясь всё выше, устремляясь к безбрежной звёздной реке в небе.
Пушистый шар покружил над ними несколько раз в небе и сказал: «Записывать».
«Записывать!» — тут же выкрикнул Так, подражая голосу шара, и несколько скелетных драконов принесли плоские каменные плиты. Затем они принялись что-то выцарапывать на них.
Так и другие скелетные драконы высекали на плитах узоры звёздного неба. Линь хотела, чтобы они поняли: небо со временем медленно меняется, но если записать все эти изменения полностью, то в целом получится неизменная картина, — а по изменениям звёзд можно запоминать путь и не заблудиться, чтобы иметь возможность отправляться на охоту в далёкие места.
Прежде стая скелетных драконов постоянно переселялась с места на место, отчасти потому что, забредая слишком далеко, они не могли найти дорогу назад — им приходилось полагаться лишь на приблизительное запоминание своего положения. Поэтому, забравшись слишком далеко, они просто основывали новое поселение.
Раньше они тоже рисовали звёзды, но делали это как попало; Линь же учила их именно записывать изменения звёздного неба.
Благодаря хорошему усвоению языка эта стая скелетных драконов теперь могла вести с Линь и более сложные беседы.
В ходе общения Линь обнаружила, что они почти ничего не знают о «луне» — видимо, луна не оказывала здесь никакого влияния. Кроме того, они, похоже, не представляли себе, что такое снег. Значит, здесь снег действительно не выпадает?
Это тоже неплохо. Луна, конечно, довольно интересна, но она приносит и множество проблем… а снег — и того хуже: тогда всю зиму Линь пришлось бы пребывать в состоянии сплошной скуки.
Так и его сородичи быстро закончили запись звёзд. Дальше Линь велела им повторять запись через определённые промежутки времени. Если фиксировать все изменения, то примерно за несколько суток можно записать весь их цикл.
Хотя Линь и учила их так, сама она редко ориентировалась именно по звёздам; другие существа предпочитали находить путь по солнцу, а не по звёздам, а некоторые вообще носили внутри тела небольшие магниты для ориентирования.
Впрочем, для скелетных драконов достаточно и звёзд…
После записи пушистый шар медленно опустился и приземлился прямо на ту самую статую — поскольку вырезанный Таком «пушистый шар» был чуть крупнее настоящего, шар как раз идеально уместился сверху.
У Така умение изображать звёздное небо было превосходным, у остальных скелетных драконов — чуть похуже, но им достаточно было хотя бы понимать, что именно они рисуют.
Внезапно по небу пронеслась ослепительная вспышка света — она длилась меньше секунды и тут же исчезла. Так тотчас же громко закричал и тоже нарисовал этот свет.
Такой свет называют «падающей звездой». У Линь очень много «глаз», так что она часто наблюдала это явление, но что же это такое на самом деле? Движущаяся звезда? Возможно, те огромные огненные шары, что раньше падали с неба, были именно такими звёздами…
Да, необходимо разгадать эту загадку! Раскрыть тайну звёздного неба! Что же такое звёзды на самом деле? Насчёт солнца и луны Линь уже более-менее убедилась — это светящиеся гигантские шары, находящиеся довольно близко к этому миру. А вот что такое звёзды? Шары, находящиеся очень далеко?
Линь уже не раз задумывалась над этим вопросом и никогда не прекращала наблюдать за звёздным небом. Эти удивительные объекты, хотя их и не потрогать руками, всегда мерцали в небе, даря редкий свет тёмной ночи.
Многие существа тоже ориентировали своё поведение по изменению звёздного света, но, похоже, ни одно из них никогда не пыталось приблизиться к звёздам.
А может, кто-то и пытался? Просто Линь этого не заметила — в мире слишком много удивительных существ.
Линь и сама думала о том, чтобы приблизиться к звёздам, но дело в том, что любое летающее существо, достигнув определённой высоты, перестаёт подниматься дальше — в основном из-за разрежения воздуха и прочих подобных проблем.
Все нынешние войска Линь используют либо газ для парения, либо крылья, плюс реактивный полёт — и всё это зависит от воздуха. Если хочется взлететь выше, нужно опираться на какую-то иную движущую силу…
Какую силу можно было бы использовать? Череду взрывов пороха? Или какую-то другую ударную силу?
Хотя вариантов, казалось бы, много, ни один из них не внушал доверия, к тому же эта ударная сила должна быть весьма значительной.
В общем, между землёй и звёздным небом словно существует некий барьер, не позволяющий летающим объектам приблизиться к звёздам. Но недавно, работая над созданием Пушки Стикса, Линь обнаружила кое-что любопытное.
Раньше большинство взрывных снарядов Линь летели сами по себе после выстрела, но теперь ей больше нравилось выстреливать их с помощью пресс-молота и пороха. Стремительно выбрасывая снаряды прессом с зарядом, Линь заметила, что скорость этих снарядов может достигать очень внушительного уровня — даже намного выше скорости звука…
Впрочем, даже так пробить панцирь Дракона Чумы не удавалось, хотя это сейчас не главное.
Главное — Линь пришла к мысли, что если некий объект будет двигаться достаточно быстро, он, возможно, сумеет прорваться сквозь тот барьер в верхних слоях воздуха. Но какая же скорость для этого нужна? Линь провела приблизительный расчёт — возможно, потребуется скорость в несколько километров в секунду.
Это лишь предположение, основанное на данных, полученных при первом соприкосновении с барьером; наверняка нужно учесть ещё многое и провести куда более сложные расчёты. Сейчас вычисления для Линь не представляют проблемы, ведь количество клеток у неё практически безгранично, но пока она не может достичь такой скорости — требуется куда более значительный прогресс…
Способов повышения скорости множество, нужно испытывать их постепенно, но по крайней мере направление для исследования уже есть… Это чувство немного похоже на то, что было при выходе на сушу, только на этот раз всё сложнее, чем переход из моря на землю.
В то же время Линь заметила: хотя чем выше скорость, тем сильнее удар, всё же существуют настолько прочные панцири, что способны выдержать такую атаку, — так что одновременно нужно исследовать и более прочное панцирное вещество.
Сила атаки и сила защиты должны быть уравновешены; если сила атаки становится слишком чрезмерной, ситуация может выйти из-под контроля.
Линь уже обнаружила не одно вещество, из которого можно составить порох, — есть и множество других разновидностей, с разной силой действия. Она также постепенно замечала, что некоторые существа комбинируют жидкости, вызывая взрывные реакции для атаки или защиты, — весьма занятно, и это требует дальнейших исследований.
Небо тем временем постепенно начало светлеть — скелетные драконы наконец закончили рисовать звёзды перед тем, как ночь окончательно отступила. Поскольку требовалось фиксировать изменения звёзд от суток к суткам, каждым суткам нужно было дать своё имя.
В этот момент в потоке мыслей Линь всплыло слово «неделя».
Неделя состоит, судя по всему, из семи суток, и каждые сутки называются по-разному — можно сказать, «семь светил»: металл, дерево, вода, огонь, земля, солнце и луна. Есть и другой способ — называть их «один, два, три, четыре, пять, шесть, день». Звучит довольно сложно — почему их называют именно так? Есть ли в этом какая-то особая причина?
В своих мыслях Линь так и не нашла соответствующего объяснения…
Семь суток фиксируют периодическое изменение неких явлений, но единицы, которыми в мыслях Линь обычно измеряют такие циклические изменения, не отличались особой точностью, так что пока можно пользоваться этим временно, а если цикл изменений звёздного неба окажется больше семи суток — тогда можно будет придумать другое название.
Пока стоял день, рисование звёзд у скелетных драконов уже закончилось. Так вёл свою стаю на подготовку к охоте — теперь они любили привязывать острые камни лианами к деревянным палкам, составляя орудие, называемое «копьё», что было куда мощнее прежних деревянных шипов.
Поскольку скелетные драконы теперь постоянно жили на деревьях, дерево-насест тоже постепенно менялось в соответствии с их привычками жизни: оно выращивало более толстые стволы, способные выдержать вес скелетных драконов, а иногда сплетало стволы вместе, образуя своего рода воздушную платформу.
Польза от симбиоза проявлялась всё сильнее, а Линь уже почти подошла к моменту, когда пора отправляться в путь.
Пушистый шар воспарил в небо, подлетел к вершине одного дерева и, окинув взглядом бескрайние джунгли, Линь приготовилась полететь наугад в какую-нибудь сторону.
«Гхаа!» — внезапно снизу донёсся крик Така. Линь заметила, что Так вскарабкался снизу на верхушку дерева.
Так знал, что Линь собирается уйти, — знала об этом и вся его стая. Линь когда-то сказала им не проявлять никакой странной реакции, поэтому сейчас они вели себя как обычно.
Но всё же Так подполз ближе, и Линь заметила, что в лапах он держит какой-то овальный предмет.