«Командир прибыл! Это командир... командир?»
В кроваво-красной пещере солдаты взволнованно смотрели вдаль — туда, где к ним летел командир. Причин для волнения у них было несколько: с одной стороны, они радовались тому, что командир нашёл их — значит, они, возможно, смогут отсюда безопасно выбраться.
С другой стороны, им было страшно: если командир окажется человеком мэра, неизвестно, что он с ними сделает.
Но это чувство продержалось совсем недолго и вскоре сменилось чистым недоумением.
Потому что фигура летевшего вдалеке командира вдруг медленно растаяла прямо в воздухе, будто была всего лишь миражом.
«Командир?» «Что вообще происходит?» «Куда он делся? Это иллюзия?» «Но мы же слышали голос командира!»
Все находившиеся там солдаты пришли в ужас. Действительно, Линь тоже слышала голос командира — звук, доносившийся из коммуникатора, не мог быть ошибкой.
Но вот был ли это на самом деле голос самого командира — это уже другой вопрос.
Линь подумала, что и мираж, и голос вполне могло создать некое существо... возможно, оно наблюдает за происходящим здесь, а настоящий командир находится где-то далеко отсюда...
Линь чувствовала вокруг какое-то странное присутствие — возможно, это было некое существо, обитающее здесь, то самое, которое, вероятно, управляло теми призрачными механизмами.
Впрочем, Линь пока не стала обращать на них внимание, потому что она слегка подстроила куб сновидений, и теперь, войдя в это ядро сновидений, можно было увидеть иной пейзаж.
Подумав так, Линь отправила Пушистого Шара и того солдата в сон.
Когда окружающий вид вокруг сменился, Линь обнаружила, что Пушистый Шар действительно оказался в... месте с множеством отличий.
Здесь не было ни океана, ни неба. И сзади, и по бокам царила сплошная тьма. Похоже, это место можно было назвать «центральной точкой».
Изучая куб, Линь обнаружила, что хотя сознания разных существ распределяются в разные порции Энергии Снов, в центре куба находится один особый сгусток этой энергии — сколько бы Линь ни пробовала, сознания никогда не распределялись именно в эту центральную часть.
Поэтому на этот раз Линь насильно соединила сознание Пушистого Шара именно с этим сгустком энергии — и, войдя в сон, можно было увидеть вот такой мир...
Это оказалось довольно интересно. Хотя позади и по бокам всё ещё царила тьма, впереди Линь увидела... ряд возвышающихся цилиндров.
Ширина этих цилиндров составляла больше десяти метров, они стояли ровным рядом. Их было ровно десять штук, и они были весьма длинными — сейчас Пушистый Шар находился на вершине этих столбов и мог видеть, что они тянутся куда-то очень глубоко вниз.
Верхушки цилиндров были очень яркими, испуская сияющий свет, а если смотреть вниз, свет постепенно тускнел, и в средней части становился почти абсолютно чёрным.
Что же представляют собой эти столбы?.. Теперь уже можно было догадаться.
Подумав так, Линь направила Пушистого Шара к одному из цилиндров. Коснувшись поверхности столба, Пушистый Шар прошёл прямо сквозь неё и оказался внутри цилиндра.
Внутри Линь увидела знакомую картину.
Перед глазами Пушистого Шара развернулись лазурный океан и ясное небо. Точно такая же картина, какую она видела при первом входе в это ядро сновидений...
Да... это на вид необъятное синее небо и море на самом деле были всего лишь пространством шириной в десять метров, но если внутри этого пространства перемещаться на расстояние больше десяти метров, движение начинало повторяться.
То есть, как бы ты ни двигался, из этой области в десять метров выбраться было невозможно, при этом окружающий пейзаж непрерывно менялся, из-за чего создавалось ощущение, будто ты вовсе не стоишь на месте.
На самом деле выбраться за пределы десяти метров действительно было невозможно — если долго и упорно двигаться вперёд, это становилось очевидно.
Линь пока не знала, что произойдёт, если сюда попадёт существо крупнее десяти метров, — это можно проверить как-нибудь потом.
Хотя ширина здесь составляла всего десять метров, но, как и было видно снаружи, этот столб был очень длинным, так что отсюда можно было войти в море и опускаться всё глубже и глубже.
Длина столба снаружи в точности совпадала с глубиной погружения здесь внутри — то есть составляла больше тридцати тысяч метров.
Подумав об этом, Линь проснулась.
Когда Линь проснулась и снова вошла в сон, Пушистый Шар оказался обратно в том месте, откуда были видны столбы, — не проснувшись, выбраться из «моря» внутри столба было невозможно.
Отсюда можно было видеть все десять цилиндров длиной больше тридцати тысяч метров каждый; если добраться до основания цилиндра, можно было увидеть, как его дно мерцает огоньками, точно звёздное небо.
Именно так выглядела внутренняя среда столба в подробностях: наверху — сияющее светом дневное небо, посередине — океан, а внизу — ночное небо, усыпанное звёздами.
На самом деле, поскольку гравитации там не было, понятия «верх» и «низ» тоже не имели особого смысла — проще говоря, с одного конца был день, с другого — ночь.
Вот только чем дальше вглубь столба, в сторону ночи, тем сильнее нарастал страх, что было не слишком... честно по отношению к существам, любящим темноту.
Впрочем, очевидно, что это ядро сновидений создавалось вовсе не ради справедливости.
Так в чём же тогда смысл этой штуки?
Когда существа через куб входили в сон, их сознания распределялись по разным столбам, причём, похоже, разные существа никогда не попадали в один и тот же столб — возможно, требовалось, чтобы в сон одновременно вошло больше десяти существ, чтобы два из них оказались в одном столбе.
Если бы в одном цилиндре оказалось сразу два существа, они бы очень легко поняли, что это пространство имеет ширину всего десять метров.
Но, насколько было известно Линь, в это ядро сновидений ещё ни разу не входило больше десяти существ одновременно.
Линь достаточно было находиться в этой точке, чтобы войти в разные цилиндры и увидеть тех существ, — сейчас она также могла войти в тот цилиндр, где находился тот солдат...
Но Линь искала вовсе не его, а другой цилиндр...
Пушистый Шар влетел в один из цилиндров, и когда снова возникла знакомая картина, Линь увидела в этом пейзаже ещё и... некое существо.
Это существо походило на сгусток света, однако у него была вполне определённая форма — и эта форма была точь-в-точь такой же, как у того существа-командира.
«Ты...»
Когда появилась Линь, оно на языке богов издало вопросительный звук.
Линь на том же языке ответила ему: «Ты и есть тот самый командир, верно?»
«Ты... знаешь меня?» В его голосе прозвучало удивление.
«Я — существо, недавно вступившее в "Державу Богоподобных"», — Пушистый Шар продолжил вопрос: — «Я хочу знать, как ты сюда попал».
«Ты — недавно вступившее существо?» — «Командир» вновь удивился: — «Что вообще сейчас происходит там снаружи? Почему ты оказался здесь? Ты нашёл мою запись?»
«Сначала ответь на мой вопрос», — сказал Пушистый Шар. — «А потом я расскажу тебе обо всём этом».
«Я...» — командир на мгновение заколебался, а затем сказал: — «Уже мёртв, по крайней мере, я так считаю. Но перед тем как окончательно умереть, я слегка коснулся того куба, а потом... очнулся уже здесь».