Старейшина смотрел на то, что держал в руке.
Это была очень простая формация. Но формационные символы на ней казались ему то знакомыми, то словно бы никогда не виданными. К тому же это был явно формационный диск, да ещё одноразовый — использовал раз, и больше он не годился.
Впрочем, этот диск отличался от тех, что он прежде видел и что часто использовала секта Кровавой Бойни. В формациях он разбирался не слишком хорошо, потому, посмотрев немного, просто убрал диск.
Затем он повернулся к остальным:
— Что ж, идёмте.
— На этот раз на испытание нам отведён месяц. Сколько за этот месяц мы убьём рабов-солдат, секта по возвращении подсчитает. Чем больше убьём, тем больше будет награда.
— Хоть на сей раз несколько человек и погибли, этого не избежать. Заодно это вам напоминание — сейчас настоящий бой, случиться может что угодно. Нужно быть осторожнее.
— Ведь это не Иллюзорный мир реальности. Жизнь дана один раз. Погибнете здесь — погибнете навсегда.
Все дружно отозвались, и лица у них разом посветлели.
Хоть они впервые видели, как на их глазах гибнут товарищи, они всё же были культиваторами. Обычные тренировки сделали их сердца твёрдыми, как железо и камень. Потому они так быстро и оправились.
Но в их глазах всё ещё таилась печаль, а вместе с ней — и толика решимости.
Старейшина обвёл их взглядом и кивнул:
— На сей раз первая заслуга принадлежит Ли Туну.
— Не заметил бы он вовремя да не предупредил вас — погибших было бы больше. Потому заслуга Ли Туна наибольшая. Думаю, никто не станет возражать?
С этими словами он обвёл всех взглядом.
Все покачали головами. Разумеется, они не стали бы возражать — можно сказать, предупреждение Ли Туна спасло им жизни.
Старейшина кивнул:
— Что ж, тогда идёмте.
С этими словами он повёл их вперёд.
На самом деле он прежде и впрямь не заметил, что у тех рабов-солдат припасена такая штука, потому и понесли они столь тяжёлые потери. Но винить его полностью было нельзя.
Главным образом потому, что в секте Кровавой Бойни существовало правило: в таких охотничьих испытаниях старейшины-руководители не имеют права вмешиваться. Они лишь ведут учеников. В бою он не мог вмешаться. Разве что встретится мастер со стороны противника и ученики окажутся ему не по силам — тогда только он мог вмешаться.
Именно поэтому те несколько учеников и погибли.
Старейшина понимал: секта поступает так, чтобы ученики столкнулись с настоящей опасностью. Только так их можно по-настоящему закалить.
Хоть от этого и бывают потери, как на сей раз, — секта может их вынести, более того, обязана вынести. Ведь такие потери куда меньше тех, что несли прежние секты при обучении учеников, — можно сказать, и вовсе пустяк.
Все эти старейшины понимали: в один прекрасный день им непременно предстоит великая битва с Миром Теней. И тогда всё будет куда страшнее, чем сейчас, а враги, с которыми придётся столкнуться, — куда более отборными.
Перед лицом таких врагов нынешнее обучение учеников совершенно необходимо.
Старейшина повёл учеников дальше.
В отряде стало меньше лёгкости, прибавилась тяжесть. Но в учениках секты Кровавой Бойни наконец появилось что-то от воинов.
А старейшина, глядя на них, в душе невольно вздохнул.
Он и сам не знал, хорошо это для них или плохо. Сегодня они многое приобрели, но многое и потеряли. А потерянного уже не вернуть.
Отряд молча шёл вперёд. Казалось, у всех пропало желание разговаривать.
И вот, пройдя около часа, они снова обнаружили отряд рабов-солдат.
Правда, на сей раз те не летели в небе, а спустились на землю и отдыхали. Они тут же сделали этот отряд своей целью.
Теперь рельеф Предела Кровавого Моря снова переменился. Здешние растения ещё больше вымахали, словно стали похожи на растения мира Хуан. Неизвестно, оттого ли, что талисман Белого тигра влился в Руны Неба и Земли. Так или иначе, здешние растения снова подросли. Хоть и не достигли высоты растений мира Хуан, но уже были близки к тому.
Именно поэтому теперь многие схватки учеников секты Кровавой Бойни с рабами-солдатами Мира Теней происходили в лесу. Потому найти рабов-солдат в лесу было неудивительно.
Ли Тун и остальные сразу двинулись к ним.
Хоть они и собирались напасть на рабов-солдат, и те, казалось, отдыхали без всякой охраны, на сей раз Ли Тун и остальные не стали проявлять беспечность, а двигались осторожно. Шли и непрерывно осматривались, пытаясь заметить что-нибудь подозрительное или ловушку.
Но даже когда они приблизились к рабам-солдатам на сотню метров, никакой ловушки так и не обнаружили.
И всё же они не стали опрометчиво атаковать, а на миг остановились. Переглянувшись, они двинулись дальше. Глаза их при этом неотрывно следили за теми людьми — не шевельнутся ли те.
И вдруг Ли Тун заметил на земле ветку.
Ветка была самая обычная, ничего особенного. Но к ней была привязана очень тонкая, почти прозрачная нить. А другой конец нити был привязан к руке одного раба-солдата. Тот сидел и отдыхал, но рука его всё время оставалась прижатой к боку и не двигалась.
Едва увидев это, Ли Тун тут же подал знак рукой.
Все остановились и посмотрели на него. Ли Тун обвёл их взглядом, но ничего не сказал, а лишь указал пальцем на ветку на земле, затем на привязанную к ней нить и медленно отступил на два шага.
Хоть они и находились в нескольких десятках метров от рабов-солдат и на таком расстоянии, по идее, даже если бы заговорили, те не должны были услышать — ведь белый туман отрезал их чувства, — Ли Тун и остальные уже поумнели и не стали открывать рта.
Остальные тоже увидели его жест. Они опустили взгляды к своим ногам и обнаружили, что под ними через каждые несколько метров лежит такая же ветка, и к каждой тоже привязана тонкая нить.
Это открытие заставило всех напрячься, и все отступили на несколько шагов.
Затем они отошли ещё на сотню метров и только тогда остановились под деревом.
Все собрались вместе. Но поскольку обе опасности заметил Ли Тун, теперь все невольно смотрели на него.
Ли Тун обвёл всех взглядом и негромко произнёс:
— Думаю, на сей раз это не ловушка врага. Они и впрямь отдыхают.
— А нити с ветками они разбросали по земле, чтобы заранее получить предупреждение.
— Я прежде заметил: ещё метра на два вперёд есть ещё нити, привязанные вокруг них. Все они для предупреждения. Если враг или демонический зверь захочет подкрасться, они, даже не видя, почувствуют по колебанию нитей.
— Потому, думаю, ждать больше нет смысла — надо сразу атаковать. Всё равно мы недалеко: даже если они почувствуют, мы уже будем у них перед носом. Как вам?
Хоть Ли Тун был молод, после недавнего потрясения он словно сразу повзрослел. Потому говорил теперь довольно складно.
Услышав его слова, все кивнули, сочтя, что он прав.
Тут заговорил ещё один человек:
— Но меня беспокоят эти тонкие нити.
— А если это что-то вроде ядовитого паучьего шёлка? Я тоже только что заметил: вокруг них всюду такие нити, даже над головой.
— Если бы это было только для предупреждения, не слишком ли их много?
Услышав это, все повернулись к говорившему.
Этого человека звали Люй Цин. Он тоже был из верных рабов, но отличался необычайной внимательностью. Обычно он был очень старателен и любознателен, и с Ли Туном они были в хороших отношениях.
От его слов все невольно кивнули. Ли Тун тоже нахмурился.
Подумав немного, Ли Тун взглянул на место отдыха рабов-солдат и негромко произнёс:
— Не очень верю, что эти нити — что-то вроде ядовитого паучьего шёлка. Но они вполне могут играть и защитную роль. А это скажется на нашей атаке.
— Давайте так: разделимся на два отряда.
— Первый отряд — десять человек, поведёшь его ты, Люй Цин. Задача у вас одна: сначала выйдешь ты и своими магическими инструментами уничтожишь все эти нити. Даже если они окажутся прочными и сразу не поддадутся, вы должны оттянуть их в стороны, чтобы они не загораживали нам путь для атаки.
— Я с остальными пойду следом и сразу ударю в полную силу. Как вам?
Все были в бою впервые и не знали, что делать. Раз Ли Тун взялся предложить план и повести за собой, все, разумеется, обрадовались и закивали.
Даже Люй Цин.
Ли Тун больше не церемонился, распределил людей и приготовился к действию.
А старейшина за всё это время ни слова не проронил и не вмешался — лишь стоял в стороне и спокойно наблюдал.
Но теперь он смотрел на Ли Туна и Люй Цина уже по-другому.
Ему показалось, что эти двое — занятные.
У Ли Туна было сердце, он был внимателен и обладал задатками лидера. А Люй Цин был ещё внимательнее, прекрасно умел анализировать, но, похоже, не отличался решительностью. В этом он уступал Ли Туну. Ему подошла бы роль помощника или советника.
А если эти двое хорошенько сработаются, из них выйдет отличная пара.
Это испытание было нужно не только для того, чтобы ученики увидели кровь и поняли, что такое настоящий бой. Это была ещё и проверка — из этих учеников предстояло отобрать лучших и уделить им особое внимание.
И теперь, в глазах старейшины, Ли Тун и Люй Цин были хороши.
(Конец главы)