На площади было полно людей, но стояла странная, гнетущая тишина.
Те, кого возглавили бывшие главы шести великих сект, приведя с собой учеников истинной передачи, старейшин, а также некоторых старейшин секты Гигантских Демонов, не шумели, не дрались — они просто молча сидели. Цель была одна — петиция.
Весть разнеслась по секте Кровавой Бойни со скоростью ветра. Всем хотелось знать, чего добиваются эти люди.
Услышав новость, Чжао Хай на миг опешил, а затем рассмеялся. Он не ожидал, что противник изберёт такой способ. Он отправился с острова Сюаньу на главный остров секты Кровавой Бойни. Когда-то это был главный остров секты Ши Мо, позже переделанный в главный остров секты Кровавой Бойни, потому что он был самым большим. Чжао Хай бывал здесь редко, всем управляли Лаура и остальные.
Подойдя к площади перед главным залом, Чжао Хай взглянул на сидящих людей и вдруг слегка улыбнулся:
— Господа, не скажете ли, какую петицию вы хотите подать? Я уже здесь, говорите прямо.
Он с улыбкой смотрел на них, словно ничуть не гневался.
Увидев это, те, наоборот, внутренне напряглись. Но они понимали: дойдя до этого шага, отступать некуда. Они не бунтовали, а лишь назвали это петицией, потому что старейшины секты Гигантских Демонов предупредили: Чжао Хай уже готов, и если поднять настоящий бунт, всем конец. Потому они сменили способ.
Они не собирались сразу отделяться от секты Кровавой Бойни, а решили действовать шаг за шагом. Сначала попросить о малом. Если Чжао Хай согласится, позже можно будет просить о другом. Со временем они получат право голоса, а затем постараются расколоть секту Кровавой Бойни и сделать каждую секту независимой. Это был план, выработанный за последние дни, — мягким способом заставить Чжао Хая уступить. По их мнению, на такую петицию Чжао Хай должен согласиться; они не переходят границ, и Чжао Хай не станет их убивать. Так все прежние приготовления Чжао Хая окажутся бесполезны.
Едва Чжао Хай задал вопрос, как один человек тотчас поднялся и отвесил ему поклон:
— Глава секты, сегодня мы собрались здесь, чтобы просить об одном деле. В мире культивации испокон веков главенствуют мужчины, и делами ведают в основном мужчины-культиваторы. Но сейчас в нашей секте Кровавой Бойни глава секты передал всю власть нескольким госпожам, и сектой управляют женщины. Мы к этому совсем не привыкли. Сегодня мы просим главу секты лично взяться за дела и вернуть власть в свои руки.
Услышав это, все остолбенели. Они не ожидали, что содержание петиции будет таким. Но немало людей и кивнули. Честно говоря, многие действительно не привыкли, что сектой Кровавой Бойни постоянно управляют Лаура и остальные. В мире культивации по-настоящему известных женщин-культиваторов и так немного, а сильных — ещё меньше. Сила Лауры и остальных была невелика, и лишь потому, что они были жёнами Чжао Хая, они управляли сектой Кровавой Бойни. Это многих коробило.
Чжао Хай же, не переставая улыбаться, взглянул на говорившего:
— О? Так вы из-за этого подали петицию. Тогда я хочу спросить: как Лаура и остальные управляют сектой Кровавой Бойни? Есть ли в их управлении ошибки?
На его лице не было и тени гнева, словно он беседовал со старым другом.
Тот на миг опешил, а затем произнёс низким голосом:
— Госпожи управляют сектой Кровавой Бойни очень хорошо, и ошибок нет.
Он не мог сказать иначе. Какова сейчас секта Кровавой Бойни, все видели. Осмелься он сказать, что Лаура и остальные управляют плохо, это было бы ложью, которой никто не поверит.
Чжао Хай кивнул:
— Ты сказал правду. Тогда мне странно: раз они управляют хорошо и ошибок нет, почему вы не даёте им управлять дальше и требуете, чтобы это делал я? Неужели только потому, что они женщины-культиваторы?
Голос оставался ровным, но на лбу говорившего выступил холодный пот.
Он, однако, понимал, что отступать нельзя. Он кивнул:
— Да, глава секты. Потому что госпожи — женщины-культиваторы, и они не подходят для управления сектой Кровавой Бойни. Просим главу секты вернуть власть.
Они выбрали эту петицию после долгих обсуждений. Во-первых, она могла найти поддержку у многих; во-вторых, могла посеять рознь между Чжао Хаем и Лаурой и остальными; в-третьих, если петиция удастся, это равносильно тому, чтобы отсечь Чжао Хаю руку. Они хорошо понимали: Лаура и остальные обладают выдающимися способностями к управлению, и с ними секта Кровавой Бойни остаётся стабильной. Даже если они поднимут смуту, ничего не выйдет.
Потому они хотели убрать Лауру и остальных. Стоит тем уйти, и Чжао Хаю придётся самому управлять сектой. Не говоря уже о его управленческих способностях, если его обступят дела секты, у него не останется времени ни на исследования, ни на культивацию. Тогда развитие секты остановится, сила Чжао Хая перестанет расти, и ему будет не до них. У них появится больше времени на подготовку. А когда всё будет готово, они начнут — и появится надежда отделиться от секты Кровавой Бойни.
Чжао Хай взглянул на них и вдруг рассмеялся:
— Вы подали петицию из-за этого? И устроили такой переполох? Но одного я не понимаю, не объясните ли вы мне.
Тут он сделал паузу, и его взгляд скользнул по лицам собравшихся.
Когда взгляд Чжао Хая прошёлся по ним, у всех по спине пробежал холодок. В его глазах не было убийственной воли, но они были пугающе холодны. Он смотрел на них не как на живых людей, а как на некие неодушевлённые предметы. Лица всех переменились.
Чжао Хай взглянул на них и произнёс низким голосом:
— Я не понимаю, кто дал вам право приходить сюда с петицией? Кем вы себя возомнили? Думаете, раз теперь вы главы отделений секты Кровавой Бойни, у вас есть такое право? Что можно подавать петиции? Смелости вам не занимать.
Услышав это, те изумились. Они с изумлением смотрели на Чжао Хая. Судя по его словам, он не собирался их щадить. Они думали, что таким способом заставят Чжао Хая уступить и он не посмеет их убить. Но теперь выходило, что он не намерен их прощать.
Чжао Хай холодно усмехнулся:
— Не думайте, что я не знаю, о чём вы думаете. Когда мы помещали те острова на остров Сюаньу, вы уже готовились поднять смуту. Потом почтенный дядя Яо, не желая, чтобы люди секты Гигантских Демонов погибли, рассказал вам, что я уже готов с вами разобраться. Я думал, вы образумитесь, но вы сменили способ. Вы, наверное, думали: если Лаура и остальные уйдут, управление сектой придёт в упадок, и мне придётся взяться за дела? Тогда у меня не останется времени помещать острова на остров Сюаньу? И вы сможете в смуте захватить немного власти. А когда подготовитесь, сможете отделиться от секты Кровавой Бойни? Хе-хе, вы, кажется, забыли, что мы за секта? Помните, что мы за секта?
Произнося последние слова, Чжао Хай уже полностью охладил голос. Он взглянул на них и произнёс низким голосом:
— Секта Кровавой Бойни. Мы — секта Кровавой Бойни. Видели ли вы, чтобы секта Кровавой Бойни перед кем-то склонялась? Перед могущественными высшего мира? Или перед союзным войском десяти великих сект? Неужели вы думаете, что теперь, когда положение секты Кровавой Бойни изменилось, она склонится перед вами? Глупцы. Я, Чжао Хай, после того как секту Кровавой Бойни уничтожили, шаг за шагом поднял её до нынешнего состояния. Разве это было за счёт того, что я перед кем-то склонялся? Мы шли вперёд, убивая. А вы теперь хотите, чтобы я склонился? Ха-ха-ха, я не знаю, назвать ли вас наивными или просто глупыми.
Услышав это, лица тех людей переменились. Они хотели двинуться, но обнаружили, что не могут. Только теперь они поняли, что на этой площади была огромная формация. И теперь, неизвестно когда, она активировалась. Они не могли двигаться, потому что сила формации полностью их сковала.
Один культиватор в ужасе воскликнул:
— Чжао Хай, что ты делаешь? Ты хочешь нас убить? Не забывай, мы уже сдались секте Кровавой Бойни, мы тоже люди секты Кровавой Бойни! Какое право ты имеешь нас убивать? Не боишься охладить сердца людей Поднебесной?
Это и было их прежней мыслью. Именно так они думали, потому и осмелились прийти сюда с петицией. По сути, это было замаскированное вынуждение к отречению.
— Я знаю, что вы все люди секты Кровавой Бойни, — глядя на них, ледяным голосом произнёс Чжао Хай. — Но устав моей секты Кровавой Бойни не пустая формальность. Раз вы сегодня осмелились прийти смутьянить, будьте готовы к наказанию. Ваше поведение равносильно измене секте. Как хочу, так и поступлю с вами. А насчёт охладить сердца людей Поднебесной? Ха-ха-ха — эта Поднебесная и есть наша, секты Кровавой Бойни. Чьи сердца охладим? Не слишком ли вы высокого мнения о себе?
(Конец главы)