Лишь спустя какое-то время Чжао Хай заговорил:
— Ваш способ неплох, он меня многому научил. Но, по-моему, его можно ещё доработать. Давайте так: я вернусь, подумаю ещё, а через несколько дней решу. Все свободны.
Все отозвались и вышли. Но видно было, что все они крайне воодушевлены — так или иначе, Чжао Хай сказал, что их способ годится, и этого достаточно.
Чжао Хай вернулся в пространство и снова ушёл в затворничество.
На сей раз это было настоящее затворничество. Он знал: нужно как можно скорее решить это дело, иначе быть большой беде. Потому на сей раз он никому не позволил себя беспокоить и, идя по пути, открытому Яо Цзяньхао и остальными, принялся тщательно всё просчитывать.
Способ Яо Цзяньхао и остальных был на самом деле отличным. Просто созданная ими техника оказалась не слишком ладной — в ней было множество противоречий. Начни по ней культивировать — последствия будут непредсказуемы.
Но это не беда. Чжао Хай мог сам доработать эту технику, и этого достаточно.
Десять дней подряд он провёл в затворничестве и лишь потом вышел.
Но, выйдя, он не пошёл к Яо Цзяньхао и остальным, а одним движением покинул остров Сюаньу и оказался снаружи.
Он взглянул на Руны Неба и Земли вдали, затем сложил руками магический знак и негромко произнёс:
— Линь.
С его словами несколько рун, на вид крайне сложных и необычных, вылетели прямо из его тела и вошли в Руны Неба и Земли.
Едва эти четыре руны вошли в Руны Неба и Земли, как те ярко вспыхнули, засияв золотым светом.
Затем Руны Неба и Земли словно претерпели огромную перемену — в них появились образы нескольких божественных зверей.
Эти божественные звери шевельнулись внутри рун, и некоторые символы в Рунах Неба и Земли тоже шевельнулись вслед за ними. Постепенно эти божественные звери вновь замерли.
Но сами Руны Неба и Земли стали выглядеть ещё стройнее. А если присмотреться — казались ещё сложнее, чем прежде.
Пока те руны входили в Руны Неба и Земли, Чжао Хай всё время стоял с закрытыми глазами. И даже когда Руны Неба и Земли стабилизировались, он не открыл их. Лишь спустя какое-то время он открыл глаза и, переведя дух, произнёс:
— И впрямь не ожидал, что мощь возрастёт настолько.
Чжао Хай постиг способ влить жизненные руны тех зверей-богов в Руны Неба и Земли.
На деле те жизненные руны зверей-богов не были по-настоящему влиты в Руны Неба и Земли — они и без того давно уже существовали внутри Рун Неба и Земли. Нужно было лишь перестроить их, обратив в руны тех божественных зверей.
А те руны божественных зверей, что выпустил Чжао Хай, были всего лишь зачином — словно приказ, заставляющий руны внутри Рун Неба и Земли работать по этому зачину и обращаться в руны тех божественных зверей.
Теперь мощь Рун Неба и Земли возросла. Но это было как раз кстати. В будущем, когда он пойдёт на Мир Теней, они придутся очень к месту.
Затем Чжао Хай одним движением вернулся на остров Сюаньу, вошёл в главный зал секты Кровавой Бойни и созвал туда всех.
На деле те люди уже знали, что Чжао Хай вышел из затворничества. Они тоже видели перемены в Рунах Неба и Земли.
Теперь Руны Неба и Земли были для них поистине слишком важны. Не замечать их они не могли. Потому стоило там произойти хоть малейшей перемене, как они сразу узнавали. А увидев, что это дело рук Чжао Хая, успокаивались.
Теперь, услышав зов Чжао Хая, они тут же собрались в главном зале.
Чжао Хай махнул рукой, велев им сесть, и заговорил:
— Ваш прежний способ я просчитал — он осуществим. Но в некоторых местах я кое-что изменил.
— Эту технику я назвал «Искусством закалки тела Трёх сил».
— Вы прежде говорили, что хотите отделить свою разделённую душу от жизненного инструмента и вернуть её в собственную душу. Я считаю, это не слишком хорошо. Ведь это скажется на вашем контроле над жизненным инструментом.
— Но если в жизненном инструменте останется лишь ваша разделённая душа, это и впрямь крайне опасно. Потому я применил формацию Трёх сил.
Тут Чжао Хай сделал паузу и продолжил:
— Эту формацию Трёх сил я, собственно, хочу поместить во внутреннее пространство инструмента.
— У жизненных инструментов всех нас почти у всех есть внутреннее пространство. Прежде от него было немного толку. Теперь мы можем пустить его в дело.
— В этом внутреннем пространстве нужно устроить Инь-ян громовой пруд.
— Этот Инь-ян громовой пруд — иная форма Громового пруда, только без громовых узоров. Громовые узоры — погибель для любой иньхуни, потому и используется Инь-ян громовой пруд.
— Этот Инь-ян громовой пруд может поглощать любую внешнюю силу и обращать её в иньскую, чтобы питать иньхуни. Так разделённая душа в нашем инструменте будет становиться всё сильнее.
Чжао Хай сделал паузу и продолжил:
— А почему «Трёх сил» — потому что я хочу поместить в инструмент три иньхуни.
— Кроме нашей собственной разделённой души, нужно поместить ещё две звериные души — или одну звериную душу и одну душу гу-червя. Потому и «Трёх сил».
— Эти три иньхуни должны образовать в том пространстве формацию Трёх сил. Тогда их сила станет ещё больше.
— А чем больше их сила, тем сильнее сам инструмент.
— И поскольку во главе Трёх сил стоит наша разделённая душа, у нас не будет никаких проблем с контролем над инструментом.
— И самое важное: я обнаружил, что в любом внутреннем пространстве на самом деле есть крошечная сила законов.
— И эта сила законов — на деле сила законов неба и земли. Просто её так мало и она так слаба, а никто её не направляет и не управляет ею, потому она бесполезна и её вообще никогда не замечали.
— Но сейчас мы можем ею воспользоваться.
— И способ применения тоже очень особенный — через нашу Божественность.
Тут Чжао Хай сделал паузу, обвёл всех взглядом и продолжил:
— Прежде у всех наших мастеров уровня Владыки острова была Божественность.
— И при достижении уровня Владыки острова Божественность появлялась, а законы неба и земли дарили тебе остров.
— Когда ты вливаешь свою Божественность в остров, ты получаешь над ним власть. Но полностью управлять им ты не можешь. Зато на этом острове твоя сила наибольшая. Думаю, это все знают.
Все кивнули.
Разумеется, знают. Разве прежде Предел Кровавого Моря не был таким?
Но одно им всё ещё было неясно — а как же быть ученикам без Божественности?
Ведь сейчас в секте Кровавой Бойни учеников без Божественности куда больше, чем с нею. Всё-таки уровень Владыки острова достигается не так-то просто.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Поскольку в последнее время произошло слишком много событий, да ещё я соединил Руны Неба и Земли с законами неба и земли Предела Кровавого Моря, здешние законы неба и земли тоже переменились.
— Как только ученики секты Кровавой Бойни сумеют влить три души во внутреннее пространство инструмента, инструмент тут же начнёт питать наших учеников — и у них появится Божественность.
— А затем они вольют Божественность в инструмент — и та крошечная сила законов неба и земли в инструменте полностью пробудится.
— Иными словами, они получат полностью своё пространство. И законы неба и земли этого пространства будут им подвластны.
— Хоть законы неба и земли этого внутреннего пространства можно считать лишь узлом законов неба и земли Предела Кровавого Моря, но оно относительно самостоятельно.
— Так мощь инструмента станет куда больше. Ведь это инструмент с самостоятельными законами неба и земли.
Все внимательно слушали Чжао Хая.
Они и не думали, что Чжао Хай придумает такой способ.
Но эта его мысль и впрямь поразила их — и несказанно обрадовала.
Подумать только: внутреннее пространство с самостоятельными законами неба и земли — это всё равно что уменьшенный Предел Кровавого Моря. И там всё будет по их слову.
От одной этой мысли захватывало дух.
Чжао Хай обвёл их взглядом и продолжил:
— После изготовления этот инструмент, даже подвергшись ударам иных законов неба и земли, под защитой внешнего инструмента сохранит три иньхуни во внутреннем пространстве невредимыми.
— А пока три иньхуни невредимы, сколько бы внешний инструмент ни разрушался, он тут же восстановится.
— Разумеется, в обычных условиях мы больше не будем доставать сам жизненный инструмент.
— Потому что то, о чём я говорил, — лишь первый шаг.
— Второй шаг — вобрать жизненный инструмент в наше божественное тело и сокрыть его в пещере Нивань Дворца Духа.
Чжао Хай сделал паузу и продолжил:
— В пещере Нивань Дворца Духа — самостоятельное пространство внутри нашего тела, там же постоянно пребывает наш Дхарма-образ.
— После того как мы поместим жизненный инструмент в пещеру Нивань Дворца Духа, инструмент, имея внутри нашу разделённую душу, соединится с нашим Дхарма-образом.
— Так он начнёт питать наше тело. К тому же инструмент и без того годится для боя, потому и тело наше переменится: искусство закалки тела станет куда сильнее, а скорость — выше.
— А в бою мы можем извлечь формации из инструмента и выделить из них инструмент, состоящий из формаций.
— Этот инструмент почти такой же, как наш жизненный, но создан лишь из формаций, выделенных из жизненного инструмента.
— Боевая мощь у него как у жизненного инструмента, но когда этот инструмент получает повреждения, это не сказывается на нашем теле.
— И впредь в бою мы больше не будем доставать сам жизненный инструмент. Разве что сами захотите — иначе ваш жизненный инструмент больше никогда не появится.
— Вам достаточно пользоваться этим энергетическим инструментом. Так мы лучше защитим жизненный инструмент и ничуть не потеряем в боеспособности — напротив, она станет ещё выше.
— Ведь с добавлением жизненного инструмента наш Дхарма-образ станет сильнее, а его материализация — легче и мощнее.
— И всё, что мог делать жизненный инструмент, мы по-прежнему сможем. Просто настоящий жизненный инструмент будет защищён, а мы будем пользоваться инструментом из формаций. Так безопаснее.
— И даже сам жизненный инструмент можно будет счесть нашим истинным внешним воплощением.
(Конец главы)