Десять дней пролетели незаметно.
Чжао Хай восстановился ещё за три дня до срока. Это сражение — и для него, и для острова Сюаньу — обернулось не бедой, а благом. После него он глубже понял свою силу: что можно использовать, что нельзя, какие удары он способен выдержать, выложившись до конца. И наконец уяснил, почему, отдав все силы, не был изгнан законами неба и земли Предела Кровавого Моря, не вознёсся и по-прежнему мог невозбранно здесь оставаться.
Чжао Хай обнаружил: есть две вещи, о которых никому нельзя знать. Одна — Древо ста духов, другая — пространство.
О пространстве и говорить нечего — оно помогало ему слишком много. А Древо ста духов прежде не казалось ему чем-то особенным, но теперь он смутно чувствовал: это нельзя выставлять напоказ. Почему — он и сам не знал, но чувство было отчётливым. Потому он ни за что не покажет Древо ста духов людям.
А то, что после удара в полную силу его не изгнали законы неба и земли Предела Кровавого Моря, объяснялось просто: законы неба и земли Предела уже слились с Рунами Неба и Земли. И хоть сейчас он ещё не мог полностью управлять этой силой, он понимал: рано или поздно овладеет ею. Потому законы неба и земли и не могли его изгнать — в каком-то смысле Чжао Хай уже мог управлять здешними законами неба и земли. А то, чем он управляет, его не выгонит.
Так Чжао Хай успокоился ещё больше. Силы крови в его пространстве было немало. В прошлый раз он выпустил в полную силу лишь кровь Сюаньу — и то отразил удар великих мастеров высшего мира Мира Теней. Если выпустить другие силы крови, они, надо думать, окажутся не слабее.
А остров Сюаньу на сей раз получил немало выгод.
Прежде Чжао Хай не знал, где предел острова Сюаньу, и не замечал, что некоторые формации на нём нуждаются в улучшении. После этого сражения он обнаружил: на острове Сюаньу много мест и много формаций требуют доработки. Разумеется, теперь ему достаточно было одной мысли, чтобы формации на острове Сюаньу улучшились. И Чжао Хай верил: после улучшения боевая мощь острова Сюаньу возрастёт ещё больше.
Когда Чжао Хай всё это уладил, он обсудил с Лаурой нынешнее положение секты Кровавой Бойни.
Особых проблем у секты сейчас не было, но несколько миллионов рабов-солдат — вот это была морока.
Те рабы-солдаты сдались, Чжао Хай и его люди сняли с них запреты и поставили запреты секты Кровавой Бойни. Но поведение рабов-солдат крайне разочаровало людей секты.
Рабы-солдаты вовсе не горели желанием противостоять Миру Теней и не испытывали благодарности к секте Кровавой Бойни. Хоть поначалу, когда с них снимали запреты, они и выказывали бурную радость, словно были благодарны, но прошло два дня — и они переменились. Они перестали благодарить секту и принялись попрекать её тем, что на них наложили запреты. А некоторые ещё и думали о своих семьях: они здесь сдались, а что будет с их родными? Что будет с их миром? Некоторые даже собирались бежать обратно в Мир Теней, лишь бы снова стать там рабами-солдатами.
К седьмому дню большинство рабов-солдат вдруг вспомнили, как хорошо было в Мире Теней. Они говорили, что Мир Теней к ним хорошо относился, что они там ели досыта и могли культивировать, а это, мол, очень неплохо. Некоторые даже считали, что предали Мир Теней, и начинали себя корить. А кое-кто и вовсе пытался напасть на учеников секты Кровавой Бойни.
Разумеется, тех, кто пытался напасть на учеников секты, тут же убили с помощью запретов. И это происшествие стало для рабов-солдат ещё одним поводом попрекать секту. Они говорили: вот, стоит выйти любому ученику секты Кровавой Бойни — и он может нас убить; так уж лучше нам в Мир Теней, там не так много людей, которые могут нас убить.
Честно говоря, услышав такое, ученики секты Кровавой Бойни остолбенели. Они решительно не могли понять: почему они спасли этих людей, дали им хорошую жизнь и ясно сказали, что запреты на них наложены лишь из опасения, что кто-то из них нападёт на учеников секты, и что стоит им заявить о желании противостоять Миру Теней — и запреты снимут. Но те словно не слышали. Они по-прежнему нападали на учеников секты и даже использовали это как повод поднять мятеж. Ученики секты Кровавой Бойни поистине не знали, что и сказать.
Прежде этим делом занималась Лаура. Её мнение было простым: пусть пока так посидят, посмотрим, чего они хотят, а потом решим. Если совсем невмоготу — отпустить их обратно в Мир Теней. Раз хотят в Мир Теней — пусть возвращаются.
Как раз Чжао Хай вышел из затворничества. И Лаура рассказала ему об этом деле.
Чжао Хай, выслушав, тоже счёл это невероятным. Но всё же решил сам взглянуть на рабов-солдат — посмотреть, чего они хотят. Потому он взял с собой всех высших чинов секты Кровавой Бойни и даже пригласил Ю Ичао, и они отправились за пределы острова Сюаньу.
Рабы-солдаты, разумеется, не могли войти на остров Сюаньу. Люди секты Кровавой Бойни отвели им участок, где они и находились, а снаружи за ними присматривали. Впрочем, в последние дни они вели себя довольно буйно. Несколько миллионов человек вместе занимали немало места.
Чжао Хай и его спутники поднялись в небо над местом, где стояли рабы-солдаты. Те сразу заметили Чжао Хая и его людей, сперва заволновались, а затем начали постепенно собираться — похоже, словно бы готовясь к противостоянию.
Увидев это, Чжао Хай слегка опешил, а затем рассмеялся.
Яо Цзяньхао и остальные стояли рядом с Чжао Хаем. Увидев его улыбку, они вдруг почувствовали, как по спине пробежал холодок.
Они неплохо знали Чжао Хая. Им было прекрасно известно: чаще всего на лице Чжао Хая — улыбка. И в большинстве случаев она мягкая, как и его характер. Иногда он и сердился — обычно когда ученики секты Кровавой Бойни совершали ошибки. Но и тогда, разбираясь с ними, он хоть и не церемонился, но обычно не лишал их жизни.
А иногда Чжао Хай словно бы улыбался, но в глазах его таилась жажда убийства. И вот тогда он действительно хотел убивать. И тогда обычно лились реки крови.
Сейчас Чжао Хай был именно таким.
Потому, увидев его, все невольно встрепенулись.
Чжао Хай остановился в воздухе, все тоже остановились, и никто даже не смел лишнего слова сказать. Все стояли молча.
Чжао Хай взглянул на рабов-солдат внизу и негромко произнёс:
— Я слышал, последние дни вы всё буяните. Что ж, выберите одного и скажите мне, чего вы хотите.
Голос Чжао Хая был негромок, и в нём не было ни капли гнева — даже мягок. Но все люди секты Кровавой Бойни невольно вздрогнули. Они поняли: рабам-солдатам не поздоровится.
Но рабы-солдаты этого не знали. Не знал и Ю Ичао.
Ю Ичао лишь с удивлением взглянул на Чжао Хая. Он не понимал, почему Чжао Хай так любезен с этими рабами-солдатами, тогда как перед войском Мира Теней держался столь жёстко. Это разожгло в нём любопытство, и он не удержался от взгляда на Чжао Хая.
А в это время в войске рабов-солдат внизу тоже началось волнение. Затем несколько человек вытолкнули вперёд. Они тоже взлетели. И когда они поднялись на одну высоту с Чжао Хаем, один из них, возглавлявший группу, отвесил Чжао Хаю поклон, прижав руку к груди:
— Глава секты Чжао Хай, мы не буяним. Мы лишь хотим сами распоряжаться своей судьбой.
Чжао Хай взглянул на него с улыбкой:
— Сами распоряжаться своей судьбой? С чего ты взял, что можешь ею распоряжаться? Когда ты был в Мире Теней, разве люди Мира Теней давали вам самим распоряжаться? Разве вы смели ослушаться их приказов? Они ставили вас впереди всего войска Мира Теней, делали пушечным мясом — разве вы смели ослушаться, смели требовать, чтобы самим распоряжаться? Почему же в Мире Теней вы не требовали сами распоряжаться своей судьбой, а придя к нам, вдруг стали требовать?
Услышав это, тот человек опешил. Затем тут же произнёс:
— Это другое. Люди Мира Теней держат в руках наши семьи, мы вынуждены так поступать. А сейчас мы лишь хотим вернуться в свой мир, чтобы не навлечь беду на родных. Мы не хотим здесь оставаться. Прошу главу секты Чжао Хая отпустить нас.
Чжао Хай с улыбкой произнёс:
— А если я не отпущу?
Чжао Хай поистине не ожидал, что эти ребята окажутся настолько глупы. Они ведь ринулись на центральное построение войска Мира Теней, обратили его в бегство — разве люди Мира Теней их пощадят? К тому же сейчас на них стоят запреты секты Кровавой Бойни, а они ещё смеют противиться секте. Чжао Хай поистине не понимал, о чём они думают.
Тот человек негромко произнёс:
— Тогда не пеняйте на нас, глава секты Чжао Хай. Я должен предупредить: нас несколько миллионов. Если все мы поднимемся против вас, боюсь, и секте Кровавой Бойни несдобровать. Мы всего лишь хотим вернуться домой — разве это неправильно?
— Ха-ха-ха-ха!
Чжао Хай взглянул на него и расхохотался:
— Ты спрашиваешь, что здесь неправильно?
Он смеялся, но взгляд его холодел:
— Ваш мир давно покорён Миром Теней. Отпустить вас обратно? Отпустить — и даже если вас не убьют люди Мира Теней, вы всё равно станете их рабами-солдатами. И тогда вы снова пойдёте против нас. И при таких обстоятельствах ты просишь меня отпустить вас? Вы ещё смеете противиться нам?
— Хочу спросить: кто дал вам смелость? Разве вы не знаете, что на вас наложены запреты людьми секты Кровавой Бойни? С запретами на теле вы ещё говорите о сопротивлении? И о том, что от вашего сопротивления нам будет плохо? Вы и впрямь не знаете, что на вас наши запреты, или позабыли? Или вы просто наглые, но безмозглые болваны?
(Конец главы)