В воздухе неподвижно парил огромный, необъятный дворец.
Он занимал тысячу му, весь чёрный, с высокими стенами цвета туши, с бесчисленными ярусами залов. Бесчисленные чёрные комнаты громоздились одна на другую, словно исполинский зверь, залёгший над облачным морем. Внутри и снаружи дворца бесчисленные воины стояли с копьями, в грозных доспехах, и даже дышали едва слышно. Над главными воротами зала висела огромная табличка, на которой три больших иероглифа были вырезаны, словно резцом по камню: Дворец Демонов-Богов.
Дворец Демонов-Богов был не одним залом, а целым архитектурным комплексом. Более трёхсот залов тянулись один за другим, разделяясь на зал совещаний, зал спокойствия, зал демонического дыхания и прочие. От каждого зала исходила тяжкая аура давления. Сейчас в зале совещаний кто-то сидел на высоком троне в самой его глубине.
Трон был поразителен. Под ним лежал чёрный металлический исполинский зверь с устрашающей мордой, распластавшийся посреди зала, с хребтом широким, как помост. На его спине и был воздвигнут трон. Спинкой трона служил чёрный феникс, расправивший крылья, словно готовый взлететь, — два крыла раскинулись, будто желая затмить весь зал. Подлокотниками были два чёрных дракона, покрытых плотной чешуёй, с опущенными головами. Весь трон возвышался над всем, устрашающий и жуткий, — одного взгляда на него хватало, чтобы сердце сжалось.
Человек, сидевший на троне, был облачён в чёрный халат, на вид ему было лет сорок с лишним, лицом он был необычайно красив. Оба его глаза были сплошь чёрными, без белков, глубокими, словно две бездонные холодные пучины. Всюду, куда падал его взгляд, люди невольно опускали головы, не смея встретиться с ним глазами.
Су Цинцюань и остальные стояли в зале. За ними хоть и стояли маленькие сиденья, никто не смел сесть. Все стояли, опустив головы, не смея даже дышать в полную силу, и тихо ждали, когда человек на троне заговорит.
Этот человек, разумеется, был императором Теней.
Он не носил императорской короны, лишь простой чёрный халат. Но никто не смел его недооценивать. Потому что он был владыкой Мира Теней. Во всём Мире Теней никто не смел ослушаться его приказа. Он мог по своему желанию решать жизни и смерти всех в этом зале. Именно поэтому эти люди перед ним старались даже дышать тише.
Император Теней обвёл Су Цинцюаня и остальных взглядом и негромко произнёс:
— Воистину не думал, что какая-то маленькая культиваторская плоскость окажется настолько трудной.
Голос его был негромок, но раскатывался по залу, словно давил со всех сторон.
— Об этой плоскости я слышал много раз. Мы много раз терпели от неё поражения. Хоть я всегда относился к ним серьёзно, их скорость роста, похоже, всё же превзошла моё воображение. Неплохо, воистину неплохо.
Он помолчал, и на губах его мелькнула едва заметная улыбка.
— Хозяина этой плоскости зовут Чжао Хай? Талантливый человек.
Никто внизу не смел говорить.
Но на лбах у всех выступил пот. Холодный пот. Они были слишком напряжены. Император Теней оказывал на них слишком сильное давление. Хоть он всё время хвалил Чжао Хая и не говорил, что будет их винить, они всё равно нервничали, всё равно боялись.
Император Теней взглянул на Су Цинцюаня и остальных и негромко продолжил:
— За нынешнее дело я вас не виню. Это я, государь, слишком их недооценил. Но на сей раз я больше их недооценивать не стану. Я, государь, намерен выступить лично и одним ударом их уничтожить. Всякий, кто смеет угрожать нашей плоскости, заслуживает смерти.
У всех в душе немного отлегло.
Они все знали: император Теней всегда говорит то, что делает. Потому что он император Теней — он не станет с тобой шутить и тем более насмехаться. В этом нет нужды. Захочет он твоей смерти — ты непременно умрёшь. Зачем ему ещё и насмехаться? Потому если император Теней сказал, что не винит их, значит, и вправду не винит.
Император Теней увидел, что никто по-прежнему не говорит, и продолжил:
— Прежде наш Мир Теней тоже сталкивался с самыми разными культиваторскими плоскостями, с самыми разными культиваторами. Но последний раз, когда культиваторы смогли пробиться в наш Мир Теней, был несколько тысяч лет назад. Не думал, что на сей раз это удастся секте Кровавой Бойни. Я даже проникаюсь к ним некоторым уважением.
Взгляд его потяжелел.
— Идите пока готовьтесь. Даю вам пять дней. Через пять дней я лично поговорю с тем Чжао Хаем. Если тот Чжао Хай согласится сдаться — ладно. Если они не захотят сдаваться — мы их уничтожим. Всем ясно?
Все хором произнесли:
— Да, исполним волю нашего императора.
Затем император Теней махнул рукой. Все вышли из зала. Все до единого ушли, ни один не остался. Император Теней всё так же сидел на троне, медленно закрыл глаза, словно уснул, и больше не издал ни звука.
.....
А тем временем в главном зале секты Кровавой Бойни.
Чжао Хай сидел на главном месте. Все высшие руководители секты Кровавой Бойни сидели в зале. Их только что созвал Чжао Хай. О внезапно появившемся в Мире Теней войске они все уже получили весть. Оценку Чжао Хая они тоже все знали. Они и вправду немного напряглись. Потому что не ожидали, что такое войско вообще существует.
Чжао Хай взглянул на всех и негромко произнёс:
— Это войско, появившееся на сей раз в Мире Теней, можно сказать, лучше всего сдерживает нас.
Он помолчал, и взгляд его прошёлся по всем.
— Но, по-моему, в этом мире нет ничего, что сдерживало бы абсолютно. Их войско хоть и называется сдерживающим нас, на деле сдерживает лишь наше энергетическое оружие и формации. Против нашего наступления полного сдерживания оно оказать не может.
Он медленно продолжил:
— Наша конница лучше всего в ближнем бою. Их копья сделаны не заклинаниями, мощь у них велика. Потому в этом они нас сдержать не могут. Против расы Иных они тоже почти не могут ничего. Раса нежити-гигантских зверей и раса нежити-растений — их они тоже сдержать не могут.
Голос его слегка потяжелел.
— Потому мы их не боимся. Боевая мощь у них велика, но и наша не хуже. К тому же их всего миллион — и вправду не о чем беспокоиться.
Услышав это, все в душе тоже немного успокоились.
Они верили Чжао Хаю. Что он скажет — тому и верили. Потому ничего не сказали, лишь уставились на него, желая услышать, что он скажет дальше. Но в душе они уже не тревожились о Гвардии Бога-Демона.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и негромко произнёс:
— К этому моменту противник всё же прислал лишь миллион такого войска. Это говорит о том, что такого войска у них не так уж много.
Взгляд его заострился.
— Впрочем, то, что у противника есть такое войско, превзошло мои ожидания. Прежде они много раз сражались с нами, но это войско так и не выставили. Это может означать лишь одно — это войско и в их Мире Теней крайне важно. Потому я считаю, что в Мир Теней прибыл кто-то важный. А это обычно означает, что они готовятся к общему наступлению на нас. Всем нужно быть готовыми.
Все хором отозвались.
Чжао Хай взглянул на всех и негромко произнёс:
— Всем вам всегда было крайне любопытно — обычно, когда ученики секты Кровавой Бойни тренируются в Иллюзорном мире реальности, они редко могут использовать энергетическое оружие. И энергетическое оружие, и энергетические формации — почти всем им недоступны. В Иллюзорном мире реальности их тренировки больше связаны с ближним боем.
Он помолчал, и взгляд его прошёлся по всем.
— Всем наверняка крайне любопытно, почему я заставляю учеников секты тренироваться в ближнем бою в Иллюзорном мире реальности? Ведь энергетическим оружием решать врага куда удобнее, но я всё время тренирую их способности к ближнему бою. Теперь, думаю, все знают ответ?
У всех изменилось выражение лица.
Чжао Хай медленно продолжил:
— Энергетическое оружие и вправду удобнее. Но оно не всемогуще. Во многих случаях польза от энергетического оружия крайне мала. В конце концов, лишь ближний бой способен по-настоящему решить врага. Потому мы обязаны тренировать способности учеников к ближнему бою и ни в коем случае не позволять им всё время использовать дальние атаки. Иначе, столкнувшись с врагом в ближнем бою, они могут быть тотчас разбиты.
Все словно прозрели, а затем разом отозвались.
Чжао Хай взглянул на них и негромко продолжил:
— Мы, секта Кровавой Бойни, никогда не боялись никакого сильного врага. Эти враги — испытание для нас. Противник прислал такое войско вовсе не для того, чтобы оно одно ударило по нашей обороне. Оно непременно станет остриём. Как только это войско ворвётся в наш лагерь, остальные их войска тотчас воспользуются случаем и ворвутся в нашу великую формацию. Они хотят одним ударом нас разбить, даже уничтожить.
Голос его потяжелел.
— А мы ни за что не позволим этого.
— Не позволим!
Все хором взревели.
Они уже дошли до такого, как они могли думать о том, чтобы позволить противнику себя уничтожить? Они ни за что не позволят. Что ж, биться насмерть? Как сказал Чжао Хай, люди секты Кровавой Бойни никогда не боялись биться насмерть.
— Да, мы ни за что не позволим! Что, бой? Люди секты Кровавой Бойни никогда не боялись!
Чжао Хай громко произнёс:
— Передайте приказ: враг хочет этим отрядом нас уничтожить — что ж, мы тоже воспользуемся этим отрядом, чтобы дать Миру Теней великое сражение! Одним ударом выбьем из врага веру в себя, чтобы у них больше не было смелости с нами сражаться! Тогда мы сможем полностью одолеть людей Мира Теней!
— Бой! Бой! Бой!
Все в секте Кровавой Бойни громко закричали. Слова Чжао Хая зажгли в них кровь. Они хотели выбить из врага веру, выбить смелость. И тогда посмотрим, как враг станет с ними воевать. Тогда они смогут полностью разбить Мир Теней и превратить его земли в свои.
Чжао Хай взглянул на них и кивнул, негромко произнеся:
— Передайте приказ: этот бой ведём как решающий! Одним боем уничтожить врага и одержать окончательную победу!
Все снова дружно отозвались.
Тогда Чжао Хай махнул рукой. Все тотчас вышли из главного зала передавать приказ.
С этим приказом вся секта Кровавой Бойни вскипела. Долгие тренировки ближнего боя в Иллюзорном мире реальности не лишили учеников секты Кровавой Бойни боевого духа. Напротив, они вовсе не боялись ближнего боя. Более того, они считали ближний бой самым мужским способом сражаться. Потому они не только не испугались грядущего великого сражения, а, напротив, воодушевились и ждали его.
Обе стороны делали последние приготовления.
Последнее великое сражение готово было вот-вот разразиться.
Это было сражение, решавшее судьбу двух миров. Победившая сторона, даже если и не получит всего сразу, заложит прочнейшую основу для будущей возможной великой победы. А проигравшая может потерять всё. Даже если и не потеряет всё сразу, потеряет инициативу. Переломить ход будет почти невозможно.
Потому этот бой был крайне важен. Можно сказать, он решал окончательную судьбу двух миров. Никто не смел проявить небрежность. Потому что никто не мог позволить себе проиграть.
(Конец главы)