Разобравшись с делами Сунь Буюя, Чжао Хай сразу вернулся в командный пункт. Там кипела работа: один за другим отдавались приказы — секта Кровавой Бойни официально начала расширение.
На этот раз в линии обороны, выстроенной Миром Теней, людей было не так уж много. Потому, стоило найти способ с ней справиться, как это оказалось не так уж трудно. Разобравшись со степью, лесом, рекой и горными пещерами, Чжао Хай и остальные, разумеется, продолжили наступление.
На самом деле в горных пещерах они отправили Сунь Буюя и его людей установить Колесо Законов — и это уже само по себе было своего рода расширением. Теперь оставалось лишь превратить его в официальное. Вся эта возня была нужна потому, что без предварительной установки Колеса Законов прямое расширение оказывалось не таким простым. Они не могли, как прежде, выдвинуть линию обороны вперёд крупными силами и лишь затем расширяться — приходилось использовать другой способ.
Рельеф в горных пещерах был особый: крупные силы там не могли развернуться, к тому же там не было силы законов. Потому сначала требовалось с помощью Колеса Законов превратить пещеры в зону, накрытую их силой законов. Тогда Иной-насекомые могли действовать, а их армия — ринуться вперёд, не опасаясь силы законов Мира Теней. Так они могли с наименьшими потерями взять горную линию обороны.
Теперь они наконец могли расширяться. Ведь Иной-насекомые уже заняли горную линию обороны, и все люди Мира Теней там были уничтожены. Стоило решить вопрос с пещерами, как остальные направления тоже двинулись вперёд — три других ведь уже были улажены.
Однако едва Чжао Хай и остальные начали расширяться, как Мир Теней тотчас дал отпор.
Сначала — степь. Стоило им расширить силу законов, как на степи поднялись бесчисленные высокие Соломенные люди и двинулись на секту Кровавой Бойни. К счастью, Чжао Хай подготовился заранее. Их гигантские големы тоже ринулись вперёд и схлестнулись с Соломенными людьми. А Цинлун по-прежнему вливал природную энергию в траву на земле, отчего та взрывалась и гибла. Так они подрубали корень Соломенных людей — не будет травы, не будет и соломенных воинов.
Но Чжао Хая и остальных немало удивило то, что хотя большая часть травы после вливания природной энергии погибла, часть уцелела и даже изменилась. Стебли и листья стали зелёными, а корни — чёрными; на траве распустился маленький цветок, а прожилки в листьях тоже были чёрными. Выглядело это крайне странно.
Хотя бой ещё шёл, некоторые ученики секты Кровавой Бойни заметили это и тотчас доложили. Вскоре Ху Вэй с мастерами растений отправилась изучать эту траву. В итоге выяснилось: это мутировавшая трава. В ней были сила проклятия и сила разрушения, и эти силы достигли странного равновесия с природной энергией — оттого и появилась такая трава.
Увидев её, Ху Вэй и её люди, разумеется, обрадовались. Они тотчас пересадили траву в пространство Сюаньу, а часть отправили к алхимикам, чтобы те изучили, какая от неё может быть польза.
Услышав об этом, Чжао Хай тоже заинтересовался. Он взял немного травы и занялся исследованием сам. Командование боем всё равно было не на нём — за него отвечали Вэньхай и остальные, — так что времени у Чжао Хая хватало.
И вот, изучив траву, Чжао Хай обнаружил, что она и вправду вся состоит из сокровищ.
В её корнях почти целиком заключены сила проклятия и сила разрушения. Эти две силы сплелись воедино и добавили к себе частицу природной энергии — так корень стал наилучшей средой для применения проклятий.
Для проклятий нужна среда. Разумеется, Чжао Хаю она не нужна — у него есть проклятая формация. Но многим ученикам секты Кровавой Бойни для проклятий среда всё же требовалась. А для разных проклятий нужны разные среды. Из-за этого проклятия в секте Кровавой Бойни так и не получили распространения: ученикам они казались слишком хлопотными. Для каждого проклятия — своя среда, слишком много мороки. А перепутаешь среду — и проклятие бесполезно. Кто станет пользоваться таким искусством? Разве что для внезапной атаки; в бою это слишком неудобно.
Но корень этой травы — природная универсальная среда. Иными словами, порошок из её корней подойдёт для большинства проклятий, заменив все прочие материалы. Скажем прямо: с этой штукой ученикам секты Кровавой Бойни станет куда проще применять проклятия.
А стебли и листья травы — зелёные с чёрными прожилками. Чжао Хай проверил: такие листья снимают большинство проклятий. И не подавляют, а действительно снимают. Видно, насколько велика их польза. Чжао Хай и сам поразился — он никак не ожидал, что у этой травы окажется столько достоинств.
А вот цветок озадачил Чжао Хая. Вроде бы ничего особенного, но Чжао Хай чувствовал, что от него есть польза. Он внимательно рассматривал цветок — маленький чёрный цветок. И странное дело: он казался ему смутно знакомым.
Присмотревшись, Чжао Хай сразу понял. Цветок и вправду был особенным. У него было удивительное свойство — скрывать ауру. В цветке ощущалась аура Мира Теней, но при этом он скрывал любую другую ауру. Ощущение было крайне странным.
Однако, придя к такому выводу, Чжао Хай встрепенулся. Ему вдруг пришла в голову мысль: если цветок действительно скрывает ауру человека, то, может, стоит ученикам секты Кровавой Бойни носить при себе такой цветок — и тогда они смогут проникать в Мир Теней, не будучи замеченными законом неба и земли?
От этой мысли Чжао Хай разволновался. Он тотчас выбрал небольшого демонического зверя, прикрепил к нему цветок и отправил зверя в Мир Теней. Ему хотелось посмотреть, обнаружит ли его закон неба и земли Мира Теней.
Выпустив зверя, Чжао Хай неотрывно следил за ним. Зверь покинул земли секты Кровавой Бойни и вошёл на территорию Мира Теней. И едва он туда ступил, как к нему тотчас устремилось некое сознание. Психическая сила Чжао Хая была привязана к зверю. Он знал: если закон неба и земли Мира Теней действительно обнаружит неладное, он непременно расправится со зверем. Даже если не пошлёт людей, то ударит самим законом. Потому Чжао Хай внимательно следил за тем, что будет.
Но вскоре он заметил: сознание скользнуло по зверю и потеряло к нему интерес. Зверь не подвергся никакой атаке, закон неба и земли его не подавил. Это открытие заставило Чжао Хая встрепенуться — оно подтвердило его догадку.
Убедившись в этом, Чжао Хай захотел провести второй этап испытания. Но он понимал: сейчас они сражаются с Миром Теней, потому второй этап придётся отложить на потом. Он велел зверю вернуться на земли секты Кровавой Бойни.
Затем Чжао Хай рассказал о своём открытии алхимикам, а Ху Вэй и её людям велел начать массово выращивать эту траву. Чтобы сохранить её свойства, Чжао Хай выделил особый участок и установил там формацию, имитирующую среду: трава должна была впитывать энергию, подобную энергии Мира Теней, — и даже закон неба и земли был изменён. Чжао Хай использовал Колесо Законов Мира Теней, чтобы воссоздать его закон неба и земли и сохранить свойства травы.
Алхимики тоже воодушевились. Ведь польза от травы была поистине велика. С ней боевая мощь секты Кровавой Бойни возрастёт. И самое главное — с этой травой секта наконец перестанет быть неспособной добывать сведения о Мире Теней.
Из-за различия законов неба и земли секта Кровавой Бойни, войдя в Мир Теней, кроме расширения владений, так и не могла собирать разведданные. Стоило человеку секты появиться на землях Мира Теней, как закон неба и земли тотчас его обнаруживал. И тогда он либо сам расправлялся с ним, либо оповещал людей Мира Теней, и те уничтожали пришельца. Поскольку законы неба и земли двух миров совершенно различны, человек секты Кровавой Бойни в Мире Теней был как светлячок в ночи — разумеется, скрыться от закона неба и земли он не мог. Потому Чжао Хай и перестал посылать людей в Мир Теней: сколько ни пошли — всем смерть, смысла нет.
Но появление этой травы могло всё изменить. Стоит взять с собой цветок — и закон неба и земли Мира Теней не обнаружит чужака, а примет его за своего. Тогда можно будет посылать людей в Мир Теней за сведениями. Даже если не удастся затесаться в армию Мира Теней, можно хотя бы разведать рельеф, увидеть, что вокруг. И тогда они смогут подготовиться заранее. Потому главный вклад этой травы в секту Кровавой Бойни — именно это. Можно сказать, она помогла секте решить важнейшую проблему. Потому и Чжао Хай, и алхимики придавали ей такое значение.
(Конец главы)