Эта буря борьбы за власть наконец, в ходе переговоров между великими сектами и Миром Теней, казалось бы, благополучно завершилась. Разумеется, это была лишь официальная версия — объяснение, данное Владыкам островов пределов Облачного моря. Мир Теней пока не хотел окончательно рвать с ними отношения и потому дал такое объяснение: они-де захватывали власть исключительно ради блага пределов Облачного моря. Тысячелетняя война на носу, и в последний год они хотели лишь провести особую подготовку учеников всех островов — потому и прибегли к такому способу.
Этой речью можно было обмануть обычных учеников. После десятилетий промывания мозгов они давно утратили прежнее почтение к своим Владыкам островов и даже перестали слушаться их приказов, обратившись взглядом к наставникам Мира Теней. Потому они и впрямь поверили басням Мира Теней.
Но Владыки островов не поверили. По их мнению, речи Мира Теней были сплошной чепухой. Какая такая особая подготовка учеников? Будь это ради подготовки, зачем захватывать власть? Разве нельзя было договориться с Владыками островов? Зачем непременно захватывать? Потому они были крайне недовольны объяснениями Мира Теней.
Однако немедленно рвать с Миром Теней они тоже не собирались. Во-первых, сверху давили секты; во-вторых, тысячелетняя война была на пороге — оставался всего год. Начни они сейчас конфликт с Миром Теней — и всему конец. Не то что наступать на Предел Кровавого Моря — Мир Теней, чего доброго, развернётся и ударит по ним самим.
Как Владыки островов своих сект, они более-менее понимали силу Мира Теней. Они прекрасно знали: Мир Теней чудовищно силён, и в случае конфликта ничего хорошего не выйдет. Но что хуже всего — они обнаружили, что ученики их почти не слушаются. Это изрядно их поразило и заставило очнуться: все эти годы они слишком увлеклись культивацией, слишком считали людей Мира Теней хорошими и упустили, какое влияние Мир Теней оказывает на обычных учеников. Теперь даже захоти они конфликтовать с Миром Теней — вряд ли выйдет: немного найдётся учеников, что встанут на их сторону.
Владыки островов пределов Облачного моря обнаружили, что оказались в крайне неловком положении. Они могли лишь сотрудничать с Миром Теней, потому что не в силах были ему противиться; а когда захотели противиться — не получили поддержки учеников. Этого они никак не ожидали.
Но и поделать ничего не могли. Дело уже свершилось, раскаяние запоздало. К тому же верхушка сект тоже согласилась с действиями Мира Теней — и они поистине не знали, что и сказать. По множеству причин тем Владыкам островов оставалось лишь подавить недовольство и продолжать сотрудничать с Миром Теней.
Разумеется, Мир Теней тоже больше не позволял себе лишнего. Они даже перестали захватывать власть и официально принесли тем Владыкам островов извинения. С некоторых островов, где конфликты были особенно острыми, они даже отозвали наставников. Такие действия немало успокоили Владык островов.
Едва это дело уладилось, пределы Облачного моря принялись всеми силами готовиться к войне. В конце концов, тысячелетняя война на пороге — без подготовки никак нельзя. Потому все тут же погрузились в подготовку. Это был и способ сект успокоить Владык островов — им говорили: скоро великая битва с Пределом Кровавого Моря, и тогда придётся рассчитывать на войска Мира Теней, потому нужно готовиться. Так что оставим это дело. И Владыкам островов оставалось лишь смириться.
Впрочем, к Вэньхаю всё это отношения не имело. Секта Шанцин была одной из тех, что теснее всех сотрудничали с Миром Теней. Среди сект, где прежде вспыхнули конфликты с Миром Теней из-за захвата власти наставниками, секты Шанцин не было. В секте Шанцин всё шло как обычно, без волнений. Те Владыки островов — кто в затворничестве, кто занят своими делами — и никто не шёл на конфликт с Миром Теней.
На деле не то чтобы они не хотели конфликта — просто их острова давно были под контролем Мира Теней, и противиться они были не в силах. К тому же сверху давил Юйцинцзы, и те Владыки островов секты Шанцин давно отдали контроль над островами. Единственным, кто этого не сделал, был, пожалуй, остров Ли Цинтяня. Ученики Ли Цинтяня собрались на его острове. Хоть там и был наставник Мира Теней, ученики Ли Цинтяня не давали ему слишком много распоряжаться. Они должны были беречь остров Ли Цинтяня и ждать его возвращения. Потому что верили: Ли Цинтянь непременно жив и непременно вернётся.
Время шло, и до начала тысячелетней войны оставалось всё меньше. Тут и Вэньхай с двумя учениками завершили затворничество и вышли. Им нужно было готовиться к тысячелетней войне. Честно говоря, на всём острове Юйцин, кроме Су Юйшаня и Хуан Юйхая, Вэньхай ни о ком не заботился. Живы те или мертвы — ему было безразлично.
Разумеется, теперь те люди и не слушались Вэньхая — они слушались лишь наставника Мира Теней. При таком положении Вэньхай, разумеется, и не стал о них печься. Су Юйшань и Хуан Юйхай — тоже, но, глядя на тех людей, они злились, очень злились — ведь этот остров изначально был их.
Вэньхай же ничем себя не выдавал. Вскоре после выхода из затворничества он повёл Су Юйшаня и Хуан Юйхая в главный зал секты Шанцин. Сейчас там находилось немало Владык островов секты Шанцин — таково было требование секты. Секта под предлогом того, что в главном зале духовная энергия гуще и, находясь вместе, легче вырабатывать слаженность. Но на деле — чтобы удобнее было контролировать их острова через Мир Теней.
Против этого у тех Владык островов не было хорошего выхода. Секта постановила — приходилось слушаться. Они не были так сплочены, как ученики Ли Цинтяня, что держались вместе и просто не приходили в главный зал. А Вэньхай больше половины года проводил в затворничестве, не вмешиваясь в дела острова, потому Юйцинцзы и не стал силой переводить его в главный зал.
Но на сей раз Вэньхай пришёл в главный зал сам. Прибыв, он сразу отправился к Юйцинцзы. Тот был всё таким же — волосы давно седые, перемен не видно. Если и было изменение, то в том, что аура его стала ещё мощнее.
Вэньхай пришёл в кабинет Юйцинцзы. Теперь и кабинет переменился — уже не такой простой, как прежде. В комнате стоял большой письменный стол, нефритовое кресло. Напротив стола — несколько кресел, все деревянные. Юйцинцзы сидел в том нефритовом кресле и смотрел на Вэньхая. Су Юйшань и Хуан Юйхай в кабинет не пошли.
Вэньхай отвесил Юйцинцзы поклон:
— Приветствую главу секты.
Он всегда держался очень незаметно и к Юйцинцзы был крайне почтителен. Сейчас — тоже. Он ни за что не хотел ошибиться в последний момент. Он прекрасно понимал: чем ближе к концу, тем важнее каждый шаг.
Юйцинцзы кивнул и улыбнулся:
— Вэньхай пришёл. Скоро великая битва, я уж боялся, что ты не успеешь. Не ожидал, что ты выйдешь из затворничества именно сейчас. Хорошо, очень хорошо.
Он был Вэньхаем весьма доволен. По его мнению, этот Вэньхай и впрямь был фанатиком боевых искусств, словно ни о чём, кроме культивации, не помышлял. Иначе не позволил бы людям Мира Теней контролировать весь остров. Именно это Юйцинцзы и радовало больше всего.
Вэньхай улыбнулся:
— Именно из опасения не успеть к великой битве я и вышел из затворничества. Глава секты, у меня есть просьба — я хочу попасть в первый отряд, что отправится в Предел Кровавого Моря. Как вы на это смотрите?
Именно так — сегодня Вэньхай пришёл просить о зачислении. Он хотел пораньше увидеть Чжао Хая.
Услышав это, Юйцинцзы опешил, затем пристально взглянул на Вэньхая:
— Не ожидал, что ты, Вэньхай, захочешь в первый отряд. Знай же: первый отряд — дело крайне опасное. В тот момент люди Предела Кровавого Моря будут сопротивляться отчаяннее всего. Пойдёшь в первом отряде — можешь оказаться в опасности.
Вэньхай негромко произнёс:
— Это неважно. В последнее время в культивации я наткнулся на предел и хочу воспользоваться случаем, чтобы закалиться. Прошу главу секты дозволить.
Он, разумеется, не боялся опасности. У них был подробный план, все уже связались, оставалось лишь дождаться начала войны. О какой опасности тут говорить.
Услышав это, Юйцинцзы успокоился. По его мнению, Вэньхай и впрямь был фанатиком боевых искусств: хотел через великую битву закалиться и найти случай для прорыва — вполне естественно. Многие, наткнувшись на предел, пользовались этим способом, ничего странного.
Потому Юйцинцзы улыбнулся:
— Вот оно что. Хорошо, я согласен, сейчас же распоряжусь.
Вэньхай поднялся, поблагодарил Юйцинцзы и вышел из кабинета. Больше он ничего не сказал — раз цель достигнута, и ладно.
Юйцинцзы, глядя ему вслед, пробормотал:
— Ещё и сам просится в первый отряд. Что ж, тем лучше — разом со всеми вами разберусь, чтобы потом не возиться.
Не успел он договорить, как на небольшой формации у его стола вдруг появилась нефритовая табличка. Юйцинцзы взял её, прочёл содержимое, и на лице его появилось выражение, будто он и усмехается, и нет. Он тихо рассмеялся:
— Забавно. В такое время этот старый хрыч ещё и вернулся. Только что толку возвращаться сейчас? Нынешняя секта Шанцин — уже не та, что была при твоём уходе. Кстати, раз уж ты с Вэньхаем связывался — так и составьте друг другу компанию.
С этими словами он отложил табличку, и в его глазах промелькнул странный огонёк. В том огоньке таился холод.
(Конец главы)