Ли Цинтянь тихо сидел в комнате покоя.
Он присоединился к секте Кровавой Бойни уже три месяца назад. Сегодня он впервые пробовал создать внешнее воплощение. Хотя в пространстве он проделывал это много раз, по-настоящему, в реальности, всё равно не мог избавиться от волнения. Он несколько раз глубоко вздохнул, успокоил сердце и лишь затем приступил к созданию внешнего воплощения.
Разделение души, создание внутреннего пространства магического инструмента, сгущение Божественности, отделение Божественности от внутреннего пространства и формирование независимого закона — Ли Цинтянь шаг за шагом выполнял всё это, прекрасно понимая: возможность даётся лишь однажды. Если потерпеть неудачу сейчас, второго шанса не будет. Мало того — душа и дух пострадают, а сила сильно убавится. Потому он был особенно осторожен.
Время шло по крупицам.
Наконец последний шаг был завершён. У Ли Цинтяня наконец появилось собственное внешнее воплощение. Обретя его, он сразу понял, в чём его польза: теперь он мог обходиться без магических инструментов вовсе. Даже в бою ему достаточно было использовать только энергетическое оружие. Впрочем, это и озадачило его: почему ученики секты Кровавой Бойни носят доспехи и берут в руки магические инструменты?
Впрочем, сейчас он не стал задаваться этим вопросом. Да и спросить было некого. Потому он поднялся и с воодушевлением вышел наружу. Он даже не обратил внимания на голема-слугу, что заговорил с ним, и вышел прямо во двор. Затем взмахнул рукой — и в его ладони появился длинный меч. Но меч этот был энергетическим, не похожим на обычные клинки.
Затем он сменил ещё несколько инструментов. И верно: энергетическое оружие в его руках могло менять форму в любой миг, и магические формации внутри него менялись следом. Это обрадовало Ли Цинтяня ещё больше.
Как раз в этот миг послышался голос:
— Старейшина Ли, вот уж не думал, что ты так скоро создашь внешнее воплощение. Редкость, воистину редкость.
Ли Цинтянь обернулся и увидел, что говорил Вэньхай. С Вэньхаем они не виделись почти два месяца. После той последней встречи он ушёл в затворничество и вышел только сейчас, создав внешнее воплощение. Не ожидал он, что едва выйдя, встретит Вэньхая.
Ли Цинтянь улыбнулся:
— Что вы, что вы. Судя по вашему виду, старейшина Вэнь, вы уже давно создали внешнее воплощение? Вы ведь быстрее меня.
Едва взглянув на Вэньхая, он сразу понял, что тот тоже уже создал внешнее воплощение, потому и сказал так.
Вэньхай покачал головой и негромко произнёс:
— Немного быстрее. Я сам создал внешнее воплощение только позавчера. Цао Цзюнь и остальные до сих пор не вышли из затворничества — видно, ещё не создали. Кстати, старейшина Ли, раз уж ты создал внешнее воплощение, скоро тебе принесут доспехи и инструменты. Постарайся поскорее к ним привыкнуть и хорошенько потренируйся в Иллюзорном мире реальности.
Ли Цинтянь, услышав это, невольно удивился:
— Старейшина Вэнь, разве у нас теперь нет энергетического оружия? Зачем же тогда носить доспехи и брать инструменты?
Это и было то, чего он никак не мог понять. Ему казалось, что с энергетическими инструментами надобность в доспехах и оружии отпадает полностью — сущее расточительство.
Вэньхай рассмеялся:
— Никакого расточительства, ровным счётом никакого. Если использовать одни лишь энергетические инструменты, расход магической силы очень велик. Потому секта кое-что усовершенствовала: доспехи и инструменты, что нам выдают, внутри не имеют формаций. Мой энергетический инструмент можно наложить сверху — так и получается магический инструмент. Расход становится меньше, а сила атаки — больше. Секта придумала это после многих лет испытаний.
Ли Цинтянь наконец понял. Он и вправду не ожидал такого. Он кивнул:
— Вот оно что. Тогда и вправду стоит попробовать.
Всевозможные приёмы секты Кровавой Бойни уже перестали удивлять Ли Цинтяня — настолько он к ним привык. Он понял: не случись истории с Миром Теней, пределы Облачного моря, пожалуй, уже были бы захвачены сектой Кровавой Бойни — уж слишком отсталым было их развитие по сравнению с сектой.
Как раз в это время во двор вошёл старейшина У. Увидев Ли Цинтяня, он улыбнулся:
— Старейшина Ли, наконец-то ты вышел из затворничества. Судя по виду, внешнее воплощение создано. Поздравляю. Держи, это твои доспехи и инструменты, взгляни. Да, через десять дней тебе посадят семя жизни. Так что за эти десять дней хорошенько привыкни к внешнему воплощению и поддерживай себя в наилучшей форме. Иначе это может повлиять на посадку семени. Обязательно запомни.
С этими словами он повернулся и ушёл.
Ли Цинтянь принял доспехи и инструмент. Инструмент, что ему дали, оказался в форме железной руи — на вид точно такой же, как выбранный ранее жизненный магический инструмент. Разумеется, теперь тот уже стал его внешним воплощением. Он провёл рукой по железной руи и невольно замер. Хотя энергетический инструмент мог менять форму по желанию, Ли Цинтянь прекрасно знал: сильнее всего его энергетический инструмент в форме руи. Потому железная руи подходила ему как нельзя лучше.
Вэньхай, глядя на него, улыбнулся:
— Ладно, старейшина Ли, возвращайся и попробуй в Иллюзорном мире реальности. Поскорее привыкни к инструментам — в бою это тебе очень пригодится. Через десять дней посадишь семя жизни, а когда Цао Цзюнь и остальные выйдут из затворничества и тоже посадят семена, сможете взяться за свой план. За эти дни натиск Мира Теней постепенно ослаб. Для нас это, безусловно, добрая весть. Надо торопиться — постараемся осуществить план, пока они не отступили.
Ли Цинтянь, услышав это, тоже кивнул. Он прекрасно понимал: во время тысячелетней войны на десять лет на реке Инь-Ян появится Туманный мост, так что времени ещё много. Но если люди Мира Теней вместе с людьми Облачного моря отступят обратно в Облачное море, осуществить их план станет лишь труднее. Потому лучше всего было взяться за него, пока люди Мира Теней не ушли, и посмотреть, что удастся получить.
Вернувшись в комнату, Ли Цинтянь тотчас вошёл в Иллюзорный мир реальности и опробовал новые доспехи и инструмент. Он обнаружил: стоило влить своё энергетическое оружие в доспехи и инструмент, как защита доспехов становилась необычайно прочной, а сила атаки инструмента — чрезвычайно мощной, куда сильнее, чем при прямом использовании энергетического инструмента. Это тоже порадовало Ли Цинтяня. Некоторое время он провёл в Иллюзорном мире реальности, отрабатывая боевые приёмы, и лишь затем покинул его.
Противниками Ли Цинтяня в боевых тренировках в Иллюзорном мире реальности были люди Мира Теней. Он знал: в будущем главным врагом станут именно они, потому и выбрал их для отработки. К тому же у него были с ними счёты, и ему хотелось узнать их слабые места.
На следующий день после выхода Ли Цинтяня из затворничества Цао Цзюнь и остальные тоже один за другим покинули затворничество. Разумеется, речь шла о мастерах уровня Владыки острова и выше. У культиваторов ниже этого уровня метод совершенствования несколько отличался от метода Ли Цинтяня и его людей, и они не тренировались вместе с ними. К тому же в плане, который собирались осуществить Ли Цинтянь и его товарищи, не могли участвовать ученики ниже уровня Владыки острова — это было слишком опасно.
После выхода Цао Цзюня и остальных старейшина У тоже принёс им доспехи и инструменты. Доспехи были почти одинаковыми, а инструменты — такими же, как их жизненные магические инструменты. Он также сказал, что через десять дней им посадят семя жизни, и велел готовиться. Цао Цзюнь и его товарищи, не увидев Ли Цинтяня, решили, что тот ещё не вышел из затворничества, и забеспокоились. Старейшина У, заметив их тревогу, сразу сказал, что Ли Цинтянь уже вышел и даже получил доспехи и инструменты первым. Тогда Цао Цзюнь и остальные успокоились и, радостные, разбежались по комнатам пробовать оружие.
Десять дней пролетели незаметно.
В этот день Ли Цинтянь только что закончил совершенствовать магическую силу и собирался выйти узнать, кто же будет сажать ему семя жизни, как вдруг услышал стук в дверь. Ли Цинтянь поспешно отозвался:
— Входите.
С этими словами голем-слуга открыл дверь.
Ли Цинтянь выглянул и увидел, что за дверью стоят двое. Один — старейшина У, другой — культиватор в одежде секты Кровавой Бойни. Но этот культиватор был довольно странным: от него исходила необычайно мягкая аура. Аура эта была очень приятной и даже отдавала лёгким ароматом растений.
Ли Цинтянь поспешно вышел навстречу и сказал обоим:
— Старейшина У пришёл, прошу, входите.
С этими словами он впустил старейшину У и того культиватора секты Кровавой Бойни в комнату. Заодно он разглядывал незнакомца. Ему доводилось видеть немало учеников секты Кровавой Бойни, но с такой аурой — впервые.
Старейшина У, понимая, о чём думает Ли Цинтянь, улыбнулся ему:
— Старейшина Ли, это мастер растений из Шэньцзитана, Гу Юйфэн. Именно он посадит тебе семя жизни. Старейшина Гу, это старейшина Ли. Прошу, приступайте.
Очевидно, положение этого Гу Юйфэна было немалым — старейшина У говорил с ним весьма учтиво.
Ли Цинтянь поспешно отвесил Гу Юйфэну поклон:
— Ли Цинтянь приветствует старейшину Гу. Прошу простить за беспокойство.
Услышав, что именно этот человек посадит ему семя жизни, он, разумеется, не посмел проявить небрежность. Ведь с семенем жизни культиватор обретает вторую жизнь. Как тут было медлить?
Гу Юйфэн слегка улыбнулся. Улыбка его была очень мягкой, словно весенний ветер. Он сказал Ли Цинтяню:
— Старейшина Ли, вы слишком любезны. Это моя обязанность. Итак, старейшина Ли, вот несколько семян. Прислушайтесь к чувству. Как при выборе жизненного магического инструмента: к какому семени вас потянет сильнее всего, то и выбирайте.
С этими словами Гу Юйфэн достал несколько семян и положил их на столик. Семена были разные — крупные и мелкие, разного цвета. Ли Цинтянь вовсе не знал, семена каких растений перед ним и для чего они вообще нужны. Однако он ничего не сказал и тотчас закрыл глаза, прислушиваясь к чувству.
(Конец главы)