Сопротивление тех мастеров пределов Облачного моря на этом окончательно завершилось. Они уже поняли, что их сковали и противиться не осталось сил, потому и присмирели. Но присмиреть — присмирели, а в душе вовсе не собирались мириться. Они знали, что Мир Теней наложил на них запреты, и, разумеется, думали о том, как их снять. По их мнению, каким бы ни был запрет Мира Теней, способ его сломать всё равно найдётся. Стоит снять запрет — и можно будет обратить оружие против людей Мира Теней.
Однако вскоре те мастера обнаружили нечто, причинившее им невыразимую боль: их собственные ученики перестали их слушаться. Ученики словно обезумели и слушались лишь приказов Мира Теней. К приказам наставников секты они не питали ни малейшего уважения. Это причиняло тем людям невыразимую боль.
Среди них были и люди секты Шанцин. Мастера уровня Владыки острова секты Шанцин в этот момент тоже вспомнили о Ли Цинтяне. Когда-то Ли Цинтянь всеми силами противился союзу с Миром Теней, но Юйцинцзы его подавил. В конце концов Ли Цинтянь всё же согласился на союз с Миром Теней, и его ученики тоже стали его поддерживать. Но Ли Цинтянь ушёл и вернулся лишь к началу великой битвы. Теперь, узнав правду, люди секты Шанцин вспомнили, что делал Ли Цинтянь, и даже стали по нему тосковать. Как им хотелось, чтобы Ли Цинтянь тогда настоял на своём!
Но они не подумали о том, что именно из-за их поддержки Юйцинцзы Ли Цинтянь в конце концов был вынужден согласиться с его словами и на союз с Миром Теней. Поражение Ли Цинтяня было напрямую связано с ними. А теперь они хотели, чтобы тот самый Ли Цинтянь настоял на своём.
Впрочем, именно потому, что они вспомнили о Ли Цинтяне, они обнаружили и другое: Ли Цинтянь не участвовал в их нынешней операции. Более того, Ли Цинтянь и его люди исчезли. Не только Ли Цинтянь исчез — исчезли и все, кто с ним был связан. А ещё исчез Вэньхай.
Обнаружив это, люди секты Шанцин крайне озадачились. Хоть битва и была жестокой и погибло немало мастеров уровня Владыки острова, сила Ли Цинтяня и Вэньхая давно достигла Царства Проникновения в Законы и выше. Их не так-то просто было убить. А теперь они исчезли. Разве это не странно?
Юйцинцзы, прибывший на линию обороны у реки Инь-Ян, тоже узнал об этом. Он тут же велел выяснить, кто последним видел Ли Цинтяня и кто последним видел Вэньхая. Одновременно он доложил об этом людям Мира Теней и попросил их тоже помочь в расследовании.
Когда люди Мира Теней завершили расследование, Юйцинцзы и впрямь остолбенел. Мир Теней поднял всех на поиски, и им и впрямь удалось выяснить. Они выяснили, что Ли Цинтянь не действовал вместе с людьми секты Шанцин, а действовал отдельно. Более того, кто-то видел Вэньхая вместе с Ли Цинтянем. Они вели крупный магический инструмент, вошли в белый туман секты Кровавой Бойни — и после этого исчезли.
А люди Мира Теней также проверили запреты на Ли Цинтяне и его людях и обнаружили, что запреты исчезли. Запрет на человеке может исчезнуть лишь в двух случаях: либо он умер — раз человек мёртв, то и запрет на нём естественным образом исчез. Либо запрет сняли. Только эти два варианта.
Это открытие изрядно поразило людей Мира Теней. Затем они провели расследование и насчёт всех пропавших на сей раз. Они проверяли только пропавших, а тех, кто точно погиб, не проверяли. И это расследование и впрямь выявило одну вещь: пропавших на сей раз оказалось немало. И главное — у всех у них было одно общее: все они вознеслись из низшего мира. А среди пропавших на сей раз, кроме вознёсшихся из низшего мира, были лишь самые близкие к ним и самые преданные им люди. Больше никто не пропал.
Это дело изрядно поразило людей Мира Теней, а людей пределов Облачного моря — тем более. Они вдруг обнаружили, что рядом с ними всё время скрывалась некая сила. И сила эта была немалая. А теперь эта сила исчезла. А если вспомнить, что глава секты Кровавой Бойни Чжао Хай тоже вознёсся из низшего мира, то напрашивался вывод, в который им самим не хотелось верить: все те люди — подчинённые Чжао Хая в низшем мире. И теперь все они ушли к Чжао Хаю.
Разумеется, эту весть знали лишь немногие, потому большого переполоха она не вызвала. Но она засела занозой в сердцах людей Мира Теней и таких, как Юйцинцзы. Они вдруг обнаружили, что их противник, похоже, сильнее, чем они думали.
Хоть люди Мира Теней и расследовали это дело, наступление они не прекратили. И наступали целых полмесяца. Полмесяца яростных атак, а линия обороны секты Кровавой Бойни всё стояла неколебимо. Они не получили ни малейшей выгоды. Напротив, со временем оборона секты Кровавой Бойни становилась только лучше. Это поистине превзошло все ожидания.
Однако Вэньхай немного тревожился. За эти полмесяца он так и не увидел Чжао Хая. Он хорошо знал Чжао Хая. Чувства между Чжао Хаем и ними были очень глубоки. Теперь они прибыли в секту Кровавой Бойни, и Чжао Хай не мог не видеться с ними полмесяца. К тому же шла великая битва — это могло означать лишь одно: с Чжао Хаем что-то случилось.
Вэньхай тут же навёл справки. В конце концов сама Лаура вышла и сказала ему: с Чжао Хаем и впрямь случилась беда. В прежнем бою с Миром Теней Чжао Хай получил ранение и теперь залечивал его. И полмесяца прошло, а рана Чжао Хая всё не зажила. Сейчас Чжао Хай всё ещё на линии обороны у стыка и залечивает рану прямо в небе, и никто не смеет его трогать.
Эта весть крайне поразила Вэньхая. Он не ожидал, что Чжао Хай получит настолько тяжёлое ранение. Они с Дин Чуньмином тут же захотели увидеть Чжао Хая, но Лаура их остановила. Лаура сказала им: даже если они пойдут, ничем не помогут. Сейчас важнее всего — выковать внешние воплощения и поднять свою силу. Только так они смогут помочь Чжао Хаю.
Вэньхай и остальные понимали это и потому согласились. Затем они ушли в затворничество. Им хотелось поскорее поднять свою силу и поскорее помочь Чжао Хаю. На деле за эти полмесяца они уже узнали о положении в секте Кровавой Бойни. Но за эти полмесяца они лишь знакомились с сектой и с методом выковки внешнего воплощения. А в это затворничество они уходили, чтобы улучшить свои техники культивации — сделать их мощнее и пригоднее для выковки внешнего воплощения.
На деле Вэньхай и остальные ещё не знали о таком, как Иллюзорный мир реальности. Потому что дать им сразу соприкоснуться с Иллюзорным миром реальности было бы не к добру. Сперва нужно было дать им познакомиться с сектой Кровавой Бойни, а уже потом — с Иллюзорным миром реальности. Лучше всего — после того, как их техники будут переделаны, дать им узнать о существовании Иллюзорного мира реальности. В конце концов, для выковки внешнего воплощения непременно нужен Иллюзорный мир реальности. Без многократной отработки искусства разделения души в Иллюзорном мире реальности выковка внешнего воплощения крайне опасна.
А Чжао Хай и впрямь, как говорила Лаура, всё это время стоял в небе над островом Сюаньу, словно залечивая рану. На деле он стоял так уже целых полмесяца. Однако сейчас он не залечивал рану, а переживал новое озарение. Потому можно сказать, что он был в затворничестве.
То, что он мог сейчас уйти в затворничество, объяснялось тем, что противник больше не повторил прежней атаки. Это его успокоило. А раз пришло озарение, Чжао Хай прямо так, стоя, и ушёл в затворничество. Разумеется, рядом с ним всё время были люди. Хоть они и тревожились, но, видя, что лицо Чжао Хая становится всё лучше, тоже немало успокоились. В конце концов, Чжао Хай сейчас был Держащим море в покое для секты Кровавой Бойни.
А поспешил Чжао Хай с затворничеством потому, что озарение на сей раз оказалось поистине особенным. Озарение пришло от той энергии, что вошла в его тело, — энергии, полной силы разрушения. Сперва Чжао Хай лишь хотел изгнать ту силу, потому что она разрушала его тело слишком сильно.
Но, противостоя силе разрушения своими силами несколько дней, Чжао Хай вдруг обнаружил, что эта сила словно бы не совсем обычна. Она всё время давала ему странное чувство знакомости. Это крайне озадачило Чжао Хая. Он не понимал, почему эта сила кажется ему знакомой.
С этим чувством Чжао Хай перестал лишь уничтожать эту силу. Он принялся её изучать. Ему хотелось понять, что это за сила и почему она кажется знакомой. После двух дней изучения Чжао Хай наконец обнаружил: эта сила кажется знакомой потому, что, хоть она и обладает разрушительной природой, она словно бы одного корня с его силой проклятия.
Это открытие крайне поразило Чжао Хая. Надо сказать, его сила проклятия хоть и была сложной энергией, использовавшейся в основном для боя, всё же отличалась от силы разрушения. А теперь он обнаружил, что эта сила одного корня с силой проклятия. И он знал, что эта сила исходит от людей Мира Теней. Так почему же сила, исходящая от Мира Теней, одного корня с искусством проклятия?
Затем Чжао Хай попробовал переварить эту силу с помощью своей проклятой формации. Эта сила хоть и была могущественной, но словно не имела собственного сознания. Едва столкнувшись с проклятой формацией, она тут же устремилась в неё. А с притоком этой силы проклятая формация, похоже, тоже переменилась, мало-помалу становясь всё сложнее.
Столько лет Чжао Хай изучал проклятую формацию. Но поскольку проклятая формация и формации, которые он использовал, были совершенно разными системами, прогресс в изучении был небольшим. Лишь после появления Рун Неба и Земли изучение проклятой формации ускорилось. Но всё равно было недостаточно. И вот теперь, к его удивлению, проклятая формация словно сама эволюционировала.
(Конец главы)