Огромная рука, в глазах Ли Цинтяня и его людей ставшая совершенно прозрачной, пронесла их над линией обороны и плавно опустила по ту сторону. Тотчас навстречу хлынуло множество культиваторов. Возглавлявший их человек взглянул на Вэньхая и, прижав руку к груди, произнёс:
— Вы и есть Вэньхай? Старейшина секты Кровавой Бойни Чан Цзюнь приветствует господина Вэня. Глава секты велел передать: отныне господин Вэнь — старейшина нашей секты Кровавой Бойни, и называть его следует старейшиной Вэнем.
Прибывшим был именно Чан Цзюнь. Ныне эту линию обороны охранял он. Чжао Хая здесь не было — Чжао Хай отправился на линию обороны у стыка, туда, где Мир Теней наносил главный удар. Здешняя же оборона была создана лишь для того, чтобы спутать построения секты Кровавой Бойни, потому Чжао Хай и не оставил здесь никого. Но самого Чжао Хая тут не было.
Вэньхай взглянул на Чан Цзюня и тоже прижал руку к груди:
— Приветствую старейшину Чана. Часто слышал, как глава секты о вас вспоминал. Сегодня наконец довелось увидеться — честь для Вэньхая. Только вот мы, все эти люди, совершенно не знаем нынешнего положения дел и плохо знакомы с сектой Кровавой Бойни. Боюсь, ничем помочь не сможем. Старейшина Чан, может, сперва устроите нас на отдых, а заодно дадите нам познакомиться с сектой Кровавой Бойни?
Чан Цзюнь улыбнулся:
— Хорошо. Старейшина Вэнь, уважаемые, прошу за мной.
С этими словами Чан Цзюнь повёл всех к стоявшему неподалёку крупному магическому инструменту. Тот тоже был корабельной формы, но крайне странной — четырехугольной. Хоть и корабль, но никакого оружия на нём не было, не было и ничего лишнего. Походил он скорее на ларец.
Но едва все вслед за Чан Цзюнем вошли внутрь, как разом застыли. Внутреннее пространство этого крупного магического инструмента оказалось поистине огромным — сразу видно, что применено искусство внутреннего пространства. Но ещё больше их поразило то, что внутри росли растения, было небо и стояли дома. Этот крупный магический инструмент походил на целое передвижное пространство. Это поистине поражало.
Чан Цзюнь, глядя на их лица, улыбнулся:
— Это наш транспортный корабль, глава секты предложил его построить. Только при изготовлении решили, что использовать его лишь для перевозки войск — слишком расточительно, вот и сделали таким. Хе-хе, глава секты ничего не сказал. Теперь такие транспортные корабли в секте в шутку называют передвижными пространствами.
С этими словами он уже привёл всех к большому двору. Здесь стоял целый комплекс построек. Чан Цзюнь подвёл всех к воротам двора и произнёс:
— Здесь приготовлено место для отдыха всех уважаемых. Поскольку великая битва уже началась, ученики крайне заняты, и прислуживать вам будут лишь големы. Прошу не взыскать. Что понадобится — скажите этим големам. Сейчас снаружи война не ждёт, мне нужно идти. Старейшина Вэнь, здесь прошу вас всё устроить.
Вэньхай, разумеется, не стал отказываться. Он знал: раз Чан Цзюнь так поступает, значит, так распорядился Чжао Хай. И Чан Цзюня он знал — тот был нынешним правой рукой Чжао Хая. Эти люди ведь давно покинули Чжао Хая, о секте Кровавой Бойни хоть кое-что и знали, но немного, и сейчас и впрямь ничем помочь не могли. А вот устроить всех — это было можно. Он тут же кивнул:
— Прошу старейшину Чана не беспокоиться, предоставьте это мне.
Чан Цзюнь кивнул, отвесил всем поклон и вышел. Снаружи шла великая битва, и он должен был за ней следить. Хоть он и верил, что эта линия обороны непременно сдержит натиск врага, но без присмотра всё равно было неспокойно.
Когда Чан Цзюнь ушёл, Вэньхай и остальные сразу направились к тем постройкам. Едва они вошли, как навстречу вышел металлический человек. Ростом он был с обычного человека, одет в воинское одеяние, но весь — из металла. Лицо его, однако, имело черты, и черты эти выглядели очень живыми, ничуть не грубыми. Он взглянул на всех и отвесил Вэньхаю поклон:
— Приветствую старейшину Вэня. Управляющий один-пять-два-семь ждёт распоряжений.
Вэньхай опешил, затем понял, что имеет в виду этот металлический голем. Он кивнул, взглянул на голема и негромко произнёс:
— Сперва устрой всем место для проживания, затем приготовь нам краткую историю секты Кровавой Бойни, карту этих построек и описание некоторых инструментов.
Вэньхай уже заметил: искусство формаций в секте Кровавой Бойни ныне выше, чем было в секте Морской Разведки. А значит, здесь непременно есть множество формационных инструментов. О себе и своих людях он не беспокоился — боялся за Ли Цинтяня и его людей, которые вовсе не знали, как этими вещами пользоваться. Потому и велел голему-управляющему всё это подготовить.
Один-пять-два-семь произнёс:
— Да. Прошу уважаемых господ следовать за мной.
С этими словами один-пять-два-семь повернулся боком и сделал приглашающий жест. Все не стали церемониться и вошли. Но Ли Цинтянь и его люди с любопытством разглядывали этого механического управляющего — прежде им не доводилось видеть ничего подобного.
Когда все вошли в тот комплекс построек, они сразу увидели по обе стороны дороги големов. Эти големы тоже были одеты в воинские одеяния и ничем не отличались от механического управляющего. Но один-пять-два-семь по очереди велел каждому голему проводить кого-то из пришедших до комнаты.
К тому же каждому полагался голем-слуга, готовый прислуживать. Такой приём изрядно удивил Ли Цинтяня и его людей. Ли Цинтянь вместе со своим големом-слугой пришёл во двор, следом за ним — несколько его учеников. Их разместили в одном дворе. Едва войдя во двор, они изумились. Во дворе росло большое дерево, а двери комнат во дворе были распахнуты — видно было, что убранство внутри неплохое.
Ли Цинтянь повернулся к ученикам и негромко произнёс:
— Сперва приберитесь в комнатах, а потом посмотрите, что нам тут приготовили. Хочу взглянуть, что написано в этой краткой истории секты Кровавой Бойни. Идите.
Все отозвались, выбрали по комнате и вошли.
Ли Цинтянь тоже подошёл к двери своей комнаты и взглянул на убранство. Первое помещение походило на гостиную: там стояли диваны, посреди — маленький столик с нефритовыми чашками. Пол был деревянный, но поверх него росли зелёные травинки. Да, именно росли. Ли Цинтянь мог с уверенностью сказать: эти зелёные растения и впрямь росли из пола, а не были постелены сверху. И это ничуть не отталкивало — напротив, вызывало ощущение жизни.
В комнате было ещё три двери: по одной слева и справа и одна в глубине. Тут стоявший за спиной Ли Цинтяня голем заговорил:
— Господин, левая комната — комната покоя для культивации, правая — чайная, она же кабинет, а самая дальняя — ваша спальня.
Ли Цинтянь кивнул и сперва осмотрел гостиную. Обстановка была простая: кроме дивана и столика — лишь полка для древностей. На полке стояли разные вещи: чашки, чайник, нефритовые таблички и даже несколько магических инструментов — на вид очень красиво.
Затем Ли Цинтянь осмотрел левую комнату. Она была ещё проще: внутри лишь подушка для медитации, больше ничего. Но именно здесь Ли Цинтянь ощутил нечто иное. Он обнаружил, что духовная энергия здесь гуще, а сама комната поистине тиха — очевидно, использована формация вроде комнаты покоя. Это его весьма порадовало. Такие комнаты покоя — именно то, что нужно культиватору.
Затем Ли Цинтянь прошёл в правую комнату. Здесь тоже стояла полка для древностей, на ней — несколько книг и нефритовых табличек. Разумеется, был и письменный стол, стул, а на столе — все письменные принадлежности, всё в полном порядке, очень изящно. Такое убранство Ли Цинтяня обрадовало ещё больше. У него была одна страсть — он любил бумажные книги. Не ожидал, что здесь найдутся бумажные книги. Надо сказать, такие книги встречаются крайне редко — культиваторы обычно пользуются нефритовыми табличками.
Наконец Ли Цинтянь прошёл в спальню. Едва войдя, он застыл. Убранство спальни тоже было очень простым: лишь кровать, а по обе стороны от неё — два небольших шкафчика. Оба шкафчика невысокие и небольшие, видно, для того, чтобы класть под руку разные мелочи.
Но удивило Ли Цинтяня то, что было на этой большой кровати. На ней словно была постелена звериная шкура. Шкура была очень толстой, на вид мягкой и тёплой — при одном взгляде хотелось прилечь. Но, увидев эту кровать, Ли Цинтянь нахмурился.
Он был родом из большой семьи и с детства не знал нужды. Но такая кровать и в мире культивации встречалась крайне редко. Потому что культиваторы не придают значения удовольствиям, к тому же в мире культивации издавна бытует мнение: чрезмерные удовольствия подрывают волю культиватора к совершенствованию и влияют на его путь к Дао. Со временем культиватор может облениться. А для культиватора это не к добру.
Тут голем-слуга снова заговорил:
— Господин, краткая история секты Кровавой Бойни и нефритовые таблички с описанием предметов уже готовы. Прикажете взглянуть сейчас?
Эти две вещи велел подготовить Вэньхай, и големы, очевидно, действовали быстро — всё, что он просил, уже было готово, причём по экземпляру на каждого.
Ли Цинтянь опешил, но всё же негромко произнёс:
— Хорошо, пойдём в кабинет, там и посмотрю.
С этими словами он повернулся и пошёл в кабинет. Голем-слуга следовал за ним и вошёл в кабинет. Когда Ли Цинтянь сел, голем-слуга повёл рукой — и в ней появились две нефритовые таблички. Затем он протянул их Ли Цинтяню. А Ли Цинтянь так и не увидел, откуда голем их достал.
(Конец главы)