Белоглазый и остальные, разумеется, не стали возражать. Все они с любопытством разглядывали тех призраков. Призраки отсалютовали им, и в руках у каждого был компас. Такой вид и вправду немало удивил Белоглазого и его товарищей — впрочем, лишь любопытство, без неприязни.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Они не слишком сильны в бою, но одарены в формациях и весьма сообразительны, с ними можно нормально общаться. Потому в бою вы должны их оберегать, лучше всего держать при себе. Понятно?
Все четверо дружно отозвались. Чжао Хай махнул рукой:
— Идите. После того как на этот раз уничтожим армию Области бессмертных духов, мы двинемся вглубь Области бессмертных духов. Вам тоже нужно готовиться. И заодно, пользуясь случаем, что Область бессмертных духов идёт на нас, хорошенько натренируйте своих подчинённых. Запомните: мне нужно одно — чтобы они слушались. Все, кто сдался нам, обязаны слушаться. Осмелятся не слушаться — пусть умрут.
У всех четверых ёкнуло в душе, и они отозвались. Они прекрасно понимали, что имеет в виду Чжао Хай. Сейчас новоприбывших слишком много, и среди них вполне могут быть те, кто затаил иные мысли. С такими они никогда не церемонились — сразу лишали жизни, устраняя все нестабильные элементы, а оставшиеся, естественно, присмиреют.
У Лю Цзюня на лбу выступил холодный пот. Теперь он и вправду чувствовал себя невероятно везучим. В прошлый раз в Цзяньбичэне он сдался Чжао Хаю, потом предал, затем снова сдался — и Чжао Хай дал ему этот шанс, да ещё и приблизил его. Будь это нынешний Чжао Хай, он бы ни за что не дал такого шанса.
На самом деле Лю Цзюнь уже примерно понимал, зачем Чжао Хай дал им тогда возможность. Но он ничуть не винил Чжао Хая, напротив, считал себя очень везучим. Не захоти Чжао Хай тогда дать этим людям увидеть истинное лицо людей из Области бессмертных духов, он, вероятно, не дал бы им шанса — отправить их на смерть было бы самым естественным.
Чжао Хай не обратил внимания на мысли Лю Цзюня и лишь махнул рукой. Все тотчас ушли. Когда они удалились, на лице Чжао Хая появилась улыбка. Тех призраков, которых он выпустил, конечно, создали не из старейшин высшего мира, а из учеников секты Кровавой Бойни — все они были из расы призраков. Они отлично разбирались в формациях и были Чжао Хаю беззаветно верны. И, что важнее всего, те призраки вовсе не были такими уж слабыми в бою, как говорил Чжао Хай. Напротив, их боевая мощь была чрезвычайно велика. Осмелься Белоглазый и остальные замыслить иное — жизни их отняли бы именно те призраки.
Разумеется, Чжао Хай верил, что Белоглазый и остальные не посмеют его предать. Но необходимые меры предосторожности всё же следовало принять. Белоглазый и его товарищи ведь тоже вознеслись из низшего мира, и что у этих типов на уме — никто не скажет. Пока Чжао Хай не мог выпустить всех людей секты Кровавой Бойни, он не мог дать Белоглазому и остальным ни малейшего шанса.
Когда Белоглазый ушёл, Чжао Хай взглянул на армию Области бессмертных духов за стенами, и по его мысленной команде крылатый конь прыгнул к нему. Чжао Хай двинулся и вскочил на коня. У Суйфэн тоже последовал за ним. Он всё ещё был скелетом, но, чтобы выглядеть поприличнее, Чжао Хай изготовил для него полный доспех, полностью скрывавший его тело. Так для окружающих У Суйфэн рядом с Чжао Хаем выглядел как могучий воин в доспехах, а не как скелет.
Разумеется, теперь У Суйфэн под доспехами вновь обрёл человеческий облик — ведь вид скелета был ему всё же непривычен. Но перед Белоглазым и остальными он всё ещё представал скелетом. Ведь пока нельзя было давать Белоглазому и его товарищам знать о расе нежити.
Оба встали на спину крылатого коня. Конь громко заржал и устремился к армии Области бессмертных духов за стенами. Вскоре они вырвались за пределы великой формации Цзяньбичэна и оказались перед армией Области бессмертных духов. Но в глазах армии Области бессмертных духов эти конь и двое всадников будто возникли из пустоты, что тотчас вызвало переполох.
Чжао Хай смотрел на армию Области бессмертных духов, и люди в ней тоже увидели Чжао Хая. Они тотчас напряглись, в войске поднялось волнение. Затем несколько фигур медленно вышли вперёд и остановились примерно в двух ли от Чжао Хая, холодно глядя на него.
Чжао Хай смотрел на этих людей. Все они были старейшинами высшего мира, но, судя по виду, обычными старейшинами, а не великими мастерами. Это немного разочаровало Чжао Хая. Он взглянул на них и негромко произнёс:
— Господа, я пришёл не к вам. Я хочу поговорить с теми, кто у вас главный. Позовите того, кто здесь всем распоряжается.
Услышав это, лица старейшин высшего мира переменились. Один из них холодно хмыкнул:
— Хм, а ты что за птица? Уже то, что мы вышли к тебе, — великая честь. А ты ещё смеешь выдвигать требования — поистине не знаешь, где смерть.
С этими словами он двинул рукой, и в его ладони вдруг появился летающий меч. Затем он взмахнул им в сторону Чжао Хая. Меч обратился в молнию и ударил прямо в Чжао Хая.
Чжао Хай стоял, не шелохнувшись. И тут из рога на голове коня под его ногами вдруг вырвалась молния. Эта молния была невероятно быстра и ударила в летающий меч. Меч, поражённый молнией, на миг застыл в воздухе, а затем рухнул на землю. А на лице того старейшины, что выпустил меч, промелькнула нездоровая краснота, которая тотчас сменилась мертвенной бледностью.
Чжао Хай стоял на спине крылатого коня и отчётливо видел лицо того человека. Он холодно усмехнулся, взглянул на него и негромко произнёс:
— Я же сказал: позовите того, кто у вас действительно главный. Полагаю, раз уж вы привели столько людей, среди вас непременно есть несколько великих мастеров высшего мира. Что же, не смеют выйти?
— Хм.
Раздался холодный хмык. Затем несколько фигур вырвались из-за спины войска. Хотя летать они не умели, каждый их прыжок походил на скольжение в воздухе, уносившее их далеко. Несколько прыжков — и они оказались в двух ли от Чжао Хая и остановились.
Чжао Хай взглянул на них. Все они выглядели немолодыми и держались с большим достоинством. Хоть на них и были белые одеяния, они казались весьма изысканными. Стоя там, они затмевали армию за своей спиной.
Чжао Хай взглянул на них, слегка улыбнулся и отсалютовал:
— Полагаю, вы и есть великие мастера из высшего мира? Чжао Хай приветствует вас.
С этими людьми Чжао Хай держался довольно учтиво. Как ни крути, их сила говорила сама за себя, потому он и был с ними довольно вежлив.
Пришедших было семеро. Трое держали длинные мечи на поясе; ещё трое — длинные клинки за спиной. А стоявший в середине был монахом. В руке он держал чётки, был в лунно-белом монашеском одеянии и всем своим видом походил на праведного монаха.
Монах взглянул на Чжао Хая и вдруг, сложив ладони, поклонился ему:
— Амитабха, бедный монах Фацзин приветствует благодетеля Чжао Хая. Благодетель, приветствую.
Этот монах был весьма учтив. Но Чжао Хай видел: из всех семерых именно этот монах был самым сильным и самым опасным.
Чжао Хай слегка улыбнулся и отсалютовал Фацзину:
— Приветствую мастера. Мастер, сегодня Чжао Хай пришёл лишь сказать: изначально я не хотел враждовать с вами, но раз уж всё зашло так далеко, я должен думать о жизнях нескольких миллионов моих людей и могу лишь идти до конца. Потому прошу мастера простить меня. Мастер, небо любит жизнь. Я пришёл сюда, чтобы уговорить мастера — вам, людям высшего мира, лучше уйти с Чёрно-белого поля битвы и уступить его нам. Мы непременно будем сражаться с теневой расой до конца, не отступим.
Едва Чжао Хай это сказал, как лица нескольких человек рядом с монахом сильно переменились. Один из них холодно хмыкнул:
— Мальчишка, что ты этим хочешь сказать? Неужели хочешь сказать, что мы, эти люди, не искренне сражаемся с теневой расой?
Чжао Хай взглянул на него, потом на остальных и слегка улыбнулся:
— Искренни вы или нет — знаете только вы сами, мне неведомо. Ваши поступки я оценивать не стану. Но, независимо от того, нападаете вы на нас или нет, мы будем сражаться с теневой расой. Об этом прошу не беспокоиться.
Фацзин махнул рукой, останавливая остальных. Он спокойно взглянул на Чжао Хая:
— Благодетель, возможно, немного не так нас понял. Давайте так: я могу взять это на себя. Если благодетель вернётся в Область бессмертных духов, вновь перейдёт под её начало, всё, что ты сделал прежде, мы предадим забвению. Все, кто шёл за тобой, тоже смогут стать людьми Области бессмертных духов. Их прежние поступки мы тоже простим. Как?
Чжао Хай взглянул на Фацзина и слегка улыбнулся:
— Мастер, твои заверения не могут меня убедить. Если я и вправду вернусь в Область бессмертных духов и приведу туда всех, кто шёл за мной, нас тотчас разобьют, и у нас не останется даже права на переговоры. Тогда вы будете лепить из нас что угодно. Потому я не могу согласиться. И, честно говоря, за долгое время наблюдений я так и не увидел, чтобы вы, здешние люди, искренне хотели сражаться с теневой расой. Потому тем более не могу согласиться.
Услышав это, Фацзин опешил. Затем он слегка нахмурился и взглянул на Чжао Хая:
— Но что же мы сделали, что породило у благодетеля такое недоразумение? Прошу благодетеля не беспокоиться: у нас с теневой расой кровная вражда, мы непременно будем сражаться с ними здесь до конца, непременно искренне. Об этом прошу не тревожиться.
Чжао Хай с невозмутимым лицом смотрел на Фацзина. Ему и вправду хотелось знать, правду ли говорит этот Фацзин — думает ли он так на самом деле или нарочно прикидывается несведущим.
(Конец главы)