— Хотя на этот раз наступление Теневого Демонического Предела мы и отбили, но никто не заметил ничего особенного? Говорите.
Чжао Хай сидел в лагере, обводя взглядом лица собравшихся. Шёл день после второго наступления Теневого Демонического Предела с использованием силы законов. В прошлый раз теневая раса снова пришла и снова ушла ни с чем — более двадцати тысяч теневых, вошедших в великую формацию, все погибли внутри, ни один не вышел. А когда снизошёл божественный свет, сила законов теневой расы снова отступила.
Это дело, разумеется, воодушевляло и приводило в восторг весь Союз Острого Меча. Но Чжао Хай прекрасно понимал: теневые не глупцы. Они непременно станут понемногу искать способ справиться с формацией. Пусть даже полностью её не разрушат, но немало хлопот доставят наверняка. Потому кое-что он был обязан сказать.
Белоглазый и остальные, услышав слова Чжао Хая, нахмурились. Честно говоря, они и впрямь не заметили ничего особенного. Разве что теневые научились атаковать землю и без остановки рубить во все стороны, — вроде бы и всё. Они не совсем понимали, что имеет в виду Чжао Хай.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Разве никто не заметил, что на этот раз среди теневых, вошедших в великую формацию, стало меньше тех, кто погиб от взаимных убийств? А среди сильных и вовсе не было тех, кто убивал друг друга. Разве это не проблема? Если бы я не заметил этого, я бы не применил башни против тех теневых.
Услышав это, все опешили. А затем у всех загорелись глаза.
Белоглазый взглянул на Чжао Хая и негромко произнёс:
— Глава союза, ты хочешь сказать, что, когда сила противника достигает определённого уровня, он может почувствовать, враг перед ним или нет? Если чувствует, что перед ним не враг, а соратник, то не станет нападать? Так? Если это так, то в будущем, когда теневая раса пошлёт людей посильнее, они не станут убивать друг друга. А для нас это разве не опасно?
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Верно, я именно это имею в виду. Прежде я слегка недооценил тех теневых. Я думал, с нашей формацией проблем не будет. Но теперь видно, что проблем с нашей формацией немало — изменений мало, сила тоже мала. Потому нам нужно кое-что подготовить.
Белоглазый поспешно сказал:
— Глава союза, ты ведь не собираешься перестраивать формацию? Нельзя, ни в коем случае нельзя! Если мы лишимся этой формации, думаю, теневые тут же на нас бросятся. Сейчас мы уже у них как бельмо на глазу. Если они обнаружат, что мы лишились защиты формации, они непременно обрушатся на нас всеми силами. И нам конец.
Остальные тоже энергично закивали.
Чжао Хай махнул рукой:
— Не будет этого. Я, разумеется, не стану убирать формацию — это что же, самому себе искать смерти? Я имею в виду, что мы изготовим ещё несколько формаций, добавим их к нашей, чтобы усилить её атакующую мощь.
Услышав это, все с облегчением выдохнули. Белоглазый даже сказал:
— Вот оно что. Тогда проблем нет. Когда начнём? Если формацию не убирать, в ближайшее время нам ничего не грозит. Потому Белоглазый, разумеется, не стал бы возражать. К тому же Чжао Хай делал это ради их жизней, так что причин возражать не было.
Чжао Хай с улыбкой сказал:
— Начнём сейчас же. Сначала нужно убрать из формации несколько ранее установленных, не слишком мощных формаций, а затем поставить новые. И всё. Сейчас мы сначала изготовим формации, которые предстоит поставить, а потом сразу приступим.
Белоглазый тут же сказал:
— Хорошо, проси глава союза отдать приказ.
Остальные тоже поднялись, ожидая приказа Чжао Хая.
Чжао Хай взглянул на них и невольно рассмеялся:
— Хорошо, тогда все идите готовить землю. Мы будем изготовлять формации.
Все дружно отозвались и тут же отправились готовиться.
Однако Цзян Шэнлинь не пошёл. Он подошёл к Чжао Хаю и сказал:
— Глава союза, я кое-чего не понимаю. Вроде бы у нас тут такой переполох, люди за линией обороны давно должны были узнать. Мы дважды отбили наступление Теневого Демонического Предела с использованием силы законов, люди за линией обороны должны были это заметить. Почему же они не прислали никого посмотреть? Неужели они считают, что всё это в порядке вещей?
Чжао Хай взглянул на Цзян Шэнлиня, потом обернулся в сторону Теневого Демонического Предела. Словно отвечая на вопрос Цзян Шэнлиня, а словно бормоча про себя:
— Всё не так просто. Если всё действительно так, как я предполагаю, то дело куда серьёзнее.
Сказав это, он умолк. Цзян Шэнлинь остался стоять в полном недоумении, не понимая, что означают слова Чжао Хая.
Однако, увидев, что Чжао Хай пошёл вперёд, он поспешно последовал за ним. Пройдя несколько шагов, он вдруг резко остановился. Затем, потрясённый, обернулся к Чжао Хаю, и на лице его отразились изумление, неверие, глубокое потрясение. Одновременно он неотрывно смотрел на Чжао Хая, несколько раз открывал рот, но не знал, что сказать.
Чжао Хай взглянул на его лицо и чуть улыбнулся:
— Понял? Понял самый страшный вариант, верно? Это и есть то, что я имею в виду. Мне тоже не хочется верить, но этот вариант наиболее вероятен. Впрочем, если теневая раса нападёт на нас ещё трижды и всё равно не одолеет, тогда, возможно, появятся люди из высшего мира. А если так, значит, наша догадка верна на семь-восемь десятых.
— Нет, этого не может быть! Как такое возможно? Как это возможно?
Цзян Шэнлинь, потрясённый, смотрел на Чжао Хая. Он почти кричал, и это привлекло внимание всех. Люди с недоумением смотрели на Цзян Шэнлиня, не понимая, что он кричит.
Только у Белоглазого лицо было неважное. Он решил, что Цзян Шэнлинь кричит на Чжао Хая. Ведь его жизнь спас именно Чжао Хай, и он не мог позволить кому-то повышать голос на Чжао Хая. И когда он уже собрался подойти и отчитать Цзян Шэнлиня, Чжао Хай вдруг заговорил:
— Ничего невозможного нет. Думаешь, я с таким не сталкивался?
Цзян Шэнлинь тут же опустился на землю, глядя на Чжао Хая невидящими глазами, что-то бормоча себе под нос, не зная, что сказать. Это привлекло всеобщее внимание. Белоглазый подбежал к Чжао Хаю и спросил:
— Глава союза, что это со стариной Цзяном?
Вообще-то ещё вчера Белоглазый и остальные звали Чжао Хая по имени. Но потом они сочли это непочтительным и настояли на том, чтобы звать Чжао Хая главой союза. Чжао Хай не хотел этого, но никто с ним не согласился. Потому пришлось уступить.
Чжао Хай взглянул на Цзян Шэнлиня и тихо вздохнул:
— Он раньше спрашивал меня, почему при таком переполохе со стороны Мира Теней люди за линией обороны не прислали никого. Такой переполох люди за линией обороны не могли не заметить. То, что они никого не прислали, как-то не вяжется.
Белоглазый опешил, затем кивнул:
— И впрямь так. Глава союза, если бы ты не сказал, я бы и не подумал. Эти два наступления Теневого Демонического Предела — они ведь подавляли нас силой законов. Такого наступления люди за линией обороны не могли не заметить. И то, что мы дважды отбили их и сила законов Теневого Демонического Предела ушла ни с чем, они тоже не могли не видеть. Но они так и не прислали никого к нам. Это как-то не вяжется.
Чжао Хай вздохнул:
— Потому Цзян Шэнлинь так и поразился. Потому что он подумал о варианте, который совершенно не мог принять. На деле всё просто — среди людей за линией обороны кто-то связан с теневой расой. И положение этого человека немаленькое — непременно старейшина, присланный из высшего мира. Возможно, даже не один.
— Этого не может быть!
Едва Чжао Хай заговорил, Белоглазый тут же вскрикнул. И не только он — все с изумлением смотрели на Чжао Хая. Они почти не могли поверить услышанному. Ведь они и представить не могли, что Чжао Хай скажет такое.
Чжао Хай взглянул на Белоглазого и остальных и негромко произнёс:
— Только это объяснение и годится. Иначе это дело совершенно необъяснимо. И если люди Теневого Демонического Предела и в следующий раз не смогут нас одолеть, а тогда появятся люди из высшего мира, значит, среди тех людей из высшего мира непременно кто-то связан с теневой расой. И с таким я в низшем мире тоже сталкивался. Так что нет ничего невозможного.
Белоглазый и остальные всё так же ошеломлённо смотрели на Чжао Хая. Они почти не смели верить его словам.
Чжао Хай взглянул на всех и вздохнул:
— Я говорил вам, что в низшем мире уже сражался с теневой расой. Тогда теневые применили именно этот способ. Неизвестно, сколько времени они выстраивали всё в нашей Плоскости. Когда теневая раса появилась, некоторые главы сект в нашей Плоскости прямо взяли и сдали теневой расе своих людей. А среди старейшин и прочих влиятельных лиц великих сект перешедших к теневым было ещё больше. Тогда наше положение было поистине опасным. В конце концов все в нашей Плоскости объединились, а заодно связались с другой Плоскостью, которую теневая раса чуть не покорила, и вместе выступили против теневой расы — только так и одолели их.
— Потому я и говорю, что нет ничего невозможного. Для теневой расы рассчитать одну Плоскость за несколько сотен или тысяч лет — дело пустячное. Если они расставили в высшем мире множество гвоздей, а потом отправили эти гвозди сюда, на Чёрно-белое поле битвы, тоже нет ничего удивительного. И даже здешние неудачи последних лет могут быть с этим связаны. Иначе это и впрямь необъяснимо.
Все оцепенели. А затем надолго замолчали. Никто не хотел верить, что это правда, но им приходилось признать: Чжао Хай прав. Кроме этого объяснения, никакое другое не годилось. Однако лица у всех стали очень мрачными.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и тихо вздохнул:
— Вообще-то это нас не касается. В конце концов, мы сейчас не собираемся полагаться на тех людей из высшего мира. Не принимайте это слишком близко к сердцу. Идите каждый заниматься своим делом.
С этими словами Чжао Хай пошёл вперёд, и это заставило всех опомниться.
(Конец главы)