— Убивай! Вперёд, убей их, и мы победим! Убивай!
Фацзин взревел и резко взмахнул рукой вперёд.
В этот миг от его облика просветлённого монаха не осталось и следа. Остались лишь свирепое лицо, ужасающий рёв и аура бога убийств. Словно в одно мгновение он стал другим человеком.
Культиваторы Области бессмертных духов рядом с ним тоже дружно закричали и ринулись вперёд.
Но Фацзин не двинулся с места.
Он всё ещё стоял там, тяжело дыша, и в глазах его сверкала жажда убийства. Но он усилием воли сдерживал себя. В руке у него уже появились чётки, которые он непрерывно перебирал, и губы безостановочно шептали сутры. С каждым звуком сутры убийственная аура вокруг него постепенно угасала. Вскоре взгляд его вновь стал совершенно ясным. Он с облегчением выдохнул.
К этому времени армия Области бессмертных духов уже перешла в полное наступление.
Однако первыми им пришлось столкнуться с огненными драконами. В то же время Чжао Хай велел передовым культиваторам лагеря Острого Меча медленно отступать. Похоже, он понял, что дело не выгорит, и готовился к отходу.
Увидев это, Фацзин, напротив, успокоился.
По его мнению, чем больше это было так, тем вернее они не попались на удочку Чжао Хая.
Фацзин с облегчением выдохнул, но в атаку всё ещё не пошёл. Он верил: стоит им взломать великую формацию, и те вознёсшиеся из низшего мира культиваторы Области бессмертных духов сами уничтожат Чжао Хая и его людей — им даже не придётся вмешиваться.
Потому Фацзин стоял неподвижно и лишь молча смотрел на Чжао Хая, стоявшего на городской стене с невероятно мрачным лицом.
Чжао Хай стоял на стене, глядя на хлынувшую внизу, словно прилив, армию Области бессмертных духов, и лицо его было невероятно мрачным.
И вот, когда почти половина армии Области бессмертных духов ворвалась в их великую формацию, мрачное выражение на лице Чжао Хая вдруг исчезло.
Затем он громко расхохотался:
— Великие мастера высшего мира — и то лишь так себе.
С этими словами он громко крикнул:
— Магический знак номер два!
При этих словах из Цзяньбичэна вдруг вылетело бесчисленное множество клубов чёрной энергии. В каждом клубе был заключён скелет. Затем эти скелеты ринулись прямо в боевые порядки Области бессмертных духов.
Одновременно над Цзяньбичэном снова поднялся густой туман. Но белый туман быстро рассеялся. Когда он исчез, культиваторы Области бессмертных духов, стоявшие за пределами великой формации Цзяньбичэна, обнаружили, что город снова исчез.
Увидев это, все опешили, а затем переменились в лице.
Они прекрасно понимали: раз Цзяньбичэн так внезапно исчез, значит, великая формация противника всё ещё работает. Иначе говоря, на этот раз они снова попались на удочку Чжао Хая. Это была самая настоящая ловушка.
Увидев это, Фацзин сначала опешил, а затем лицо его сильно переменилось.
Затем он тотчас обернулся и громко крикнул стоявшим поодаль ученикам-взломщикам:
— Что происходит? Что случилось? Разве не говорили, что их формация уже взломана? Что это значит?
Те ученики сейчас были все в поту и не успевали его вытирать. Каждый одной рукой держал компас, другой непрерывно производил расчёты. Похоже, такое развитие событий полностью застало их врасплох. Они и сами не понимали, в чём дело.
Глядя на них, Фацзин невольно испытал разочарование.
И в этот миг внезапно раздался свист.
Все увидели, как из великой формации вырвалось бесчисленное множество чёрных черепов с красными глазами, окутанных чёрным туманом.
Увидев это, все тотчас схватили магические инструменты и принялись атаковать черепа.
Но, к их удивлению, эти, казалось бы, невероятно крепкие черепа от первого же касания рассыпались. Затем обратились в клубы чёрного тумана и рассеялись.
Сначала все вздохнули с облегчением. Но затем кто-то, словно что-то вспомнив, тотчас громко крикнул:
— Не так! Быстро, держитесь подальше от всех трупов рядом с вами! Или скорее отрубите головы этим трупам! Быстро!
Все слушали его с недоумением. Но вскоре поняли, в чём дело.
И вот чёрный туман проплыл, и все трупы на земле поднялись, превратившись в скелетов.
Поднявшись, эти скелеты сначала огляделись, а затем один за другим достали оружие и ударили по тем, кто стоял рядом.
И только тогда стоявшие рядом поняли, что происходит, и с криками ужаса принялись отбиваться.
Однако эти скелеты не стали с ними долго возиться. Они устремились прямо к Цзяньбичэну. По пути они атаковали каждого, кто им попадался. Если удар достигал цели, они наносили ещё один; если нет — не обращали внимания и бежали дальше к Цзяньбичэну, словно очень спешили.
А люди в армии Области бессмертных духов и не пытались атаковать этих скелетов. Они все уступали им дорогу, отчего те двигались ещё быстрее. В мгновение ока скелеты вошли в великую формацию за стенами Цзяньбичэна и исчезли.
Фацзин стоял с посиневшим лицом, глядя на исчезающих скелетов. Хотя он тоже атаковал нескольких, скелетов было слишком много, и большинство всё же сбежало в великую формацию противника.
Теперь Фацзин уже прекрасно понимал: Чжао Хай их обвёл. Всё это от начала до конца было ловушкой.
Тут к Фацзину подошёл человек. Это тоже был великий мастер высшего мира, но из подошедшего позже подкрепления. Он тихо сказал Фацзину:
— На этот раз потери превысили пять миллионов. Из них миллион — те, кто погиб и превратился в скелетов, а затем сбежал в великую формацию противника. Остальные — те, кто ворвался в их формацию и до сих пор не вышел. Что делать? Мы всё ещё наступаем?
Лицо Фацзина было мрачнее некуда, но он всё же глубоко вздохнул и негромко произнёс:
— Бесполезно. Войти — значит просто пойти на смерть. Вели всем сначала отступить. Немедленно сообщи остальным о том, что здесь произошло, пусть все обсудят и решат, что делать. Кстати, а остальные? Они не пошли следом?
Тот старейшина, разумеется, понял, что имеет в виду Фацзин. Говоря «сообщи остальным», Фацзин имел в виду тех, кто был в тылу. А спрашивая про остальных, он имел в виду тех старейшин, что сражались с ними плечом к плечу. Если те тоже вошли в великую формацию, им грозила опасность.
Впрочем, тот всё же вздохнул и негромко произнёс:
— Старый Сюн и старый Цзян уже вошли. Остальные — нет. До сих пор ни Сюн, ни Цзян не появились — боюсь, с ними беда.
Он и сам замешкался. Прежде он тоже едва не ринулся внутрь. Теперь, как подумает, становится страшно.
Честно говоря, он и не думал, что у Чжао Хая хватит такой смелости — применить такой приём, ударить прямо по ним, застав врасплох, разом проглотить половину их сил да ещё двух великих мастеров. Такая хитрость, такая дерзость поистине превосходили его воображение.
Фацзин негромко произнёс:
— Сначала устрой тех учеников, потом поговорим. Нам нужно посовещаться. И непременно сообщи остальным о здешнем положении, пусть как можно скорее пришлют подкрепление.
Тот старейшина кивнул и пошёл распоряжаться.
А Фацзин обернулся в сторону Цзяньбичэна, и лицо его стало невероятно мрачным.
Но в этот самый миг Фацзин увидел, как из Цзяньбичэна вдруг вырвалось бесчисленное множество скелетов и войск. Все они устремились прямо на отступающую армию Области бессмертных духов.
Помимо этих войск, было ещё пять огромных крылатых коней. На одном из них стояли два человека, на остальных же никого не было видно.
Увидев это, Фацзин невольно сузил глаза.
Он и подумать не мог, что у противника хватит такой дерзости — вырваться прямо из Цзяньбичэна. Ну и смелость!
Однако затем в глазах Фацзина вспыхнул гнев, и он громко провозгласил буддийскую формулу:
— Амитабха.
При этих словах формула разнеслась далеко. Голос, словно обладая огромной энергией, устремился прямо к вырвавшемуся войску лагеря Острого Меча.
— Ха-ха-ха-ха, мастер, у вас поистине глубокая сила.
Голос раздался от Чжао Хая, стоявшего на спине коня. Он тоже донёсся издалека и прямо встретил голос Фацзина. Затем две энергии столкнулись в воздухе. Раздался грохот, и земля содрогнулась.
Однако эта атака Фацзина была погашена Чжао Хаем.
Чжао Хай взглянул на Фацзина, и на лице его невольно появилась улыбка. Затем он посмотрел за спину Фацзина, лицо его слегка переменилось, и он громко крикнул:
— У противника подкрепление, отступаем.
При этих словах войско лагеря Острого Меча, хлынувшее было, словно прилив, тотчас начало отступать без малейшего колебания.
Увидев это, Фацзин ничуть не обрадовался, напротив, лицо его стало ещё мрачнее.
Хотя это была всего лишь неудачная вылазка противника, Фацзин увидел в ней кое-что: те люди были Чжао Хаю чрезвычайно послушны. Стоило Чжао Хаю отдать приказ, как они, не колеблясь ни мгновения, сразу отступили. Это несомненно говорило о глубокой вере в Чжао Хая и беспрекословном подчинении его приказам.
А это было именно то, чего он меньше всего хотел видеть.
Такая преданность Чжао Хаю означала, что в их сердцах он занимает очень высокое место. Впредь справиться с Чжао Хаем будет ещё труднее.
От этой мысли лицо его стало ещё мрачнее.
Он обернулся и взглянул за спину. И вправду, бесчисленное войско неслось сюда.
Фацзин слегка вздохнул с облегчением, но лицо его стало ещё мрачнее. На этот раз они собрали огромные силы, привели столько людей штурмовать Цзяньбичэн, но так и не добились успеха, более того — потерпели сокрушительное поражение. Как тут было не помрачнеть?
Но так или иначе, ему придётся со всем этим столкнуться.
Потому он ничего больше не сказал и прямо пошёл навстречу подкреплению. Увидев одного человека во главе, Фацзин невольно с облегчением выдохнул.
Потому что этого человека во главе он знал. Его фамилия была Ши, звали Ши Цзинь. Он находился на Чёрно-белом поле битвы уже много лет и даже участвовал в прошлой великой войне с теневой расой. Он был самым убеждённым сторонником войны на Чёрно-белом поле битвы. И против теневой расы, и против Чжао Хая и его людей он всегда выступал за решительные действия.
С его приходом положение, возможно, немного улучшится.
(Конец главы)