Цзян Шэнлинь остолбенел, сидя на месте. Он никак не ожидал, что в лагере Острого Меча произойдут такие перемены. Изумление переполняло его, и он на время потерял дар речи.
Тут заговорил Хань Фэн:
— Старина Цзян, а также Лу Мин и Лу Лян. Сейчас во всём лагере только вы трое не входите в Союз Острого Меча. Теперь вы знаете, что вернуться не сможете. Останьтесь здесь и вступите в наш союз. Впредь будем идти вместе, поддерживать друг друга — глядишь, и продержимся дольше. Как?
Цзян Шэнлинь опешил, но, не раздумывая, кивнул:
— А почему бы и нет? Я вступаю. Всё равно вернуться не могу.
Он прекрасно понимал: сейчас во всём лагере только трое не в союзе. Не вступишь — окажешься в изоляции. Даже если Хань Фэн не против, остальные могут быть против. В конце концов, с Хань Фэном он знаком, а с другими — нет. Чтобы спокойно выжить здесь и не попасть в тайный заговор, нужно вступить в Союз Острого Меча.
— Мы тоже вступаем! Мы тоже! — тотчас подхватил Лу Мин. — Командир, что же вы раньше не сказали? Мы с братом тоже вступаем.
Едва он это произнёс, как у Хань Фэна и остальных на лбу выступили чёрные линии. Они прекрасно знали: стоит Лу Мину заговорить, как Лу Лян непременно воспротивится. Братья снова заспорят, и спор затянется до головной боли. Такое случалось уже не раз.
И верно: не успел Лу Мин договорить, как Лу Лян завопил:
— Это я старший брат, а ты младший! Командир, мы с младшим братом хотим вступить в Союз Острого Меча!
Он уставился на Лу Мина, очевидно, по-прежнему считая себя старшим.
— Вздор, это я старший! — Лу Мин тоже вытаращил глаза.
Братья, сколько бы ни ссорились, никогда не пускали в ход кулаки. Они лишь, словно два драчливых петуха, сверлили друг друга взглядами и без конца спорили. Казалось, им это в радость, а окружающим — сущая мука.
— Стой! — рявкнул Хань Фэн. — Оба замолчите! Хотите спорить — идите в свою комнату. Посмеете спорить при мне — я всех братьев подниму, и мы вас вдвоём отлупим.
Хань Фэн, конечно, понимал: дай он им разойтись, и они вообще ничего не скажут.
Лу Мин и Лу Лян вскочили и быстро отбежали в сторону. Убегая, они продолжали спорить. Вскоре их голоса стихли. Все вздохнули с облегчением. Честно говоря, за эти дни они изрядно устали от братьев — слишком уж те были шумные.
Прогнав их, Хань Фэн обратился к Цзян Шэнлиню:
— Старина Цзян, сейчас у нас здесь довольно безопасно. Чжао Хай сказал, что наши формации выдержат атаку ста тысяч воинов. И даже если враг обрушит на нас закон неба и земли, нам нечего бояться. Так что устраивайся спокойно.
Цзян Шэнлинь кивнул, но обернулся и взглянул на улыбающегося Чжао Хая.
Ему было крайне любопытно. Он слышал, что все перемены в лагере Острого Меча начались после прихода Чжао Хая. Значит, Чжао Хай был непрост. Потому он и смотрел на него с таким интересом.
Чжао Хай, заметив взгляд Цзян Шэнлиня, слегка улыбнулся. Он уже хотел заговорить, как вдруг почувствовал, что в городе, у телепортационной формации, снова сверкнул белый свет.
Все опешили и разом поднялись.
Хань Фэн усмехнулся:
— Что сегодня творится? Опять кто-то прибыл?
И повёл всех к площади с телепортационной формацией.
Всем было любопытно, и они последовали за ним. Им хотелось узнать, кто на этот раз.
Но, подойдя к площади, все замерли.
На площади не было ни души.
Все переглянулись, не понимая, в чём дело.
Чжао Хай нахмурился, взглянул на площадь, потом огляделся. Вдруг в его глазах сверкнул холод, и он громко произнёс:
— Где Лу Мин и Лу Лян? Куда они подевались?
От этих слов все, кто стоял в оцепенении, пришли в себя. Они огляделись — и верно, Лу Мина и Лу Ляна нигде не было.
Все удивились.
Лицо Чжао Хая стало мрачным. Он двинулся и бросился к жилищу Лу Мина и Лу Ляна.
Он заметил, что обычно, когда братья ссорятся, они уходят в свою комнату. Поспорят немного, потом переключаются на что-то другое. Вдвоём им точно не бывает скучно: говорят без умолку, у окружающих голова идёт кругом, а им весело. Потому Чжао Хай сразу направился к их комнате.
Но братьев там не было.
Чжао Хай с мрачным лицом вышел из их комнаты. Изначально у каждого была своя комната, но братья сказали, что с детства живут вместе, и переселились в одну. Хань Фэн, конечно, не возражал. Так что теперь у них была общая комната. Раз её нет — значит, и их нет.
Едва Чжао Хай вышел, как увидел подходящих Хань Фэна и остальных. Лица у всех были мрачные.
Чжао Хай взглянул на Хань Фэна. Тот покачал головой и негромко произнёс:
— Их нет. Их нет в городе. Похоже, телепортационная формация сработала именно потому, что они ею воспользовались. Они сбежали.
Лицо Чжао Хая потемнело:
— Похоже, их подослали сверху, чтобы следить за нами. Теперь они выведали наши дела и вернулись с докладом. Для нас это плохая новость.
Чжао Хай прекрасно понимал: если люди высшего мира узнают, что они создали Союз Острого Меча, они не станут церемониться. Возможно, даже без Мира Теней они пришлют своих, чтобы разобраться с ними.
Хань Фэн, очевидно, думал так же:
— Похоже на то. Но они ушли через телепортационную формацию. Я только что проверил — она по-прежнему не работает. Видимо, у них был какой-то особый способ ею воспользоваться. Если высшие старейшины узнают о нас, они могут начать против нас действовать.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— А если уйти из города и пешком добраться до линии обороны? Нет, времени не хватит. Похоже, остаётся только ждать, что предпримут наверху. Ладно. Ха-ха-ха, а эти двое молодцы — так мастерски прикидывались дурачками, что даже меня обманули. Пусть только попадётся мне случай. Дай мне шанс — и я своими руками убью их обоих.
Чжао Хай и вправду разозлился.
Давно ли он попадал в такое положение? Два лазутчика были рядом, а он не заметил. Слишком беспечно.
Но и те двое оказались хороши: прикидывались дурачками, не выдав ни единой трещинки.
Хань Фэн негромко произнёс:
— Ладно, сейчас об этом говорить бесполезно. Пусть будет по воле наверху. Мы всё равно уже в лагере Острого Меча. Если люди высшего мира действительно захотят с нами разобраться, мы дадим им бой. Я не стану ждать, пока они придут убивать нас.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Я того же мнения. Но об этом нужно сказать братьям. Командир, идём, соберём всех и расскажем.
Хань Фэн тоже кивнул. Затем они снова пришли к комнате Чжао Хая и созвали туда всех.
Когда все собрались, Хань Фэн обвёл их взглядом:
— Теперь можно сказать точно: Лу Мин и Лу Лян были подосланы сверху следить за нами. Теперь они знают, что мы построили формации, изготовили доспехи и создали Союз Острого Меча. Люди наверху этого не потерпят. Они могут прийти с нами разобраться.
— Я не стану ждать смерти, но и не покину это место. Потому что, уйдя отсюда, мы никуда не денемся. Я решил держаться здесь. Если наверху действительно пришлют кого-то против нас, мы воспользуемся здешними формациями и как следует их встретим. Лучше уж погибнуть вместе, чем сдаться.
— Если кто-то из братьев не хочет участвовать — уходите, идите пешком к линии обороны. Я не стану удерживать.
Услышав это, все опешили и переглянулись.
Тут заговорил Белоглазый:
— Глава союза, я тоже остаюсь. Не забывай, мы из Союза Острого Меча. Даже если вернёмся, они не станут с нами церемониться. А что толку возвращаться? Нас снова пошлют на передовую, в самое опасное место. И мы снова будем ждать смерти. Я не уйду. Я буду ждать их здесь. Если они посмеют прийти, мы дадим им бой.
В этот момент Белоглазый проявил твёрдость.
— Да, бой! Мы сыты этим по горло! Эти твари не считают нас за людей! Если они посмеют прийти, мы будем драться! Драться!
Услышав Белоглазого, все закричали, глаза налились кровью.
Они прекрасно понимали: даже если вернуться за линию обороны, ничего хорошего их не ждёт. Так лучше уж здесь дать бой.
Как и говорилось раньше, такая жизнь им давно опостылела.
В низшем мире они были всемогущими старейшинами сект, а то и владыками миров. А в высшем мире их сделали рабами, пушечным мясом. Разве это можно стерпеть?
Прежде они терпели, потому что была надежда вознестись в высший мир. Но теперь надежды не осталось. Чего же церемониться?
Если люди высшего мира посмеют прийти, они дадут им бой.
У них тоже есть кровь и честь.
(Конец главы)