— Хм, красиво говоришь, да не споешь. Это вы-то не можете стать псами? Да вам ещё и не позволят. И вообще, при чём тут псы? Мы стремимся вознестись. Разве каждый вознёсшийся не начинал с малого и не поднимался шаг за шагом? Или ты родился уже таким сильным? Потому я и говорю: мой путь работает, а твой — нет.
Хань Фэн взглянул на Чжао Хая и холодно фыркнул. Стоявшие за ним двести с лишним человек молчали. На лицах у них была тень стыда — ведь они поступили неправильно.
Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— Хорошо. Мы тебя не переубедили, но и ты нас не переубедил. Однако не стоит ссылаться на боевой мандат. Не забывай: всеми формациями в лагере управляю я. Я могу приказать формациям не атаковать вас, а могу приказать атаковать. Думаю, вам лучше уйти. Иначе, если мы действительно поссоримся, никому не будет приятно смотреть друг на друга.
— Ха-ха-ха-ха, захотели нас выгнать? Не так-то просто! Думаешь, раз управляешь формациями, ты уже велик? Оглянись, ты и вправду управляешь формациями?
Услышав это, Хань Фэн ничуть не удивился, а расхохотался. Это встревожило тех, кто стоял на стороне Чжао Хая, и они обернулись.
Но Чжао Хай не обернулся. Он протянул руку назад и схватил чью-то руку.
В той руке был небольшой нож длиной чуть больше чи. Только что этот нож нацелился в спину Чжао Хая. Похоже, не убить, а лишь обездвижить.
Чжао Хай схватил руку и вытащил обездвиженного человека перед собой. Взглянув на него, он улыбнулся:
— Хе-хе, брат Бай, ты человек умный и должен понимать, зачем я рассказал обо всём всем. Но почему такой умный человек делает глупости?
Услышав это, Белоглазый покраснел. Он с сложным чувством взглянул на Чжао Хая:
— Прости, Сяо Хай. Я вынужден. Я отравлен. Если я не выступлю против тебя, мне будет очень плохо. Сяо Хай, я не хотел тебя убивать, только обездвижить. Я вынужден. Прости.
Чжао Хай кивнул. Затем взглянул на Хань Фэна и слегка улыбнулся:
— Не думал, что ты, глава союза, заранее подготовил и это. Наверное, ты и контролировал брата Бая на случай, если кто-то покусится на твоё место командира.
— И вы наверняка давно договорились: если кто-то захочет тебя свергнуть и станет переманивать брата Бая, он не донесёт тебе, а в решающий момент нанесёт внезапный удар. Хе-хе, неплохой план. Но разве я мог не предусмотреть этого?
— И я рассказал всем о твоём плане, чтобы посмотреть, сколько людей с тобой заодно. Ты хотел знать, сколько союзников у тебя, я тоже хотел. Потому что те, кто с тобой заодно, останься они, в будущем испортили бы наши дела. Я воспользовался случаем, чтобы выявить их и разобраться. Похоже, все хорошо помогли.
Услышав это, Цзян Шэнлинь понял замысел Чжао Хая. Понял и почему вчера Белоглазый смотрел на Чжао Хая с таким выражением. Оказывается, Белоглазый уже знал план Чжао Хая. Только он сам не понял.
При этой мысли Цзян Шэнлинь горько усмехнулся. Видно, он всё ещё недостаточно хитёр.
Чжао Хай отпустил Белоглазого и взглянул на него:
— Брат Бай, если ты веришь мне и хочешь идти со мной, встань за моей спиной. От яда у меня есть средство. Если не веришь и не хочешь — иди к главе союза. Я не виню.
Белоглазый опешил. Лицо его несколько раз переменилось. Затем он взглянул на Хань Фэна, потом на Чжао Хая и, стиснув зубы, поклонился:
— Хорошо, брат Бай верит тебе. С сегодняшнего дня иду с тобой.
Он встал за спиной Чжао Хая и замолчал.
— Хорошо, хорошо, хорошо, как интересно. — Хань Фэн смотрел на Чжао Хая, восхищаясь и насмехаясь. — Чжао Хай, в низшем мире ты тоже, наверное, был большой шишкой. Так умело подчиняешь людей, я даже завидую.
— Но это ничего. Такой мусор, как Белоглазый, пошёл за тобой — ничего особенного. И ты даже не знаешь, каким ядом он отравлен, а уже говоришь, что можешь его вылечить? Только такой идиот, как Белоглазый, поверит.
Чжао Хай молчал и смотрел на него.
Хань Фэну стало не по себе от взгляда, но он приободрился и холодно фыркнул:
— Чжао Хай, советую идти с нами. Стоит мне с братьями доставить тебя в оборону, и ты сможешь вознестись. А мы за сопровождение тоже вознесёмся.
— Не пойдёшь — не пеняй. Не забывай, у меня боевой мандат. Тебе меня не одолеть.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Я же сказал: у тебя мандат, но я управляю формациями. Неужели ты думаешь, что твой мандат быстрее моих формаций?
Чжао Хай спокойно смотрел на Хань Фэна, желая услышать, что тот ещё скажет.
Хань Фэн холодно усмехнулся:
— Ты можешь управлять формациями, но вряд ли сможешь нам навредить. Чжао Хай, лучше послушай меня. Иначе я применю силу.
Он достал боевой мандат и поднял его.
Это вызвало волнение среди сторонников Чжао Хая. Они знали, насколько страшен мандат.
Чжао Хай взглянул на Хань Фэна и вздохнул:
— Не думал, что и сейчас ты так думаешь. Значит, отпустить вас нельзя. Придётся с тобой покончить.
Он махнул рукой и негромко произнёс:
— Брат Бай, идите и прикончите главу союза.
Все опешили. Они не поняли, что он имеет в виду.
Ведь у Хань Фэна в руке боевой мандат. Идти на него — значит идти на смерть.
Лица у всех помрачнели. Они решили, что Чжао Хай посылает их на смерть.
Лишь Белоглазый сначала опешил, затем кивнул. Он взглянул на всех и негромко произнёс:
— Все, за дело! Дадим Сяо Хаю время запустить формации!
И с ножом бросился вперёд. За ним последовали другие.
Конечно, многие не двинулись. Но Чжао Хай не обращал на них внимания, лишь смотрел на Белоглазого и остальных с улыбкой.
Белоглазый быстро достиг Хань Фэна и, не раздумывая, ударил ножом ему в горло. Он был готов быть обездвиженным. Но, как сказал, хотел дать Чжао Хаю время, потому не думал о жизни и смерти.
Пуф —
Раздался звук вонзающегося в кожу лезвия. Белоглазый почувствовал, как в лицо ударило горячее, а в нос ударил запах крови.
Он опешил, поднял голову и увидел, что Хань Фэн с поднятым мандатом, с широко раскрытыми глазами, не веря, смотрит на него. А нож Белоглазого уже вонзился ему в горло.
Белоглазый замер.
Он взглянул на нож, потом на Хань Фэна и не поверил. Почему он убил его одним ударом? Как так вышло?
У Хань Фэна был мандат. Почему он не применил его и был убит? Что происходит?
Он огляделся и увидел, что остальные, бросившиеся с ним, тоже в недоумении. А перед ними лежали трупы — те, кто стоял за Хань Фэном.
Все они были мертвы.
— Ха-ха-ха, брат Бай, ты думал, я без подготовки пошлю вас на смерть? Ты слишком низко меня ценишь.
Голос Чжао Хая привёл их в себя.
— Они давно обездвижены мной, не могут сопротивляться. Хань Фэн даже мандат не смог применить, как бы он вам навредил?
Белоглазый вытащил нож, и тело Хань Фэна осело на землю. Белоглазый обернулся к Чжао Хаю, всё ещё не понимая.
Остальные тоже смотрели на Чжао Хая. Они не знали, когда он обездвижил Хань Фэна и остальных.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и слегка улыбнулся:
— Друзья, лучше не считайте меня добряком. Думаете, я отпущу Хань Фэна? Он хотел меня подставить, как я могу его отпустить? Они должны умереть.
— Я говорил с ними, чтобы проверить, есть ли у него ещё козыри, есть ли у него сообщники. Теперь видно, что нет. Я успокоился и забрал их жизни.
— А как я их обездвижил — этого не скажу. Это мой тайный метод.
Тут Чжао Хай помолчал, взглянул на Хань Фэна и холодно усмехнулся:
— Хань Фэн посмел меня подставить, я его не пощажу. Но у меня есть два способа с ним поступить. Хочу услышать ваше мнение.
Он обвёл всех взглядом.
Все с недоумением смотрели на него. Хань Фэн мёртв. Что ещё с ним делать?
Чжао Хай сказал:
— Первый: похоронить, как других погибших братьев. Второй: заставить его послужить нам.
Это озадачило всех ещё больше. Как мёртвый может послужить?
Все смотрели на него с недоумением.
(Конец главы)