Чжао Хай смотрел на тот сгусток крови, дождался, пока он окончательно успокоится, и лишь тогда заметил, что буддийский свет в его руке полностью исчез.
Одновременно с этим в сгустке крови произошло едва заметное изменение — будто его стало чуть меньше.
Конечно, всего лишь чуть-чуть. Этот сгусток крови Чжао Хай очистил собственными руками, и любое, самое малое изменение он ощущал отчётливо. Именно поэтому он и сумел заметить, что крови стало меньше. Если смотреть только со стороны, в том сгустке не было заметно никаких перемен.
Сила Будды, которую Чжао Хай создал ранее, по своей интенсивности не уступала силе Будды на Чёрно-белом поле битвы. Да и по объёму, судя по всему, примерно равнялась этому сгустку крови.
Но этот сгусток крови израсходовал лишь малую толику — и полностью поглотил ту силу Будды.
Чжао Хай прикинул: чтобы полностью истощить этот сгусток крови, потребуется почти в десять тысяч раз больше силы Будды. И времени на это уйдёт тоже немало.
От этого Чжао Хай слегка нахмурился.
Такой результат его не удовлетворил. Впрочем, он не слишком разочаровался. Только что использованная сила Будды была бесхозной, подобной мёртвой вещи, и лишь позволяла сгустку крови атаковать. Это действительно ничего не значило.
Это как с арбузом: поставь его на стол — и, каким бы большим он ни был, его всё равно съедят по кусочку.
Потому Чжао Хай не слишком расстроился.
Теперь ему предстояло проверить, какой эффект даст его собственный способ управления силой Будды против этого сгустка крови.
Чжао Хай снова создал сгусток силы Будды. Но на этот раз он вложил эту силу Будды в формацию и атаковал сгусток крови через формацию.
На самом деле не он использовал формацию для атаки на кровь — стоило крови приблизиться к силе Будды, как она, словно обнаружив добычу, сама бросалась вперёд и атаковала силу Будды внутри формации.
С работой формации сила Будды и сгусток крови схлестнулись.
Но окончательный результат несколько разочаровал Чжао Хая.
Сгусток крови не только израсходовал всю силу Будды, но и, похоже, потратил не больше крови, чем в прошлый раз при поглощении бесхозной силы Будды.
Чжао Хай огорчился.
Затем он начал другие испытания. Например, стал использовать различные формации для усиления силы Будды и атаковать ею сгусток крови; потом попробовал испускать силу Будды через буддийские сутры и смотреть, каким будет результат.
После множества испытаний Чжао Хай в конце концов обнаружил: сила Будды, порождённая «Сутрой Кшитигарбхи», наносит сгустку крови наибольший урон — соотношение доходит до десяти к одному.
Иными словами, десятикратной силой Будды можно израсходовать одну часть крови.
Это было наименьшее соотношение, которое ему удалось получить.
Однако Чжао Хай не сдался. Он продолжал испытания.
В этом круге он вкладывал «Сутру Кшитигарбхи» в различные техники и смотрел, каким будет эффект. Сутры тоже можно было вкладывать в техники и другие методы культивации. Именно это Чжао Хай сейчас и проверял.
Теперь он полностью погрузился в испытания.
Прежние опыты отняли у него три дня. А он и не заметил, как начал новый круг. Техник, которыми он владел, было слишком много, к тому же формации и прочее — потому и проверять приходилось немало.
К счастью, будь то техники, методы или формации, все они были проявлением энергии. Поэтому Чжао Хаю достаточно было слегка изменять одну и ту же энергию.
Так что на деле проверять приходилось не так уж много, как казалось.
Незаметно прошло ещё пять дней.
Его испытания всё ещё не дали результата.
Сейчас результат был таков: буддийские техники в сочетании с буддийскими сутрами наносили крови наибольший урон; а среди формаций наибольший урон крови наносили буддийские формации в сочетании с сутрами.
Но Чжао Хай не сдался.
На самом деле сейчас он вспомнил о технике, которой давно не пользовался и почти забыл. Он хотел попробовать применить её вместе с буддийской сутрой против крови и посмотреть, каким будет эффект.
Он вспомнил о ней внезапно. Но возлагал на неё большие надежды.
Потому что эта техника была техникой кровавой культивации.
Кровавые культиваторы — особая разновидность культиваторов школы демонов, с которой Чжао Хай столкнулся ещё в низшем мире. Они в основном практиковали кровавые техники и атаковали преимущественно кровью. Такие методы и техники, как кровавый двойник, кровавый яд, кровавое исчезновение и прочие, на самом деле были кровавыми техниками — все их создали кровавые культиваторы.
Однако даже в школе демонов кровавые культиваторы считались крайне редким ответвлением. Потому об их техниках знали немногие, а практиковали ещё меньше. В секте Кровавой Бойни учеников, изучавших кровавые техники, было совсем мало. Даже если кто-то и учился, он осваивал лишь одну-две — вроде искусства кровавого исчезновения или искусства кровавого взрыва — и не делал кровавые техники своей основной практикой.
У кровавых техник была одна особенность: их мог практиковать любой. Неважно, практикуешь ты праведный путь или демонический — ты всё равно можешь изучать кровавые техники.
Потому что первый кровавый культиватор в истории культивации был обычным человеком без духовного корня. Он хотел культивировать, но из-за отсутствия духовного корня не мог. Тогда он и создал эти кровавые техники.
Именно поэтому кровавые техники и методы могли изучать все.
Но именно из-за слишком низкого порога у них был ограниченный потенциал развития. Более того, многие кровавые техники вредили собственному телу — относились к тем, что калечат обе стороны, или сначала вредят себе, а потом врагу. Искусство кровавого исчезновения и искусство кровавого взрыва и вовсе применялись только для спасения жизни. После них жизнь сохранялась, но телу наносился огромный вред.
Впрочем, среди кровавых техник были и высокоуровневые. Они предъявляли высокие требования к практикующему, но и польза от них была огромной. Такие техники позволяли управлять кровью внутри тела врага.
Конечно, чтобы практиковать или применять их, требования были слишком высоки. К крови практикующего предъявлялись строгие условия. Если уровень крови культиватора и без того высок, ему вовсе не нужно было изучать такую технику. Разве не лучше выбрать более подходящую? Возможно, она раскрыла бы ещё большую силу.
Потому кровавые техники изучали так мало людей.
Но Чжао Хай владел этими кровавыми техниками. И владел в совершенстве. У него даже был кровавый двойник.
Правда, позже, по мере роста уровня его крови, кровавый двойник полностью слился с его телом и, можно сказать, исчез. Но это не означало, что он разучился кровавым техникам или не мог их применять.
На самом деле теперь, если бы он применил кровавую технику, её сила была бы огромной.
И на этот раз Чжао Хай хотел использовать кровавую технику вместе с благословением «Сутры Кшитигарбхи», чтобы атаковать оставшуюся меньше чем наполовину Кровь Демонического Короля и посмотреть, каким будет эффект.
Хотя от Крови Демонического Короля осталось меньше половины, её сила ничуть не уменьшилась. Напротив, она стала ещё более агрессивной.
Это тоже было одной из причин, по которой Чжао Хай так изумился.
Чжао Хай взглянул на сгусток крови, чуть шевельнул пальцами, сложил ручную печать и произнёс:
— Так я слышал. Однажды Будда пребывал на небе Траястримша и проповедовал Дхарму для своей матери. В то время бесчисленные, неисчислимые миры, все будды и великие бодхисаттвы-махасаттвы собрались вместе…
С произнесением сутры из его руки полилось красное сияние. Под благословением сутры оно постепенно превратилось в золотое. Затем этот золотой свет ударил прямо в сгусток крови.
Как только золотой свет коснулся крови, та вдруг замерла на месте и больше не вскипала, как прежде, едва столкнувшись с силой Будды.
Теперь она вовсе не кипела, не колебалась ни малейшим образом. Напротив, спокойно застыла.
Увидев это, Чжао Хай хоть и не понимал, в чём дело, но не остановился. Сутра не смолкала, техника продолжала действовать. Золотой свет непрерывно вливался в сгусток крови.
Кровь по-прежнему не двигалась, словно обычная чёрная жидкость.
Прошло ещё немного времени, и Чжао Хай наконец заметил перемену.
Чернота внутри сгустка крови постепенно бледнела и даже вовсе исчезала. Напротив, золото становилось всё гуще.
Хотя он не понимал, что происходит, такие перемены, похоже, не были дурными.
Чжао Хай не остановился. Он продолжал читать сутру и применять технику. Золотой свет всё так же непрерывно вливался в кровь.
Ещё через четверть часа кровь, чёрная с золотым отливом, полностью стала золотой — густого тёмно-золотого цвета.
Затем в этом тёмном золоте медленно проявилась буддийская печать. Она неспешно вращалась.
После этого сгусток крови начал медленно менять форму. В конце концов он превратился в золотую статую Будды.
Эта золотая статуя Будды восседала, исполненная торжественной красоты, сложив руки перед грудью. На её груди вращалась буддийская печать. Одновременно от статуи начали раздаваться звуки чтения сутр.
Чжао Хай остановился.
Он медленно ощущал эту статую Будды.
Хотя статуя была невысокой и небольшой, Чжао Хай чувствовал исходящую от неё мощную, бурлящую силу Будды.
И когда его психическая сила коснулась статуи, та вдруг бросилась прямо к Чжао Хаю. Прежде чем он успел среагировать, она подлетела к нему, ворвалась в его тело и исчезла.
Чжао Хай на миг опешил.
Затем он тут же пришёл в себя. Он сразу начал внутреннее созерцание, наблюдая за своим телом.
И обнаружил, что статуя Будды вошла прямо в него и в конце концов оказалась внутри его Дхарма-образа.
А войдя в Дхарма-образ, статуя сразу слилась с его буддийским образом.
Как только статуя слилась с его Дхарма-образом, Чжао Хай вдруг почувствовал, что его Дхарма-образ стал сильнее, чем прежде.
В то же время в пространстве Сюаньу одиннадцатиликая восьмирукая статуя Будды вспыхнула золотым светом, едва не озарив всё пространство Сюаньу.
Все ученики секты Кровавой Бойни, находившиеся в пространстве Сюаньу, ощутили тепло во всём теле. Одновременно в сердце каждого донеслись звуки чтения сутр.
(Конец главы)