— Отлично!
Едва Чжао Хай предложил это, как все принялись одобрительно восклицать.
У каждого из них в культивации было больше или меньше вопросов. Какие-то удавалось решить, подумав; какие-то — никак. Прежде они не слишком доверяли друг другу и стеснялись заговаривать. Теперь же, заключив союз, можно было спокойно обсудить всё.
Впрочем, то, что они так легко согласились, было связано и с их нынешним настроем. Когда человек воодушевлён, с ним легче иметь дело; когда пал духом — ни до чего руки не доходят. Сейчас они увидели надежду, воспрянули духом, потому и дело пошло легче. Так Союз Острого Меча благополучно создался, и предложение Чжао Хая обмениваться опытом культивации никто не отверг.
Видя, как все воодушевлены, Хань Фэн с улыбкой сказал:
— Хорошо. За столько лет у меня накопилось много вопросов, которые хотелось бы с кем-то обсудить. Давайте прямо сейчас и поговорим. Садитесь.
Он первым уселся. Остальные тоже расселись.
Когда все сели, Хань Фэн заговорил:
— С тех пор как я вознёсся и получил тот базовый метод культивации, меня не покидает один вопрос. Все видели: то, что в высшем мире называют базовым методом, — это, по сути, формация. И эту формацию нужно добавить в наш Дхарма-образ. Отсюда вопрос: если эту формацию можно добавить, то можно ли добавить и другие? Я пытался, но не вышло. Потому что формаций я знаю мало, к тому же эта сильно отличается от тех, что я учил прежде. Выскажитесь.
Услышав это, все сначала опешили, затем замолчали.
На самом деле этот вопрос был и у других. Кто-то внимательный всё помнил; кто-то, не разобравшись и не добившись успеха, махнул рукой. Но теперь, когда Хань Фэн заговорил, все вспомнили. Потому и повисло молчание.
Хань Фэн повернулся к Чжао Хаю:
— Сяо Хай, ты умеешь и кузнечным делом заниматься, и формационные диски делать. В формациях ты разбираешься лучше нас. Скажи, почему? Почему некоторые известные нам формации нельзя добавить в Дхарма-образ?
Чжао Хай подумал и негромко произнёс:
— Некоторые известные нам формации тоже можно добавить в Дхарма-образ. В низшем мире я знал одну секту. Их Дхарма-образ как раз состоял из формаций. У них были даже специально созданные формационные комбинации, образующие Дхарма-образ. Эти комбинации тоже можно было сочетать. Я видел те формации. Но, честно говоря, по сравнению с той базовой формацией, что мы получили, они уступают.
— Потому думаю, причина в самой базовой формации. Она гораздо сложнее той, что я видел. Значит, чтобы с ней сочетаться, другие формации тоже должны быть очень сложными. Обычные формации с ней просто не совместить.
Все невольно кивнули. Слова Чжао Хая показались им разумными. Но вместе с тем они заинтересовались.
Хань Фэн взглянул на Чжао Хая:
— Ты в низшем мире действительно видел секту, где Дхарма-образ состоял из формаций? Странно. Я о такой даже не слышал.
Остальные тоже кивнули, с любопытством глядя на Чжао Хая.
Чжао Хай, видя их лица, улыбнулся:
— Действительно была такая секта. Называлась секта Линчжэнь. У них не только Дхарма-образ из формаций, они ещё пытались создать формационную жизнь — соединить душу человека с формацией и обрести бессмертие. Но потом секту уничтожили. Кажется, это сделал один великий мастер высшего мира.
Все заинтересовались ещё больше.
Хань Фэн даже спросил:
— Правда? Почему великий мастер высшего мира уничтожил эту секту? Она чем-то ему досадила?
В их мире великие мастера высшего мира почти не вмешивались. Потому он так удивился.
Чжао Хай покачал головой:
— Этого я не знаю. Ту секту уничтожили много лет назад, о ней уже почти никто не помнит. Просто больше ста лет назад в нашем мире раскопали руины секты Линчжэнь, оттуда и узнали кое-что.
Хань Фэн и остальные кивнули. Хань Фэн сказал:
— Никогда не думал, что существовала такая секта. Жаль, что её уничтожили. Чжао Хай, как думаешь, может быть, метод культивации секты Линчжэнь почти совпадал с методом высшего мира? Если бы они продолжали так развиваться, то могли бы догнать высший мир. Потому великий мастер высшего мира и уничтожил их.
Чжао Хай опешил. Он об этом не думал. Теперь слова Хань Фэна показались ему разумными. Он кивнул:
— Возможно. В нашем мире великие мастера высшего мира вмешиваются редко. Но каждый раз, когда вмешиваются, уничтожают какую-нибудь секту. Последний раз больше ста лет назад — уничтожили одну большую секту. Но причину никто не знает.
Все заинтересовались ещё больше.
Белоглазый сказал:
— В вашем мире великие мастера высшего мира ещё вмешиваются? У нас такого не было. Расскажи, что там случилось?
Остальные тоже с любопытством смотрели на Чжао Хая. Видно, они тоже не видели вмешательства высших.
Чжао Хай, глядя на них, горько усмехнулся. Видимо, Предел Кровавого Моря — исключение. Не говоря уже о Мире Теней. Когда они сражались с Миром Теней, великие мастера высшего мира вмешивались бесчисленное множество раз, ему уже надоело. А эти смотрят как на диковинку. Смешно.
Но по их реакции Чжао Хай понял и другое: в их мирах не было вторжения Мира Теней. Иначе они бы так не реагировали.
Потому Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Да ничего особенного. Секта, с которой хотел разобраться великий мастер высшего мира, называлась секта Самоубийства. Эта секта Кровавой Бойни в нашем мире всегда славилась свирепостью. Узнав, что великий мастер высшего мира хочет с ними разобраться, они восстали и с помощью своей сокровищницы секты дважды отразили его удары, ранив его. Великий мастер разъярился и обрушил всю силу, стерев секту Кровавой Бойни из нашего мира. Перед его ударом в небе появляется чёрный вихрь из чёрных облаков. Его ни с чем не спутаешь.
Чжао Хай, разумеется, не стал рассказывать всю правду. Он поведал только о том, как секту Кровавой Бойни уничтожили. Но даже это поразило Хань Фэна и остальных.
Хань Фэн воскликнул:
— Они сражались с великим мастером высшего мира и ранили его? Как? Он что, спустился в ваш мир?
Чжао Хай покачал головой:
— Нет. Но когда он атаковал, он использовал свою руку. Огромная рука выходила из вихря, невероятной мощи. Возможно, она была связана с его телом. Потому, когда секта ударила своей сокровищницей, она ранила его руку, даже кровь выступила. Зрелище было ужасным.
Все невольно ахнули.
Белоглазый сказал:
— Даже кровь? Значит, великий мастер действительно был ранен? Невероятно. Что за мир у вас? Как могла быть такая свирепая секта? Она, наверное, была сильнейшей в вашем мире?
Чжао Хай покачал головой:
— Не совсем. Наш мир делится на две части. Одну контролируют секты праведного пути, другую — секты демонического пути. В области демонического пути десять великих сект и множество малых. Секта Кровавой Бойни — одна из десяти великих сект демонического пути.
Все снова ахнули.
Хань Фэн изумился:
— Одна из десяти великих сект демонического пути осмелилась сразиться с великим мастером высшего мира и ранила его? Это поистине впечатляет. Чжао Хай, твой мир удивителен. Впечатляет.
Чжао Хай слегка улыбнулся и покачал головой:
— Ничего особенного. Секта Кровавой Бойни всегда славилась свирепостью. Говорят, на них напали, потому что их Прародитель попал в беду. А их Прародитель — великий мастер высшего мира. Возможно, когда с ним случилась беда, другие высшие Прародители узнали и напали. Если бы их Прародитель был жив, думаю, тот не посмел бы напасть.
Все кивнули, изумляясь ещё больше. Из слов Чжао Хая они поняли: в его мире не один высший Прародитель. Это поражало больше всего.
Хань Фэн с любопытством спросил:
— Сяо Хай, а ты из какой секты? У вашей секты есть высший Прародитель?
Чжао Хай улыбнулся:
— У нашей секты нет высшего Прародителя. Будь у нас Прародитель, разве меня отправили бы сюда? В нашем мире за десятью великими сектами демонического пути и десятью великими сектами праведного пути, кажется, стоят высшие Прародители. Но правда это или нет — никто не знает. Все так говорят, и уже много веков. Вероятно, не ложь.
Это снова вызвало вздохи изумления.
(Конец главы)