Чжао Хай стоял на городской стене Цзяньбичэна, хмуря брови и глядя на армию Области бессмертных духов за стенами. Белоглазый, Цзян Шэнлинь, Чэнь Чу и остальные стояли рядом, и лица у них тоже были невесёлые. Шёл уже пятый день с тех пор, как армия Области бессмертных духов окружила город. Северная сторона хоть и не была замкнута, но три стороны кольца всё равно давили на людей в городе тяжким грузом.
За эти пять дней в первый день Чжао Хай вывел людей из города в вылазку и уничтожил около десяти тысяч врагов. Он хотел этим разъярить противника, выманить его на штурм и одним ударом разбить с помощью формации. Но враг не попался на уловку, а напротив, усилил охрану. На второй день, когда они снова вышли из города, выгоды уже не было: хоть и убили несколько тысяч, но едва не оказались в окружении, и сами потеряли несколько тысяч — можно сказать, обменялись без перевеса.
Увидев это, Чжао Хай понял: у противника уже есть свой замысел. Он перестал посылать людей за стены и лишь велел всем быть настороже. В тот же день Тан Инъи с людьми из Палаты кузнечного дела покинул Цзяньбичэн. Едва они ушли, как в городе тотчас поднялась смута. Все догадались: Чжао Хай боится, что Цзяньбичэн не удержать, потому и отправил кузнечную палату заранее. В один миг поползли слухи, умы заволновались.
Чжао Хай не обратил на это внимания — прямо приказал казнить нескольких человек, и больше никто не смел болтать. Но те полтора миллиона, что изначально были в Цзяньбичэне, и вправду отшатнулись от Чжао Хая. Они и прежде не шли за ним искренне, а теперь и подавно не стали бы с ним заодно.
Видя это, Чжао Хай, разумеется, не церемонился. На третий день он приказал тем полутора миллионам выйти из города и атаковать армию Области бессмертных духов, наказав ударить и тотчас отступить, не увлекаясь боем. Перед выходом Чжао Хай особо предупредил их: не мечтайте под шумок перебежать к армии Области бессмертных духов и не возвращаться — бесполезно. Он может управлять их телами, и даже лично показал это, чтобы те убедились: он и вправду способен повелевать их плотью. Лишь после этого те выступили.
Те и вправду послушались. Узнав, что Чжао Хай может управлять их телами, они смирно вышли из города и атаковали. Но послушались они слишком уж буквально: Чжао Хай велел ударить и отступить — они и вправду ударили и тотчас отступили. Выскочили, едва соприкоснулись с армией Области бессмертных духов и сразу вернулись. В этом бою ни один воин Области бессмертных духов не погиб, и в лагере Острого Меча никто не погиб — лишь несколько человек получили лёгкие раны. Можно сказать, это был самый мирный бой, какой Чжао Хай когда-либо видел.
Взглянув на это, Чжао Хай всё понял — те типы и вправду собрались отлынивать. Чжао Хай не придал этому значения. Сейчас ему хотелось увидеть, смогут ли люди из Области бессмертных духов и вправду взломать его великую формацию. Если они и вправду смогут взломать формацию Цзяньбичэна, он отступит из города; если не смогут, он с помощью этой формации как следует разделается с ними.
Разумеется, Чжао Хай не собирался давать тем полутора миллионам в Цзяньбичэне прохлаждаться. Раз уж они вздумали отлынивать, что ж — пусть продолжают наступать. Каждый день он гнал их атаковать армию Области бессмертных духов. Неважно, получится или нет, — пусть наступают. И не раз в день, а по нескольку раз, и не позволял возвращаться, пока не придёт нисхождение божественного света. От этого те горько страдали, да и армия Области бессмертных духов за стенами от них устала.
А сейчас Чжао Хай хмурился на стене потому, что чувствовал: сегодня армия Области бессмертных духов ведёт себя не так. Прежде каждый день она хоть и выставляла охранение, но по построению было видно, что нападать не станет. Сегодня же построение армии Области бессмертных духов явно намекало на атаку. И люди с компасами все исчезли.
Прежде те люди высшего мира с компасами без конца кружили вокруг великой формации Цзяньбичэна. А теперь их не стало. Армия Области бессмертных духов выстроилась для наступления. Это заставило Чжао Хая нахмуриться ещё сильнее. Он не понимал, что это значит. Неужели противник уже взломал его великую формацию? От одной этой мысли брови Чжао Хая сошлись ещё плотнее.
Затем он обернулся к Белоглазому:
— Белоглазый, то, что я велел тебе делать эти дни, ты сделал? Если ещё нет — иди немедленно. Как можно скорее уладь всё, что я поручил.
В тот день, когда Тан Инъи ушёл, Чжао Хай уже велел Белоглазому отобрать преданных им людей, перевести их в северную часть города, расселить там вместе и не посылать в бой. Более того, он запретил остальным ходить в северную часть, превратив её в их запретную землю.
Чжао Хай делал это, готовясь заранее. У него всё время было нехорошее предчувствие. Если на этот раз люди из Области бессмертных духов и вправду взломают его великую формацию, он в первый же миг сможет увести преданных людей прямо из Цзяньбичэна. Разместить верных в северной части было удобно и для бегства.
Белоглазый, разумеется, знал, о чём говорит Чжао Хай. Он тотчас ответил:
— Да, глава союза, всё уже улажено, можешь не тревожиться.
Узнав о таком распоряжении Чжао Хая, Белоглазый уже понял его мысли. Он ничего не сказал, но в душе стал ещё осторожнее относиться к нынешнему наступлению Области бессмертных духов. Он прекрасно понимал: раз Чжао Хай так распорядился, значит, уверенности у него нет. Будь у него уверенность, он ни за что не стал бы так делать.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Раз улажено — хорошо. Иди предупреди их, пусть готовятся. Сегодня враг ведёт себя не так, пусть все будут осторожны. Цзян Шэнлинь, прикажи тем типам наступать.
С этими словами он обернулся к Цзян Шэнлиню. Тот отозвался и тотчас пошёл отдавать распоряжения.
По приказу Цзян Шэнлиня миллионное войско в городе с шумом двинулось из города. Но по их разрозненному строю и вялому виду было видно, что воевать они не собираются. Очевидно, они не заметили ничего необычного.
И в этот миг Чжао Хай вдруг почувствовал, как из армии Области бессмертных духов вырвалось несколько потоков мечевой ци. Эти потоки мечевой ци неслись невероятно быстро. Едва Чжао Хай их заметил, как они уже врезались в великую формацию Цзяньбичэна. Казалось, у них была чёткая цель — они ударили в нескольких направлениях.
Едва Чжао Хай заметил, куда направлены эти потоки мечевой ци, как лицо его переменилось. Не успел он ничего сказать, как услышал несколько глухих ударов. Затем почувствовал, что даже стены Цзяньбичэна словно содрогнулись. Не успел он опомниться, как пришла ещё одна волна мечевой ци.
Увидев это, Чжао Хай сильно переменился в лице и громко крикнул:
— Белоглазый, Цзян Шэнлинь, Чэнь Чу, быстро, предупредите людей в северной части, мы отступаем! Крылатых коней не трогайте, оставьте здесь. Уходим!
С этими словами он повернулся и бросился на север. Белоглазый и остальные без лишних слов последовали за ним.
А миллионное войско, вышедшее из города, застыло на месте, не понимая, что происходит. И тут Чжао Хай заметил, что вторая волна мечевой ци уже врезалась в великую формацию. Снова несколько глухих ударов, и земля словно задрожала. Миллионное войско испугалось ещё сильнее. Они тотчас обернулись к городской стене, надеясь увидеть приказ Чжао Хая, но обнаружили, что Чжао Хая на стене уже нет.
От этого люди впали в ещё большую панику. Кто-то из смекалистых тотчас крикнул:
— Глава союза сбежал! Глава союза сбежал! Он нас бросил! Сдавайтесь, скорее сдавайтесь!
С этим криком они ринулись вперёд, явно намереваясь сдаться Области бессмертных духов.
После его крика остальные тоже опомнились. Они давно хотели сдаться Области бессмертных духов, но из-за страшного запрета Чжао Хая не смели. А в эти дни, атакуя армию Области бессмертных духов, они отлынивали, и Чжао Хай, очевидно, это заметил, но всё равно гнал их в бой, словно нарочно изводил, не выказывая при этом осуждения. Потому они стали ещё беспечнее и только и думали, как бы при случае снова сдаться Области бессмертных духов.
К тому же они знали, что Чжао Хай велел Белоглазому отобрать преданных людей и собрать их в северной части города. Они не были глупцами и понимали, зачем это делается: Чжао Хай собирался бежать. Они ещё боялись, что при бегстве Чжао Хай станет управлять их телами и заставит сдерживать армию Области бессмертных духов. Но не ожидали, что Чжао Хай сам убежит и вовсе не станет управлять ими. Это их озадачило, но одновременно несказанно обрадовало. С криками «сдаёмся!» они бросились к армии Области бессмертных духов.
Они решили, что Чжао Хай боится лишних убийств и последующей убийственной кары, потому и не посмел управлять ими и гнать на смерть, а просто бросил их и бежал. По их мнению, это была возможность. Стоит перебежать и сдаться Области бессмертных духов, и тамошние старейшины снимут с них запрет. Потому они и бежали к армии Области бессмертных духов, надеясь сдаться.
А Чжао Хай в это время уже вместе с Белоглазым и остальными добрался до северной части города и, ведя за собой четыреста тысяч верных ему людей, прямо покинул Цзяньбичэн.
Среди этих четырёхсот тысяч были и те, кто сдался Чжао Хаю ещё в Цзяньбичэне. Они тоже натерпелись такой жизни и всем сердцем хотели идти с Чжао Хаем. Чжао Хай велел Белоглазому отобрать их, а также выбрать из тех, кто сдался в Фэймачэне, тех, кто искренне хотел идти с ними, и составил из них четырестатысячное войско, поселил в северной части города и велел быть готовыми в любой миг отступить.
И вот теперь Чжао Хай с этими четырьмястами тысячами покинул Цзяньбичэн и направился прямо к Фэймачэну.
(Конец главы)