Глядя на несущихся к стене людей Мира Теней, командир лагеря помрачнел. Он уже понял: на этот раз врагов больше, чем он думал, — не меньше двух с половиной тысяч, вдвое больше, чем их. Лицо командира стало совсем мрачным.
У остальных лица были не лучше.
И тут раздался голос Чжао Хая:
— Всем внимание: пусть поднимутся на стену, и только тогда бейте. Не нервничайте, наши формации не из слабых.
При этих словах все обернулись к Чжао Хаю.
Чжао Хай, держа в руке боевой клинок Белого дракона, смотрел на людей Мира Теней внизу и слегка улыбался:
— Не смотрите, что их много: наверх смогут взобраться немногие. Когда они полезут, постарайтесь сбросить их вниз. Тогда им придётся искать опору, и они вполне могут угодить на наши формации. А тогда им конец.
Услышав это, все сначала опешили, а затем с улыбкой закивали. Слова Чжао Хая показались им разумными, и напряжение в душе понемногу отпустило.
Тем временем люди Мира Теней добрались до стены и начали атаковать.
Командир увидел одного с копьём: тот подпрыгнул на чжан с лишним и оттолкнулся от стены ногой, явно намереваясь опереться. Но нога угодила прямо на формацию. На формации сверкнул белый свет, и тот с воплем обратился в чёрный дым.
— Хорошо! — не удержался командир.
Остальные тоже закричали «хорошо!», потому что видели: те, кто пытался взобраться, попались в формации. Так погибло больше сотни врагов.
Люди Мира Теней, ещё не поднявшиеся на стену, быстро поняли, что там опасно. Но, к сожалению, из-за нехватки времени Чжао Хай и остальные не успели покрыть формациями всю стену. Потому некоторые всё же взобрались и схлестнулись с людьми лагеря Острого Меча.
Однако, опасаясь формаций, враги лезли медленнее. Давление на людей лагеря Острого Меча ослабло, и они наконец расслабились. Тревога ушла. Раз враг лезет медленно, они могли вдвоём-втроём одолеть одного — стало легче.
Новичок, глядя на это, остолбенел. Он никак не ожидал, что бой здесь будет таким.
Пока он стоял, на него сверху бросился один из людей Мира Теней. Лицо новичка переменилось, он схватился за клинок. Рядом никого из своих не было. Хотя остальные сражались, они могли бы помочь, но из-за его прежнего поведения никто не любил его, потому и не помог — оставили один на один.
Он явно тоже только что вознёсся. Его сила была сильно подавлена, а враг был заведомо сильнее. Не прошло и десяти обменов ударами, как новичка убили.
Тотчас несколько человек из лагеря Острого Меча бросились на убийцу и прикончили его. А на тело новичка никто даже не взглянул.
В мире культивации так жестоко. Судьбу решает не только сила, но и характер. Будь новичок не таким надменным, не смотрел бы на всех свысока — ему бы помогли. Но он ни с кем не общался, даже в изготовлении дисков не участвовал, и приказы командира не выполнял. Такой человек не чувствовал себя частью лагеря, и его не считали своим.
Он и Чжао Хай — две крайности. Чжао Хай старался помочь, искал способы. В первый же день, увидев атаку, сразу взял клинок и пошёл в бой. А этот — нет. Он презирал людей лагеря, не считал их своими. Потому и не помогли.
Как сказал Белоглазый: он не понял, кто он и где.
В низшем мире он, может, был владыкой, к его слову прислушивались. Но здесь не низший мир. Здесь его прошлое ничего не значит. Здесь он лишь только что вознёсшийся. А те, кого он презирал — те, кто месил грязь, — в низшем мире занимали не более низкое положение, чем он, а то и выше. Просто они понимали, где находятся и что делать. А он — нет. Потому умер, и никто не пожалел.
Люди Мира Теней отступили.
Они не могли не отступить. Формации на стене не давали им взобраться всем разом. Люди лагеря Острого Меча отвечали спокойно, и враг нёс большие потери, чем обычно. Потому теневым пришлось уйти.
Когда враг отступил, все разразились радостными криками.
Командир подбежал к Чжао Хаю и хлопнул его по плечу:
— Ха-ха-ха, Чжао Хай, отлично! Это самый лёгкий бой на моей памяти! Ха-ха, прекрасно, прекрасно!
Остальные с воодушевлением и благодарностью смотрели на Чжао Хая. Они прекрасно понимали, как помогли формации. Не будь их, две с лишним тысячи врагов ворвались бы в лагерь, и им был бы конец. А теперь они не только отбились, но и нанесли врагу большой урон. Это была отличная новость.
Белоглазый уже убрал тело новичка. Все шли назад, оживлённо переговариваясь. О смерти новичка никто не сказал ни слова — они привыкли к смертям, а он был чужим.
Сегодня, кроме гибели новичка, в лагере Острого Меча не было потерь. Это редкость. Лагерь звали самым опасным местом, адом, потому что почти каждый бой кто-то погибал, а раненых было ещё больше.
На этот раз не было даже раненых. Это было неожиданно. Потому благодарность к Чжао Хаю возросла. И к его формациям тоже. Его положение в их глазах поднялось.
На следующий день, после нисхождения божественного света, все выскочили из комнат и собрались у комнаты Чжао Хая. Он уже ждал. Увидев их, сразу принялся за работу. Весь лагерь был занят.
Проработав четыре часа, все вздохнули с облегчением. Посчитали — за день изготовили больше тысячи пятисот формаций. Это поразительно. Ещё несколько дней — и они покроют дисками всё за стеной.
Изготовление заняло четыре часа, а расстановка — немного. Вскоре всё было готово. Но странно: сегодня никто не ушёл в комнаты, все остались снаружи, переговариваясь.
Командир подошёл к Чжао Хаю, взглянул на него, потом на остальных и вздохнул:
— Чжао Хай, я должен тебя поблагодарить. Ты дал всем надежду.
Чжао Хай опешил, обернулся к командиру:
— Не так всё серьёзно, командир.
Он не думал так много. Он просто хотел поладить с людьми лагеря. Ему не нужно было наживать врагов. Хорошие отношения с ними были ему выгодны.
Командир покачал головой и вздохнул:
— Лагерь Острого Меча зовут адским кладбищем. Потому что отсюда почти никто не выходит живым. Даже я не думал, что проживу десять лет. Хотя я говорил тебе верить в себя — я подбадривал себя. Если бы не эти мысли, я бы давно умер. Но я знаю: выжить десять лет почти невозможно.
Он помолчал и продолжил:
— Я в лагере Острого Меча пять лет. От новичка до командира. Видел слишком много смертей. За пять лет никто не вышел отсюда живым. Прежний командир был здесь восемь лет. Восемь! И всё равно погиб. Я уже не надеялся выжить. Это казалось невозможным.
Он взглянул на Чжао Хая:
— Но с твоим приходом, с твоими формациями всё изменилось. Раньше лагерь был мёртвым: все тренировались, словно боролись за жизнь, но понимали — это почти невозможно. Мы не так быстро растём. Враги сильнее. Они не нападают в полную силу, возможно, используют нас как тренировочную площадку. Мы это знаем, но ничего не можем. Мы тренировались, чтобы дождаться смерти. Никто не верил, что одними тренировками проживёт десять лет.
— А теперь у нас есть надежда. В душах появилась надежда. Для лагеря Острого Меча это благо. Для всех нас. Потому — спасибо тебе.
(Конец главы)