Ш-ш-ш-ш...
Снова несколько потоков мечевой ци пронзили воздух. На этот раз крылатым коням разом отсекло все четыре ноги, и их огромные туши с грохотом рухнули наземь. Но летающие мечи на их крыльях не унимались — всё так же бешено разили во все стороны, и один за другим валились культиваторы Области бессмертных духов, брызгала кровь.
Ещё несколько потоков мечевой ци. Крылья коней тоже были отсечены. И лишь тогда кони наконец замерли. Все только собрались перевести дух, как из останков коней на земле вдруг начал сочиться белый свет. А следом —
Бум!
Взрыв оглушил округу, и над землёй взметнулись грибовидные облака.
Когда дым рассеялся, пятимиллионная армия Области бессмертных духов уже потеряла от этих коней почти пятьсот тысяч. Чёрное облако повисло над войском, тяжким грузом давя на сердце каждому.
И тут чёрное облако внезапно обрушилось вниз. В армии Области бессмертных духов началась паника. Ещё несколько потоков мечевой ци ударили в облако, но оно всё равно опускалось. Однако, коснувшись земли, оно не причинило окружающим культиваторам ни малейшего вреда и вскоре рассеялось. Лишь тогда все в Области бессмертных духов тихо вздохнули с облегчением.
Затем по приказу командира люди из Области бессмертных духов тремя колоннами устремились к Цзяньбичэну. Прежде они тоже наступали с трёх сторон, и крылатые кони тоже наносили удары с трёх направлений, но так и не дали им продвинуться. Боевая мощь этих коней поистине потрясала.
Но едва армия Области бессмертных духов сделала шаг вперёд, как павшие прежде товарищи вдруг начали один за другим подниматься. Правда, поднимались теперь скелеты — без плоти и крови.
В армии Области бессмертных духов снова поднялось смятение. А скелеты уже ринулись вперёд, вздымая оружие и бешено атакуя. Люди из Области бессмертных духов давали отпор, но скелеты обладали чудовищной защитой, невероятной скоростью и огромной силой — против них было не устоять, и многие погибли на месте.
И на этот раз скелетов поднялось слишком много — более четырёхсот тысяч. Даже если бы каждый убил лишь одного, они уничтожили бы четыреста тысяч воинов Области бессмертных духов, а они убивали куда больше. Потери армии Области бессмертных духов росли на глазах.
Лю Цзюнь, всё это время наблюдавший из тыла, был поражён до глубины души. Он и не думал, что у Чжао Хая есть такие средства. Прежде в Цзяньбичэне он хоть и видел скелетов и даже догадывался, что их создали из погибших на Чёрно-белом поле битвы, но не придал этому значения. Он полагал, что боевая мощь скелетов невелика. Но теперь оказалось, что это совсем не так. Эти скелеты были поистине страшны.
И тут снова вылетело несколько потоков мечевой ци, точно поразивших скелетов. Головы скелетов слетели, и тела рухнули наземь. Раздался спокойный, исполненный силы голос:
— Эти скелеты всего лишь чуть крепче в защите, чуть быстрее и чуть сильнее. Не бойтесь их. Вперёд, уничтожьте всех!
После этих слов боевой дух армии Области бессмертных духов воспрянул, и все ринулись на скелетов. Лишь потеряв почти миллион человек, они наконец уничтожили более четырёхсот тысяч скелетов. Когда пал последний скелет, армия Области бессмертных духов разразилась оглушительными криками.
Лю Цзюнь тоже с облегчением выдохнул. Он и вправду не ожидал, что у Чжао Хая есть такие средства. Крылатые кони и скелеты уже так надолго задержали армию Области бессмертных духов. Похоже, Чжао Хай и его люди без проблем вырвутся за линию обороны Области бессмертных духов. От этой мысли Лю Цзюнь невольно вздохнул — сила Чжао Хая поистине велика.
Но тут произошло новое чудо.
Скелеты на земле внезапно снова взорвались, убив всех культиваторов вокруг Лю Цзюня. Эта внезапная перемена снова повергла армию Области бессмертных духов в хаос, все перепугались. Они не забыли, что эти скелеты появились из чёрного дыма после взрыва крылатых коней. Раз скелеты взорвались, не появятся ли новые? Ведь на земле теперь лежало больше миллиона трупов воинов Области бессмертных духов.
Но на этот раз они переволновались. Скелеты взорвались, но чёрное облако не появилось. Значит, мёртвые на земле не превратятся в скелетов. Люди из Области бессмертных духов вздохнули с облегчением. Но, потеряв столько людей, они уже не могли наступать.
И всё же они отправили небольшой отряд в Цзяньбичэн. Но город теперь был пуст — ни единой души. Весь Цзяньбичэн стоял пустой, ничего не осталось.
Армия Области бессмертных духов чувствовала, будто ударила со всей силы по вате. Хотя из ваты и торчала игла, которая уколола, но сила их удара ушла впустую. Это ощущение неправильно приложенной силы было крайне неприятным. А неприятность требовала выхода, и все взгляды обратились на Лю Цзюня и его товарищей.
Поначалу Лю Цзюнь и остальные ничего не почувствовали. Почти миллион человек смирно стояли на месте. Но вскоре они ощутили неладное. Окружающие смотрели на них с откровенной злобой. От этого у Лю Цзюня и его людей по спине пополз холодок.
И тут армия Области бессмертных духов, окружавшая Лю Цзюня и его товарищей, вдруг расступилась влево и вправо. Внутрь вошла группа людей. Лю Цзюнь присмотрелся — это были старейшины высшего мира из Области бессмертных духов, и они окружали одного человека. Тот, что стоял в центре, был высок ростом, в белом одеянии, с длинным мечом на поясе.
Ростом он был, пожалуй, больше двух метров, лицом недурён — квадратное, волевое, с короткими волосами, бородой, глазами как факелы, львиным носом и широким ртом, с бугрящимися мышцами. Он шагал широко, и каждый его шаг был исполнен мощи, поистине как поступь дракона. От него исходила огромная сила.
На поясе у него висел меч, и меч этот был необычен. Издалека он казался обычным длинным мечом, но приглядевшись, можно было заметить, что он чуть длиннее обычного, хотя ширина и толщина оставались такими же.
Едва увидев этого человека, Лю Цзюнь сразу понял: именно он выпустил те потоки мечевой ци. В душе его поднялась тревога. Он был уверен, что этот человек занимает в Области бессмертных духов очень высокое положение, и даже в высшем мире его положение наверняка немалое. И сила его, несомненно, велика, очень велика.
Человек подошёл примерно на пятьдесят метров к Лю Цзюню и его товарищам и оглядел их. Лю Цзюнь стоял не с краю, а ближе к середине. Из-за множества людей он был далеко от того человека. Но даже так он чувствовал, как его взгляд, точно клинок, скользит по ним, отчего кожа покрывалась мурашками.
И тут человек внезапно заговорил:
— Когда люди из лагеря Острого Меча напали на Цзяньбичэн, вы, эти люди, сдались без боя. Зачем мне тогда оставлять вас в живых? Эй, убейте их.
С этими словами он повернулся и пошёл прочь.
Лю Цзюнь и остальные оцепенели от этих слов.
Затем Лю Цзюнь и его товарищи почувствовали, как на них обрушились бесчисленные белые лучи. И тотчас из передних рядов донеслись крики боли. Лю Цзюнь обернулся и увидел, что те старейшины высшего мира подняли боевые мандаты, испуская белые лучи, которые накрывали их. А культиваторы из армии Области бессмертных духов взмахивали оружием и безжалостно резали стоявших впереди.
От этого зрелища в голове Лю Цзюня всё опустело.
Он вспомнил слова Чжао Хая, когда тот вошёл в Цзяньбичэн. Тот говорил, что люди высшего мира вовсе не считают их за людей, видят в них рабов и пушечное мясо. Даже вознесясь в высший мир, они не найдут там ничего хорошего. Люди высшего мира не дадут им равных условий для культивации. Их жизни полностью в руках тех людей. Те велят жить — они живут; велят умереть — они умирают. Именно чтобы взять судьбу в свои руки, они и создали Союз Острого Меча, и напали на Цзяньбичэн. Они хотят прогнать людей высшего мира с Чёрно-белого поля битвы и по-настоящему взять его под контроль.
Тогда он не придал словам Чжао Хая значения. Но в этот миг вдруг понял, что они означали.
Они, эти люди, в глазах высшего мира не значили ничего. Быть может, жизнь этих миллиона человек для людей высшего мира не стоила и жизни одного старейшины. Потому они и приказали убить их всех, не дав ни малейшего шанса.
Лю Цзюнь раскаялся. Он и вправду раскаялся.
Он не думал, что те поступят так. Он полагал, что ему дадут шанс, что их простят, ведь их так много и они были вынуждены сдаться. Но те не простили. Они вовсе не собирались прощать — сразу отдали приказ об истреблении.
Он прекрасно понимал: приказ касался не только его одного, а всех. Иначе говоря, они, более миллиона человек, сдавшихся в Цзяньбичэне, все умрут, ни один не выживет. Ведь для тех людей они что свиньи и собаки — умерли и умерли, никто не опечалится.
Увы, похоже, он понял это слишком поздно.
(Конец главы)