Ученики секты Кровавой Бойни из задних рядов непрерывно устремлялись вперёд. Впереди то и дело кто-то падал, и на место павшего тотчас вставал другой; освобождалось место и для следующего, и так волна за волной докатывалась до самого тыла, заставляя задние ряды безостановочно двигаться вперёд.
Чжао Хай, глядя на этих непрерывно наступающих учеников, понял, насколько жестоким стало сражение на передовой. Он не стал много говорить, лишь обернулся к Вэньхаю:
— Как там зверолюдская конница? Готова?
В прошлый раз зверолюдские всадники в бою с отборной конницей Ланьлин-вана потеряли почти семь тысяч человек, но всё же сдержали его кавалерию. А ведь конницу Ланьлин-вана сдержать ох как непросто — уже одно это говорило о мощи зверолюдских всадников. Если они и впрямь пойдут насмерть, то, пожалуй, даже конница Иных не устоит.
Именно поэтому Чжао Хай открыл для зверолюдских всадников новое применение — тяжёлую конницу. Самую что ни на есть тяжёлую: и всадники, и их ездовые звери закованы в тяжёлые доспехи, в руках — тяжёлое оружие, так что издали они походят на бронированные колесницы. Когда такая лавина идёт вперёд, земля дрожит. Именно такую роль секта Кровавой Бойни и отвела зверолюдям — тяжёлая конница, чьё главное предназначение — в решающий миг ринуться вперёд и нанести врагу смертельный удар.
Ударная мощь этих тяжёлых всадников была устрашающей, но был у них и недостаток — недостаточная гибкость. Хотя и всадники, и кони были закованы в доспехи, созданные внешними воплощениями и потому не слишком тяжёлые, но тяжёлые доспехи потому и называются тяжёлыми, что они толсты. А массивные вещи сильно сковывают подвижность. Потому ударная мощь у этих всадников была достаточной, а вот гибкость — не очень.
Будь перед ними враг из мира культивации, это не составило бы проблемы — они могли бы в любой миг сбросить доспехи и двигаться свободно. Но нынешний враг был иллюзорным пространством, созданным силой проклятия. Здесь, посмей они убрать тяжёлые доспехи, проклятие тотчас вывело бы их из боя и наслало бы на них порчу. Хотя на людей секты Кровавой Бойни это не оказало бы большого влияния, участвовать в этом сражении они бы уже не смогли.
Потому зверолюдскую тяжёлую конницу нельзя было использовать до самого решающего мгновения. Чжао Хай говорил об этом Вэньхаю. И едва тот услышал вопрос, как тотчас ответил:
— Главарь, не беспокойся, всё готово. Когда придёт время им выступить, они выступят и ни за что не подведут.
Чжао Хай кивнул и с лёгким вздохом произнёс:
— Потери и на этот раз будут немалыми. Вот только не знаю, какой враг ждёт нас в следующий раз — нынешние противники с каждым разом всё труднее. Неведомо, с чем придётся столкнуться в конце.
Вэньхай негромко произнёс:
— Главарь, этого не избежать. Так или иначе, кто-то погибнет. К счастью, у наших учеников несколько жизней, и смерть здесь означает лишь потерю одной. Они могут стать расой нежити, и для них это даже к лучшему. Хотя методы совершенствования несколько изменятся, но раса нежити секты Кровавой Бойни отличается от нежити других сект — они не боятся света и, приняв облик культиваторов, не испытывают никаких неудобств. Хотя их сильнейшее боевое состояние — это облик нежити, но средства, губительные для обычной нежити, на них не действуют. И это уже немало.
Чжао Хай кивнул, но всё же с лёгким вздохом добавил:
— Это тоже потеря. Пусть нежить внешне и не отличается от нас, но различия всё же есть. Хорошо ещё, что нежить секты Кровавой Бойни ничем не уступает обычным ученикам. Ладно, после этого дела секту Кровавой Бойни ждёт перерождение. И для нас это благо.
Вэньхай кивнул. Но Чжао Хай не сказал ему: если его догадка верна и это действительно Восемь Легионов Дэвов и Нагов, то таких уровней им предстоит пройти ещё шесть. Вот только какими будут следующие, неизвестно. Ясно одно — пройти их будет непросто. Чжао Хай это отлично понимал, но пока не говорил Вэньхаю и остальным, желая сначала убедиться. Если, взяв этот уровень, они увидят здесь статую, подобную статуе летящей апсары, и это окажется Кимпуруша, тогда можно будет и сообщить.
Сражение снаружи продолжалось, и число погибших с обеих сторон неуклонно росло. Боевая мощь учеников секты Кровавой Бойни всё же была выше — все они были культиваторами. Даже если их силы и подавлялись, их нельзя было сравнить с иллюзорным пространством, созданным проклятием.
По правде говоря, Чжао Хай считал, что главной его добычей в этом пространстве стало само это проклятие, способное создавать иллюзорные миры. Оно было поистине могущественным: оно создавало реальный иллюзорный мир, но если ты не следовал его правилам, ты не мог ни атаковать этот мир, ни разрушить проклятие. Единственный способ разрушить его — следовать правилам и победить тех, кто внутри. Если ты применял методы культиваторов, ты сам попадал под проклятие; если не атаковал и не пытался разрушить, ты оказывался в ловушке и не мог выбраться. Чжао Хай даже подозревал, что со временем оно само начнёт атаковать.
Такое проклятие он встречал впервые. Прежде он видел много проклятий — против одного человека, против группы, — но ни одно не шло в сравнение с этим. Оно было самым беспощадным. Конечно, и условия для его создания были чрезвычайно суровы: в нём должна была присутствовать не только сила Будды, но и сила законов, полностью вплетённая в проклятие, — только тогда оно обретало такую мощь.
И только секта Кровавой Бойни могла разрушить такое проклятие. Любой другой давно бы погиб, не то что не разрушил. Даже секте Кровавой Бойни для этого придётся заплатить немалую цену, иначе уничтожить его невозможно.
Сражение снаружи не утихало. Быстро пролетел день, но бой не прекращался. Потери секты Кровавой Бойни превысили миллион — и это ещё благодаря их могучей броне. Будь доспехи слабее, жертв было бы куда больше.
А войско Великой Хань несло ещё большие потери. Чжао Хай ничего не мог с этим поделать. Это была битва на истощение, где решало, кто первым дрогнет.
Время шло, и незаметно минуло три дня. Все эти дни обе стороны сражались, не останавливаясь ни на миг.
Потери секты Кровавой Бойни достигли ошеломляющих пяти миллионов. Это были самые большие потери за всю её историю. Но зверолюдская тяжёлая конница всё ещё не выступала. Она оставалась в тылу и спокойно ждала. Хотя всадники и рвались в бой, без приказа они не смели двинуться.
Чжао Хай прекрасно понимал это, но не отдавал приказа. Он ждал подходящего мгновения, чтобы одним ударом разбить войско Хань. И сейчас время ещё не пришло. Даже Вэньхай и остальные знали: сейчас не время.
Полководец не должен проявлять мягкость. Зная, что каждое мгновение гибнут ученики, они не могли бросить в бой тяжёлую конницу. У неё был только один шанс. Если не удастся разбить врага одним ударом, цена будет ещё выше — враг получит время подготовиться, и одолеть его станет гораздо труднее.
Прошло ещё три дня. С начала сражения минуло уже шесть дней. Обе армии продолжали биться. Потери секты Кровавой Бойни достигли почти двадцати миллионов, а войско Хань потеряло около ста миллионов. Соотношение один к пяти говорило само за себя — ученики секты Кровавой Бойни всё же были сильнее. Но это не помогало. Перед ними был враг без разума — лишь иллюзия, лишь проклятие. Они не ведали страха. Пока не будет выполнено условие разрушения проклятия, оно не исчезнет.
Однако Чжао Хай чувствовал, что время близится. За эти дни фронт превратился в клубок, каждая пядь земли переходила из рук в руки. Но в этом хаосе секта Кровавой Бойни завершила перегруппировку — в нескольких местах были собраны крупные силы. Вся эта конница — Иные, зверолюди и обычные всадники — изготовилась для последнего удара.
Эти силы, с зверолюдской тяжёлой конницей в авангарде и остальными следом, должны были ударить в восьми направлениях, расколоть вражеское войско и уничтожить его. Это был их единственный шанс. Если удастся рассечь врага, пехота довершит разгром.
Сейчас ученики секты Кровавой Бойни были готовы и ждали лишь приказа Вэньхая и остальных. А те медлили, потому что не всё ещё было готово. Оставалось последнее приготовление, и тогда они начнут. Ждать оставалось недолго.
(Конец главы)