Чжао Хай и Синтянь бились уже четыре часа.
Их приёмы и впрямь нельзя было назвать красивыми, но скорость всё возрастала. Вскоре уже нельзя было различить две фигуры — только два сгустка тени кружили там. А небо тем временем наливалось всё более густым кроваво-красным светом.
Прошёл ещё час, как вдруг раздался громкий раскатистый смех. Затем две тени полностью разделились. Чжао Хай и Синтянь стояли в десяти чжанах друг от друга.
Синтянь по-прежнему держал в левой руке щит, в правой — топор. Но между его сосцами теперь виднелся кровавый след — очевидно, его оставил меч Чжао Хая. След длиной в пол-чи; будь он чуть длиннее, Синтяня, пожалуй, распороло бы до внутренностей.
А Синтянь сейчас громко хохотал, нимало не заботясь о своей ране.
На Чжао Хае не было ни единой царапины. Очевидно, Синтянь так и не смог его ранить. Но это и вызывало недоумение: если он не ранил Чжао Хая, чему же он смеётся?
Тут Синтянь опустил обе руки. Два огромных глаза уставились на Чжао Хая, и он негромко произнёс:
— Хорошо. Твоя сила поистине велика. Только что ты пощадил меня. Не пощади ты — и я, пожалуй, уже был бы мёртв. Ты сильный, я восхищён тобой.
В его словах слышалась искренность и восхищение.
Чжао Хай тоже крутанул мечом, перехватил его левой рукой обратным хватом и отвесил Синтяню поклон:
— Бог Войны, вы слишком добры. Вашей силой я также восхищён. Вы лишь исполняете приказ, я не хочу быть вашим врагом. Ранить вас пришлось по необходимости. Так что теперь вы можете вернуться.
Это Чжао Хай сказал от чистого сердца. Он и впрямь не хотел сражаться с Синтянем.
Синтянь взглянул на Чжао Хая и негромко произнёс:
— Никто не может мне приказывать. Свою судьбу я выбираю сам.
С этими словами его тело внезапно обратилось в красный свет и устремилось к Чжао Хаю. Свет был столь стремителен, что Чжао Хай не успел среагировать — и вот уже красный свет вошёл в его тело.
Чжао Хай опешил, а затем тотчас сел, скрестив ноги.
И тут земли секты Кровавой Бойни вновь расширились, а сила законов теневой расы снова отступила. Увидев это, Вэньхай и остальные сразу поняли: Чжао Хай снова победил. Они тотчас бросились к нему и окружили, защищая. Одновременно они приказали ученикам занять все новые земли — такова была их цель. Они стремились полностью захватить этот уровень.
Чжао Хай медленно открыл глаза. Он тоже понял, в чём дело: он получил признание Синтяня. Хотя этот Синтянь и не был настоящим, его силой Чжао Хай мог пользоваться в любой момент. Как и с Гунсунь Даниао. Честно говоря, Чжао Хай не ожидал такого.
Но он ничего не сказал, лишь спокойно поднялся и огляделся: Вэньхай и остальные стояли вокруг, охраняя его. Чжао Хай слегка улыбнулся и негромко произнёс:
— Ладно, не стоит так напрягаться. Как обстановка?
Он смотрел на занятых учеников секты Кровавой Бойни, ожидая ответа Вэньхая.
Вэньхай негромко произнёс:
— Всё хорошо. Все устанавливают формации. Мы только что проверили: теперь только один участок диаметром около тысячи ли ещё занят силой законов теневой расы, на остальных её нет. Это действительно уровень, подобный Чёрно-белому полю битвы, только площадь чуть больше, но ненамного. Главарь, что будем делать дальше?
Чжао Хай опешил, затем негромко произнёс:
— Неужели только один участок диаметром около тысячи ли ещё занят силой законов теневой расы? А всё остальное мы заняли?
Прежде они не получали никаких вестей об этом, а теперь Вэньхай вдруг сообщил, что они захватили почти весь уровень, и лишь область в тысячу ли остаётся вне их контроля. Как тут было не изумиться?
Вэньхай кивнул:
— Да. Оказалось, мы уже совсем близко к краю этого уровня. Край его — белый туман, но очень плотный, мы не можем в него войти. На этот раз сила законов теневой расы полностью отступила, у них осталось лишь то пространство в тысячу ли. Но там сила законов теневой расы самая густая. Сам увидишь.
Чжао Хай кивнул и заговорил:
— Хорошо, пойдём посмотрим.
С этими словами он вместе с Вэньхаем отправился через телепортационную формацию. Вскоре они оказались в другом месте.
Едва прибыв, Чжао Хай опешил: он оказался перед огромной массой жидкости.
Теперь он наконец понял, что Вэньхай имел в виду под «очень густой силой законов теневой расы»: эта чёрная жидкость и была силой законов теневой расы. Она сгустилась до жидкого состояния — поистине очень густая.
Глядя на эту жидкость, Чжао Хай нахмурился. Он всё время чувствовал, что что-то не так, но не мог понять, что именно. Потому он лишь с любопытством смотрел на этот участок и, обернувшись к Вэньхаю, сказал:
— Наблюдайте за этим местом. Пока не будем наступать, подождём десять дней. Посмотрим, как эта область отреагирует через десять дней. Если через десять дней они не атакуют, тогда мы нападём.
Вэньхай откликнулся и негромко произнёс:
— Главарь, по-моему, беспокоиться не о чем. Этот участок теперь совсем мал, даже если там есть враги, они не могут быть слишком сильны. Мы и сейчас могли бы напасть — ничего страшного, вполне справимся.
Чжао Хай покачал головой:
— Не спеши. Мне кажется, что-то тут не так, потому лучше подождать. Хочу посмотреть, что здесь на самом деле. Вели всем быть готовыми к бою в любой момент.
Вэньхай откликнулся. Чжао Хай махнул рукой и вернулся в пространство Сюаньу.
Это сражение с Синтянем принесло Чжао Хаю немалую пользу. Синтянь сражался так, как сражаются на поле боя. Его приёмы были простейшими и самыми действенными убийственными движениями, потому и мощь их была огромна.
Приёмы Чжао Хая и прежде были просты в убийственной силе, но не до такой степени, как у Синтяня. После этого боя приёмы Чжао Хая стали ещё проще. Разумеется, это не значит, что сложные приёмы непременно уступают простым — это два разных способа атаки. Нельзя сказать, какой из них всегда сильнее. В разных обстоятельствах и мощь разная.
Приёмы Синтяня на поле боя — лучший выбор. Ведь на поле боя перед тобой много врагов, а рядом товарищи. И местность там не всегда удобна. Если использовать прыжки или слишком сложные движения, это нарушит строй войска и повредит бою. Потому на поле боя солдаты используют простые приёмы — чем проще и прямолинейнее, тем лучше. А если на поле боя пускать в ход обманные движения, это верная смерть.
Но если двое сражаются один на один, приёмы для поля боя уступают. Тут можно использовать сложные движения. В поединке один на один — неважно, мала площадка или велика — вы двое сами по себе. Можно обманными движениями заманить врага в ловушку и разом уничтожить. Так что сложные и простые приёмы хороши каждая по-своему, в зависимости от места.
Чжао Хай вернулся в пространство Сюаньу, чтобы привести в порядок своё понимание боевых искусств. Бои с Гунсунь Даниао и Синтянем очень ему помогли, приблизив к постижению обеих систем.
.....
Пока Чжао Хай занимался этим, ученики секты Кровавой Бойни устанавливали формации и готовились к последнему бою. Они уже знали, что последнее место, где придётся сражаться, — это область силы законов теневой расы. Потому готовились через десять дней атаковать последний оплот теневой расы и полностью взять этот уровень под контроль.
Спустя пять дней после боя Чжао Хая с Синтянем в области силы законов теневой расы внезапно произошла перемена.
Вэньхай, неотрывно следивший за тем местом, тотчас сообщил Чжао Хаю. Чжао Хай, строго говоря, не находился в затворничестве, потому, получив донесение, сразу прибыл к внешней границе силы законов теневой расы.
Вэньхай и остальные уже ждали его там. Увидев Чжао Хая, все отвесили ему поклон. Чжао Хай лишь кивнул им. Он смотрел на область силы законов теневой расы: густой, как жидкость, чёрный туман медленно вращался, всё ускоряясь. Вращаясь, он, казалось, сжимался к центру.
Увидев это, Чжао Хай изменился в лице:
— Это выглядит так, будто что-то его поглощает? Когда это началось?
Вэньхай тотчас ответил:
— Это только что началось. Все эти дни я неотрывно следил за этим местом и, заметив перемену, сразу сообщил тебе.
Вэньхай был очень внимателен. Именно поэтому Чжао Хай так его ценил — с ним можно было делать куда меньше. Вот и сейчас, узнав, что Чжао Хай собирается наступать через десять дней, Вэньхай велел неотрывно следить за областью силы законов теневой расы. О любом изменении, даже мельчайшем, тотчас докладывать. Потому он и узнал первым о том, что здесь произошло, и сообщил Чжао Хаю.
(Конец главы)