Земля грохотала.
Сюаньцзяци танского войска, шедшие в атаку, тоже почувствовали необычную дрожь земли. Они стали озираться, пытаясь понять, что происходит. Вскоре они увидели — отряд конницы, закованный в белые тяжёлые доспехи, на огромных конях, появился перед ними.
У этих всадников и люди, и кони были покрыты тяжёлой броней, в руках — длинные конские копья, но бежали они ничуть не медленно. От их бега земля, казалось, дрожала.
Едва увидев этих всадников, сюаньцзяци поняли, что те идут прямо на них. Но они не отступили и не собирались уступать дорогу — они ринулись навстречу. Они верили в себя и верили, что любого врага, вставшего против них, они сомнут, и никто не сможет остановить их натиск.
Но, к сожалению, они не знали — их противник думал точно так же.
Две армии, исполненные непоколебимой веры в себя, сближались, и никто не отступал. Обе стороны подняли конские копья. А зверолюдские всадники секты Кровавой Бойни даже впали в бешенство, и тела их стали ещё выше.
Два стальных потока столкнулись лицом к лицу.
Раздался оглушительный грохот, и само небо, казалось, переменилось. Чёрный и белый потоки столкнулись лоб в лоб, точно две одинаково могучие волны, и бесчисленные брызги разлетелись в стороны — а этими брызгами были люди. Их отбрасывало чудовищной силой удара. Но оба потока не остановились, продолжая катиться вперёд, и всё новые и новые люди взлетали в воздух. Никто не отступил ни на шаг.
Едва эти два потока столкнулись, как лёгкая конница танского войска, шедшая следом, рассыпалась для атаки, а за ней и пехотинцы с мечами. Они ударили во все стороны, пытаясь расширить успех. Но ученики секты Кровавой Бойни, хоть и не могли сдержать натиск тяжёлой конницы, перед ними страха не испытывали. В кратчайший срок они перестроились в боевые порядки и вступили в бой с лёгкой конницей и пехотой.
И как раз когда фланги секты Кровавой Бойни наконец удержались, сюаньцзяци в центре танского войска внезапно пришли в движение.
Сначала они двинулись медленно, затем всё быстрее, и наконец, набрав полную скорость, превратились в неудержимый поток.
Все танские воины расступались перед этим потоком, и пехота секты Кровавой Бойни тоже уступала им дорогу.
И в этот миг навстречу вырвался отряд конницы секты Кровавой Бойни. Все они ехали на Иных, в руках держали кавалерийские копья и, не ведая страха смерти, ринулись на сюаньцзяци.
Два потока вскоре столкнулись.
Ударная мощь танских сюаньцзяци и впрямь была устрашающей. Но конница Иных секты Кровавой Бойни была её отборнейшими силами. Если говорить о боевой мощи, они превосходили даже зверолюдских всадников. Хотя в лобовой схватке с тяжёлой конницей они несли большой урон, их боеспособность была отнюдь не слабой. Стороны столкнулись в лоб, и хотя поначалу конница Иных была несколько рассеяна, а сюаньцзяци продвинулись вперёд, их скорость всё падала, и в конце концов конница Иных сдержала их.
Теперь все на поле боя следили за этими тремя конными столкновениями. Можно сказать, исход этих схваток решал исход всего сражения. Потому все и обратили туда внимание. Хотя бой в других местах продолжался, он уже стал не таким яростным.
Наконец сюаньцзяци на флангах начали постепенно исчезать. Их было немного, куда меньше, чем зверолюдских всадников секты Кровавой Бойни. Их истощили, а зверолюдские всадники не остановились. Уничтожив сюаньцзяци, они пошли обратно по пути их атаки. Вся танская лёгкая конница, пытавшаяся их остановить, была отброшена. Они наступали тем же способом, что и танское войско, но в обратном направлении. Так было на обоих флангах.
А из-за контратаки зверолюдских всадников войско секты Кровавой Бойни тоже перешло в наступление. Они окружили танские войска на флангах, готовясь уничтожить их. Но те, оказавшись в кольце, ни на миг не прекращали боя. Они сражались с учениками секты Кровавой Бойни до последнего человека.
А в центре конница Иных тоже начала медленно переходить в контратаку. Тяжёлая конница танского войска, прорвавшаяся в центр, была отброшена назад. Они тоже потерпели поражение. А пехота секты Кровавой Бойни, увидев это, разразилась радостными криками и яростно обрушилась на танское войско.
Когда в центре был уничтожен последний сюаньцзяци, танское войско перед сектой Кровавой Бойни полностью исчезло.
Учеников секты Кровавой Бойни этот переход от крайнего движения к полной тишине на миг ошеломил. Но затем они поняли, в чём дело. Все, опомнившись, тотчас разразились радостными криками.
Чжао Хай и остальные тоже с облегчением выдохнули. Чжао Хай обернулся к Вэньхаю:
— Подсчитай потери, займи земли, размести учеников — всё одновременно. На этот раз формации нужно установить как следует. Я чувствую, что следующий враг, возможно, будет связан с силой мира культивации. И тогда мы сможем использовать силу мира культивации.
Вэньхай откликнулся и пошёл распоряжаться.
Участвовавших в бою учеников секты Кровавой Бойни тотчас отправили в пространство Сюаньу на отдых. А остальные, не участвовавшие, вышли из пространства и принялись устанавливать формации. Многие из них уже участвовали в прежних битвах и знали этот порядок — после боя одни отдыхают, другие устанавливают формации. Теперь всё переменилось: отдыхать пошли другие, а они вышли устанавливать формации. Потому никто не роптал.
Секта Кровавой Бойни давно привыкла к таким сражениям. Каждый знал своё дело. Раненые лечились, здоровые отправлялись на отдых. А павшие уже возродились. Возродившись, они тотчас готовились учиться тому, как стать полноценной расой нежити.
А Вэньхай и остальные, всё уладив, собрались в главном зале секты Кровавой Бойни. Чжао Хай тоже сидел в зале. Он обвёл всех взглядом и негромко произнёс:
— В этом бою мы понесли самые большие потери. Вэньхай, скажи, сколько учеников мы потеряли.
Вэньхай откликнулся, поднялся и обратился к собравшимся:
— На этот раз погибло более двухсот семидесяти миллионов учеников. Это самые тяжёлые потери за всю историю секты Кровавой Бойни. Этот бой также вскрыл некоторые проблемы. Например, мы оказались недостаточно готовы, не ожидали, что враг внезапно ударит по флангам. Этого мы не предусмотрели, потому и потери оказались столь велики.
Чжао Хай махнул рукой и негромко произнёс:
— Сейчас не время об этом говорить, да и незачем. Впредь просто учтите это. Это не вина кого-то одного — никто из нас этого не предусмотрел. Так что винить некого.
Вэньхай откликнулся и больше ничего не сказал, молча сел.
Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— На этот раз мы одолели врага, но впереди ещё более сильные противники. Мы должны победить их, чтобы по-настоящему получить это пространство. А следующий враг, весьма вероятно, будет обладать силой мира культивации. Это значит, что и мы сможем использовать силу мира культивации. Так что готовьтесь.
Услышав это, все опешили. Некоторые слышали об этом впервые и потому на миг замерли. А затем обрадовались — все эти дни они чувствовали себя так, будто у них связаны руки. Но если в следующем бою и впрямь можно будет применить силу мира культивации, это было бы прекрасно.
Чжао Хай, глядя на них, негромко произнёс:
— Ладно, не стоит так волноваться. Возможность использовать силу мира культивации означает лишь то, что враг станет ещё сильнее. Нужно быть ещё осторожнее. Не радуйтесь слишком рано. По возвращении усердно готовьтесь и передайте эту весть ученикам, чтобы они были осторожны.
Все дружно откликнулись. Чжао Хай кивнул:
— Ладно, идите.
Все откликнулись, поднялись, отвесили Чжао Хаю поклон и вышли. Даже Вэньхай и остальные не остались.
Хотя потери секты Кровавой Бойни на этот раз были велики, ученики всего лишь лишились одной жизни — они всё ещё могли совершенствоваться. Потому в секте не было скорби. Все спокойно ждали следующего боя.
Когда старейшины сообщили ученикам, что в следующий раз, возможно, придётся столкнуться с силой мира культивации, те разразились радостными криками. Честно говоря, последние бои их изрядно угнетали. Сила внешних воплощений почти не могла проявиться, и это было для них настоящей мукой. Теперь же, услышав, что наконец можно будет использовать силу мира культивации, как было не радоваться?
Чжао Хай, глядя на их ликование, даже не знал, что сказать. Разве возможность использовать силу культивации — непременно благо? Это означало лишь, что враг станет сильнее и потери могут возрасти. Но он ничего не сказал. Радость учеников говорила лишь об их абсолютной вере в свои силы — и это было хорошо. К тому же после стольких битв им нужно было выплеснуть напряжение. Потому Чжао Хай и не думал их останавливать.
Ученики секты Кровавой Бойни, воодушевившись, постепенно успокоились. Затем один за другим вошли в Иллюзорный мир реальности секты Кровавой Бойни. На этот раз они отправились туда совершенствоваться. Это был и способ выплеснуть эмоции — ведь только в Иллюзорном мире реальности они могли сражаться в полную силу, не тревожась о своей безопасности. Лучшего места для этого не найти.
(Конец главы)